Сержант Сторский перебежал со станцией во внедорожник. Он устроился на заднем сиденье и по приказу Жилина начал вызывать полковника Северцова.
— Слушаю! — ответил тот.
Связист передал трубку Жилину, сидевшему рядом, и пояснил.
— Это «Байкал»!
— Да, Сергей, — услышал майор.
— Похоже, мы вычислили корректировщика, но повлиять на ситуацию вряд ли сможем.
— Что ты хочешь сказать?
— То, что террористы нацелились на группу журналистов. Мы сейчас пытаемся опередить их. По-моему, уже поздно. Турки успеют дать залп. Но мы можем зацепиться за блуждающую установку.
— Твои предложения?
— Поднять в воздух беспилотник, имеющий на борту систему, способную преодолевать радиопомехи турецких подразделений РЭБ. Привлечь самолет или спутник, без разницы. Надо засечь эту чертову установку.
— Я тебя понял, работаю с генералом Грубановым. А насчет журналистов ты не ошибся?
— Рад бы, но…
Северцов не стал дослушивать, отключил станцию.
Тут же вдали слева над землей поднялись грибы разрывов реактивных снарядов.
Автобус с журналистами и автомобиль, в котором находился Сабих, миновали деревню Будри. Следующей была Варке, за ней пост и Афрани.
— Ахмад, как проедем селение, уйдешь влево, на второстепенную грунтовую дорогу, — сказал водителю Сабих.
Тот с удивлением взглянул на него и спросил:
— Мы не поедем в Афрани?
— Нет. Мы отъедем в сторону и подождем возвращения журналистов. Кроме того, иностранцы желают проехать вдоль буферной зоны. Это опасно.
— А как же господин Азир?
— Он выполняет свою работу, распоряжение главы администрации. Тут ничего не поделаешь. У нас с тобой никаких обязательств нет. Так зачем рисковать?
Водитель кивнул и сказал:
— Это верно. Пустой риск никому не нужен.
— Я еще поговорю с Азиром, как уйдем с дороги.
За селением Ахмад свернул влево, проехал подъем.
Сабих указал ему на площадку между двух холмов и распорядился:
— Там встань!
Водитель подчинился.
«Ниссан» остановился под обрывистым холмом. Здесь можно было не выходить из машины, отключить кондиционер и просто открыть дверцы. В тени прохладно.
Сабих достал сотовый телефон.
— Интересно, будет он еще работать?
— До Афрани должен. Связь прерывается ближе к буферной зоне.
— Ты был там?
— Нет. Другие, кто был, рассказывали.
— Да, Нури? — ответил на вызов Азир.
— Тебя кто-нибудь слышит?
— Говори, я помолчу.
— Но ты назвал мое имя.
— Разве это важно?
— Ладно. Мы встали за Варке, между холмами. Как пойдете к буферной зоне, сообщи мне.
— А ты подумай, где подобрать меня.
— Конечно, Бахрам.
— Что-нибудь еще?
— Нет, пока все.
— Хорошо.
Азир отключился.
Сабих откинулся на сиденье. Водитель сделал то же самое и спросил:
— А вы действительно брат жены покойного Джамара?
— Да, а что?
— Я встречался с ним, видел его жену. Красивая женщина. Но, по-моему, они не совсем хорошо жили.
— Это уже не имеет значения. Признаюсь, думал, что сестра живет лучше. Впрочем, ее все устраивало.
— Как-то внезапно умер Баха.
— Так ты, похоже, не просто встречался с мужем моей сестры. Знал его?
— Не то чтобы знал. Однажды вместе в гостях у господина Азира были. Ни за что бы не сказал, что у Джамара больное сердце.
— Инфаркт, Ахмад, может случиться с каждым. У нас в фонде работала молодая женщина из Италии. Не замужем, красавица, следила за собой, занималась в тренажерном зале. Однажды пришла утром на работу. Безупречная, деловая, строгая. Выпила чашку кофе, села в кресло у рабочего стола. На нее долго никто внимания не обращал. Работает женщина, все нормально. Потом кто-то заметил, что голова у нее набок повернута. Посмотрели, а итальянка-то мертва. Вызвали «Скорую помощь». Врач констатировал смерть, предположительно от обширного инфаркта. Потом диагноз подтвердился. Вот так. Молодая, очень красивая женщина. Многие мужчины хотели бы видеть ее рядом с собой. Она никогда не жаловалась на сердце и вообще ни на что. И вдруг инфаркт. Хорошо хоть, что мгновенная смерть. Бедняга ничего понять не успела. Как и Баха Джамар. Он, кстати, умер при мне, когда мы сели обедать. Тоже, можно сказать, мгновенно.
— Да уж… — протянул водитель. — Смерть не выбирает.
— Хочешь пожить?
— Еще бы. Конечно, хочу. У меня и невеста есть. Через год женюсь.
— Почему через год?
— Дом надо построить. Так родители договорились.
— Невеста-то хорошая?
— Очень.
— Рад за тебя.
Сабих отвернулся. Ему не хотелось видеть глаза этого парня, который собрался через год жениться и не предполагал, что жить ему осталось всего ничего.
В 9.42 телефон Сабиха просигналил вызовом.
— Да, — ответил турок.
— Мы выезжаем к буферной зоне.
— Подожди! — Сабих выбрался из машины, прошел до края холма, не выходя из тени. — Ты сейчас где конкретно?
— В деревне.
— Это понятно. У автобуса?
— Да, журналисты сняли то, что им показали, поговорили с местными жителями и сели в автобус.
— Охрана прежняя?
— Нет. Ополченцев из Хамена заменили здешние. Старший у них Ибрагим Озан. Вооружение…
— Это лишнее, — прервал Азира Сабих. — Давай о тебе. Каким маршрутом автобус пойдет к буферной зоне?
— Тут одна дорога, сперва к границе, потом вдоль нее к селению Майла. До зоны примерно десять километров, до деревни — пятнадцать.
— Минуту. — Сабих прижал трубку плечом и головой, достал планшет, на который была выведена карта данной местности.
Грунтовка, у которой сейчас стоял «Ниссан», выходила к той дороге у буферной зоны, в километре за поворотом.
— Хорошо. Как пройдете от поворота на Майлу, я позвоню тебе от имени Ислама Ахмада. Как только я назову имя главы администрации, ты сразу включи громкую связь, чтобы старший охранения слышал.
— Дальше?
— Глава администрации якобы передаст тебе команду срочно вернуться в Афрани на машине сопровождения, то есть на твоей. Мы будем сзади. Выйдешь из автобуса, пересядешь к нам. Ты предупредил жену, чтобы она ушла из города?
— Ее уже там нет. Она в безопасности.
— Прекрасно. Как зайдем в буферную зону, свяжемся с Гарданом.
— А журналисты?
Сабих рассмеялся.
— Они, да и все те люди, которые окажутся в автобусе, отправятся на небеса еще до того, как мы свяжемся с базой в Гардане.
— Я все понял. Ахмад?..
— Я позабочусь о нем. Ты его больше не увидишь.
— Крови в машине не оставь.
— Как получится.
— Не вздумай бросить меня!
— Кто же мне позволит обречь на гибель ценного агента военной разведки?
— Но позволили же тебе убрать Джамара!
— Он умер оттого, что сильно переживал по пустякам. Его слишком впечатлила смерть мирных жителей в Афрани. Тебя же она не особо огорчила?
— Идет война, она без потерь не бывает.
— Ну вот, разве таких агентов убирают? Нет, Бахрам, их берегут.
— А таких, как ты?
— И таких, как я, тоже. Но к теме. Не забудь, что я тебе сказал. Громкую связь включи, только когда я представлюсь главой администрации района.
— Не забуду.
Сабих отключил телефон и вернулся в машину.
— Едем? — спросил парень.
— Как зовут твою невесту, Ахмад? — Турок наклонился к водителю, его рука легла рядом с кобурой.
Ахмад не без удивления посмотрел на Сабиха и спросил:
— А зачем вам это, господин Раймони?
— Просто так полюбопытствовал. Это тайна?
— Нет. Ее зовут Гела.
— Гела, — повторил Сабих. — Красивое имя. Жаль только, что Гела не дождется своего жениха.
— Что? Почему?
Сабих рывком расстегнул кобуру, висевшую на поясе водителя, выхватил пистолет, снял с предохранителя, передернул затвор. Ахмад не успел среагировать.
— Она не увидит тебя живым, курд! — заявил сержант и дважды выстрелил в бок Ахмаду.
Гильзы вылетели, ударили в лобовое стекло.
Ахмад вскрикнул, дернулся, машинально открыл дверку со своей стороны. Туда Сабих и вытолкнул тело. Потом он вышел из машины, обошел капот и произвел третий выстрел, контрольный, в голову.
— Такова твоя судьба, Ахмад. Война есть война, — проговорил агент.
Сабих оттащил тело в кусты, капли крови на земле затер ботинком и сел за руль. Машина не была повреждена. Пули остались в теле водителя.
Сабих включил передачу и сказал:
— Ну а теперь да поможет нам Всевышний.
Он вывел внедорожник на грунтовку, проехал между холмов и встал на возвышенности, где-то в километре от дороги, что шла ровной линией вдоль проволоки, обозначающей границу буферной зоны. Сержант обернулся, достал с заднего сиденья спутниковую станцию. Он привел ее в рабочее состояние, набрал номер командира огневой диверсионной группы.
