Илона уклонялась, что-то ее удерживало, как и сейчас. Илона, поморщившись, что ее отвлеки от мыслей, ответила:
– Да.
– Илона, что случилось? Ты избегаешь встреч. Ты, не в себе.
– Как раз в себе.
– Ты сейчас где?
– Дома.
– Я могу заехать.
– Можешь, но не думаю, что это хорошая идея.
– А завтра?
– Николя, я занята завтра с самого утра и когда освобожусь, не знаю.
– Но если освободишься…
– Если освобожусь, – перебила она его, – я подумаю. Пока. – И отключила телефон.
Не прошло и пяти минут, как телефон зазвонил снова. «Точно вечер не для себя» – подумала Илона и ответила, так как звонила подруга – Жаннетт.
– Илона, что произошло? Николя так расстроен.
– Его проблемы. Устала я от него.
– Ну, у него есть недостатки, но он не так уж и плох.
– Ну и что! Мало ли вокруг не плохих мужчин.
– Да! Зная тебя, думаю, не ошибусь, что на горизонте кто-то появился.
– Даже не на горизонте.
– Уже так близко! И когда успела!
– Сегодня.
– Это на тебя похоже. Ты можешь быстро увлечься.
– Конечно, могу, но знаю меру.
– И кто он?
– Русский.
– Да, ты что!? И чем занимается?
– Не знаю.
– Состоятелен?
– Не думаю, но интересный. В нем есть мужская основа, сила.
– Когда встречаешься?
– Завтра за завтраком, у себя.
– Вот это скорость. Он что сейчас у тебя?
– Нет, придет завтракать. Ладно, все об этом.
Жаннетт была давней подругой Илоны, они вместе учились, имели общие интересы и взгляды. Доверяли друг другу, насколько можно было доверять.
Больше звонков не было, и день закончился спокойно.
Утром Семен проснулся с ощущением новизны. Ему захотелось увидеть Илону, просто посидеть, поговорить. Ему захотелось ее общества.
За окном светило утреннее ласковое солнце, и Семен, сквозь шторы, увидел розовый свет нового дня. Состояние свежести утреннего города и его относительной тишины нравилось Семену, поднимало настроение, и он решил этим воспользоваться. В ванной он побрился, размазав пену для бритья, пальцем обвел контур рта, и показал язык своему отражению, принял душ, выпил кофе и, одевшись, вышел на улицу. По дороге он купил только что испеченные круассаны, где покупал их каждое утро. Чтобы они не потеряли аромата, ему упаковали их, и он продолжил свой путь. Приятно было пройтись при утреннем свете по улочкам, вдоль старинных домов, украшенных лепниной.
Где находится 16-ый округ, Семен знал и быстро нашел дом, где жила Илона. Консьерж был предупрежден и вскоре Семен стоял на пороге квартиры, а перед ним, улыбающаяся, Илона, в светлых джинсах, блузке и босиком.
– Проходи, – и она отошла в сторону. Семен вошел, осмотрелся. Квартира была больше, чем две его, но не громоздкой. Он протянул ей пакет с круассанами
– К завтраку.
Она наклонила голову и ее взгляд спрашивал: «Что это?», а он, поняв ее мимику, ответил глазами: «Открой». Она взяла пакет, открыла, и аромат свежий выпечки заполнил кухню, куда они уже прошли.
– Это хорошо, у меня некому ходить утром в магазин, и горничной нет. Все сама управляюсь, – сообщила она. – Сейчас будем пить кофе.
– Да, конечно, а потом придумаем что-нибудь.
Она повернулась к нему и в ее глубоких карих глазах мелькнула искорка лукавства.
– Новый день, – выпалила она.
– Новый день, – не возразил он.
В это время зазвонил телефон Илоны, и она, взяв трубку, ответила:
– Да…Я забыла…Вот неудача…Да буду, – и она повернулась к Семену. – Извини, у меня срочная встреча, я совсем забыла.
Настроение у Семена ухудшилось, но он видел ее лицо и понимал, что это не придумано, ну, что делать, невезение не спрашивает, когда ему приходить: – Я понимаю. Когда-нибудь потом, в следующий раз, – постарался он передать ей ободряющие нотки.
– Нет, это, правда…А что касается следующего раза…Я съезжу, это не надолго. Дел на час.
– Я понимаю.
– Нет, ты не понимаешь, – возразила она. – Я поеду, а ты останешься ждать меня здесь. Какая тебе разница, где ждать. День у тебя свободный.
– Но…
– Никаких, но. В кои веки ты у меня дома и вдруг исчезнешь. Не будем менять планы.
– Это неудобно. И какой тогда завтрак?
– Не думаю, что ты такой стеснительный, а завтрак тогда, когда мы решим.
– Илона, ты меня не знаешь, и оставлять незнакомого мужчину в доме, глупо.
– Одной глупостью больше, одной меньше, суть жизни не меняет.
Она направилась к выходу, Семен за ней. Возле двери она прихватила сумочку: – А, чтобы не было полной глупостью, я тебя запру. Так что не сбежишь. Ключей у тебя нет.
– Пока нет, – усмехнулся Семен.
– Мне нравится твое пока, – она стала открывать дверь, и, почувствовав его взгляд, заметила: – Да, ты прав, даже самые красивые ноги растут… – и, открыв дверь, вышла.
Семен услышал звук поворачиваемого ключа, усмехнулся ситуации и отметил, что Илона проницательна, он действительно оценивал ее ноги и фигуру, когда она открывала дверь.
15
«Вот и придумали новый день» – мелькнула у него мысль. Он решил осмотреть квартиру, что состояла их двух комнат и спальной. Квартира была залита светом, проникающим сквозь тюлевые занавески. На стенах висели эстампы и смотрелись очень неплохо. Мебели было немного, но ровно столько, сколько надо, чтобы создавалось ощущение простора. В одной из комнат тянулись книжные стеллажи, стояли два кожаных кресла, торшер. Потолок был ровный, комнаты освещались при помощи бра, висевших на стенах.
Семен вернулся на кухню. Ощущения одиночества у него не было. Это раньше он был один из миллиона в этом городе, но сейчас в этой чужой квартире это ощущение исчезло. В шкафу он нашел банку с кофе, кофе автомат был на столе. Семен смолол коричневые твердые зерна и кухню наполнил головокружительный аромат – аромат уюта, интереса к жизни с таким терпким привкусом.
Как только кофе был готов, он сел за стол, достал из пакета круассан и уже хотел надкусить его, как раздался звук от поворота ключа в двери. Взглянув на часы, что висели на стене, Семен удивился, прошло всего полчаса, как Илона уехала. Вернуться так быстро она не успевала. Он положил круассан на стол и вышел к входной двери.
В дверях стоял мужчина лет под шестьдесят, подтянутый, седоволосый, в дорогом костюме. Был он высоким, широкоплечим и было очевидно, что он привык, что всё вокруг соответствует его желаниям, иначе он перекроит мир, и ему это ничего не стоит сделать. Увидев незнакомца, он не испугался, лишь брови его слега изогнулись от удивления, но лицо не выразило никаких эмоций, по-прежнему оставаясь спокойным. Он вошел и закрыл за собой дверь.
– Вы кто? – голос прозвучал тихо, но
