наручники и надел на руки матери, не заботясь о ее ране.
*****
– Ее рану нужно будет снова обработать, – Кэтрин бежала за мной по коридору. – Я понимаю, что сейчас вам точно не до сожаления или заботы….
– Кэтрин, – я резко остановился, отчего та влетела в меня. – Не сейчас. Пожалуйста, – уже чуть мягче заметил я. – Обещаю, как только допрос будет окончен, можешь хоть всю пленницу обмазать своими мазями.
– Джейдан, – Кэтрин окликнула меня, в то время, как я снова ускорил шаг, стараясь быстрее дойти до своей комнаты. – Не делай того, о чем пожалеешь.
Дерьмо. Я и без этого не могу собрать себя в единое целое, а еще она давит на то, что упорно пытаюсь засунуть куда-нибудь глубоко. Желательно вообще выбросить из своей головы.
– Герд? – я увидел друга, который опирался на стену рядом с моей комнатной.
– Все хорошо, она там. Я просто не доверяю ей, поэтому лично охраняю выход. Серж курит свою отраву у себя.
– Понятно… Заходи.
Я быстро провел своим ключом, желая покончить со всем этим и, наконец-то, выйти на поверхность. Мама лежала на кровати, держать за бок, куда ударил Серж. Нужно будет позвать Кэтрин. Черт. В задницу жалость, напомнил я себе.
Увидев нас, женщина подскочила и выпрямилась. Ее бинт сильно пропитался кровью, багровые пятна были на простынях и подушке.
– Позвать Кэтрин, чтобы сменила повязку и остановила кровь? – предложение о помощи вылетело из моего рта быстрее, чем мозг смог обработать сказанное.
– Нет, – мать слабо улыбнулась. – Сначала разговор.
– Без проблем, – я взял свой железный стул и уселся напротив матери. – Начинай.
– Я даже не знаю, с чего начать…
– Начни сначала. Почему ушла, как ты смогла сохранить лицо… Думаю, это тебя выведет на нужный путь в твоем рассказе.
– Ушла… Да, ушла, – на лицо женщины легла тень. – Но жалела об этом каждый день.
– Не похоже, – Герд озвучил мои мысли.
– Да что вы знаете… Похоже или не похоже… Корпорация завербовала меня еще задолго до моего ухода из семьи. Сначала это были небольшие проекты.
– Какие проекты? Ты же обычный учитель!
– Для семьи и общества – да. Но еще в университете мне удалось с несколькими студентами поработать на военных. Так продолжалось, пока на меня не вышла корпорация.
– То есть, работа в школе…
– Обычное прикрытие, – грустно заключила мама.
– Что ты делала для корпорации?
– Сначала просто вела разработки по созданию устойчивых к засухе культур, всяким таким… важным… действительно важным. Я свято верила, что однажды смогу решить проблему голода, – мама горько ухмыльнулась. – Сейчас это такие глупости, господи, – она замолчала. Никто из нас не торопил ее. Было видно, что сейчас она находится где-то в прошлом. Там, где она еще была чем-то важным, существенным.
– За год до взрыва я получила приглашение в участии в проекте «После», – руки женщины задрожали. – Сначала этот проект преподнесли так, словно я реально создаю идеальное будущее.
– Ценой жизни миллиардов, – язвительно заметил Герд, полностью озвучив тем мои мысли.
– Я этого не знала, – в голосе матери не было прошлой заносчивости. По ее щекам текли слезы, настоящие, пытающиеся искупить то, что она натворила. – Сначала. Потом уже все стало понятно, но войдя в корпорацию, назад вы можете уйти только в мешке для трупов. Никак иначе.
– Своя шкура всегда дороже, да? – стало мерзко от осознания того, что моя семья, так или иначе, замешана в происходящем. Миллиарды людей погибли ужасной смертью. Те, кто сумел пережить взрыв умирали от черных дождей и кислотных туманов. Если на той стороне есть ад, мы уже находимся в его парадной.
– Не только моя. Но и твоя, – мама подняла глаза. – Я никогда не забывала о тебе. Твоя команда не случайно попала в корпорацию. Ваша сплоченность, идеальное выполнение заданий на правительство, безукоризненное следование кодексу чести… Мне практически ничего не стоило, чтобы перевести вас сюда.
– Смешно, – настала моя очередь ухмыляться, не доверяя полученной информации.
– Нет, не смешно, Джейдан, – мама говорила серьезно. – Сначала я просто хотела хоть иногда видеть тебя, радоваться, что ты получаешь хорошие деньги… Ты же не будешь отрицать, что корпорация отлично платила. Этих денег вам точно хватало…
– Мама, ты же понимаешь, что это звучит, как попытка откупиться от меня. Не более. Типа я загладила вину…
– Нет! – неожиданно заорала мама. – Ты можешь думать, как хочешь. Но только благодаря тому, что ты оказался в корпорации, вся твоя команда еще жива. Ну, почти вся, – мама пожала плечами, от чего снова захотелось всадить ей нож в руку. Смерть Арии, как бы она не лила слезы, все равно для мамы было чем-то обыденным.
– Ты жалкая…
– Нет, просто я научилась жить с последствиями своих решений. И поверь, сын, если понадобится, я убью всю твою команду, весь этот бункер, чтобы ты смог прожить счастливую жизнь.
– Счастливую жизнь? Вы серьезно? – Герд зашелся в истерическом смехе. – Вы посадили своего собственного сына в клетку, как маленькую лабораторную крысу. У него нет семьи, нет возможности элементарно прогуляться по поверхности… Альтруистка, черт возьми. Дрянь.
– Герд прав, мама. Это звучит просто смешно.
– Нет, думайте, что хотите.
– Дальше давай, только опустим все сопли про заботливую маму. В чем суть операции «После»?
За несколько дней до взрыва
– Мориус, вы слышали сказанное Олдманом? – меня всю колотило. Я не понимала, по какой причине операция сдвинулась так сильно по срокам.
– Да, дорогая, – доктор сжал мою руку, пытаясь выказать мне хоть немного поддержки. – Мы знали, что этот день настанет.
– Но почему сейчас? – я старалась говорить, как можно тише, Олдман ненавидел, если кто-то перебивал его или позволял себе отвлекаться на собраниях.
– Старик, видимо, совсем уже тронулся от идеи превосходства и очень боится, элементарно, не дожить до того, как сумеет стереть всех с лица нашей планеты.
– Мориус, у меня к вам будет огромная просьба, – пряча дрожащие руки, я пыталась придумать, как теперь действовать в сложившихся обстоятельствах. Втянув сюда Джейдана, я обязана сделать все, чтобы дикий эксперимент корпорации не коснулся его.
– Для вас все, что только пожелайте, вы же знаете, милая, – по лицу доктора пустился веер мелких морщинок от теплой улыбки, которая появлялась на наших лицах так редко, что, казалось, еще немного и мы разучимся улыбаться вовсе.
– Мне нужно попасть в списки «Новой мечты», – я смотрела в глаза мужчины, который с ужасом понимал мою судьбу и причины моего поступка.
Глава 24
– Джена… Нет! – Мориус едва не закричал на весь зал. Олдман недовольно цокнул, но продолжил рассказывать о планах корпорации.
– Вы
