даже не обращая на нас внимания.
— Мы в Варшаве, — тихонько произнёс Ломоносов.
— Czy wy Moskale? — возмущённо обернулся к нам поляк и быстро заправил своё достоинство, продолжая сыпать незнакомыми словами.
К моему удивлению Клирикрос знал их язык и о чём-то бегло переговорил с пьяницей. Тот сначала громко возмущался, но вскоре согласился нас проводить до ближайшей корчмы, где смуглый хозяин хмуро посмотрел на наши рубли, но всё же взял их. Я дал больше чем надо, но и это не пробудило в нëм дружелюбия. Чëрт с ним, главное угол у нас появился.
— Не знал, что ты владеешь польским, — сказал я Клирикросу, но тот лишь покачал головой. — Это не я, это твой друг, — и постучал себя указательным пальцем по лбу. — Начнём завтра, а пока надо хорошенько выспаться.
Я спорить не стал. После перемещения усталость навалилась такая, будто мы марафон пробежали. Сам же процесс переноса не почувствовался, но может оно так и надо?
Мгновенно оказаться за тысячу километров от прошлого места… Не каждый сможет объять это своим естеством, да и зачем? Основное я увидел: используя теневой мир, бог открыл портал. Причём с такой хирургической точностью, что я мог только поаплодировать.
Мы не оказались посреди твёрдой материи или на глазах у других людей. Будто он точно знал, куда нам стоит приземлиться.
«Я определённо увидел больше положенного».
Эта сила лишь казалась несущественной в сравнении с мощью чистых стихий. Изловчившийся в неравной борьбе, ум Клирикроса породил магию телепортации в синтезе двух стихий! Это и позволило ему воевать в одиночку против стольких врагов, оставаясь в живых. Ведь в случае чего, он всегда мог отступить.
Я как-то упустил из виду такую возможность, больше заострив внимание на скорости передвижения. Навряд ли, без ста процентилей барьеров, я смогу повторить этот трюк, а жаль. Становиться новым богом света я тоже не планировал, тогда изменится вся моя человеческая сущность. Это уже буду не я. Потеря личности того не стоит.
С подобными рассуждениями я и заснул. Утро, как всегда, встретил на полу, скорчившись от борьбы за жизнь. Рядом, положив ногу на ногу, сидел Ваня и смотрел на всё это сверху вниз без единой толики сострадания. Точнее, это был Клирикрос. Цепляющийся за жизнь Отчуждённый явно занимал его.
— Насмотрелся? — отдышавшись, спросил я спутника и вытер липкую испарину.
Естественно, и в этот раз победа была за мной.
— Занятное зрелище, мы в чём-то похожи, Аластор. Так же упорно хотим жить, так же горим своим делом…
— Да, только я ради него не отправлю на убой своих жён, — огрызнулся я.
По лицу моего визави пробежала тень и он разом потерял весёлый утренний настрой.
— Что ещё тебе сказала эта скотина? — спросил он, имея в виду гомункула Обскуриана.
— Так это правда? Зачем ты это сделал?
— Ты задаешь много ненужных вопросов, человек, — на этом наша беседа закончилась, и завтрак мы провели в тухлом молчании. Кудяблик в присутствии Повелителя без разрешения лишний раз рот не открывал.
Мне важно было спросить в неожиданный момент и я получил соответствующую реакцию.
«Значит, гомункул не врал. Что ж, это становится интересным».
Мы оказались практически на самой окраине Варшавы, именно поэтому к нам до сих пор ещё не ломились высокоранговые некроманты. Присутствие мортиканта в столь большом городе чревато последствиями, поэтому нам надо было незаметно выбраться, но как это сделать, если нет полезных связей с местными?
Проблема решилась сама собой. Не успели мы выйти из корчмы, как к нам, неуклюже ступая по снегу, приблизился низкорослый шляхтич в высокой чёрной меховой шапке из овчины. На его носу блестело подёрнутое морозом пенсне, а лицо было как у вечного семинариста: робкое и не обременённое жизненным опытом. Казалось, это был взрослый мальчик. Он что-то проговорил на польском.
— Приглашает нас, — Ломоносов кивнул на крытый экипаж в дальнем конце улицы.
Я согласился посмотреть, кого же там принесло, приготовившись если что дать отпор, но, когда подобрался поближе, некромантское зрение заставило улыбнуться. Дверь роскошной кареты открылась и меня за отворот пальто затащила внутрь хваткая женская рука.
— Это бессовестно, так умолчать о своём приезде!
«И откуда столько сил?»
Я оторвался от жарких губ Ренаты, точнее, отпихнул её от себя и под протестующим взглядом девушки позволил Ване и Кудяблику забраться внутрь.
Глава 13
Тринадцатый подвиг
Как выяснилось, мы оказались не совсем на том месте, где Клирикрос обнаружил Мор’Галиана. Несколько сотен лет назад он бывал в Варшаве и хорошо запомнил место, где мы «приземлились». От города нам надо было перебраться немного западней, к тому же цель не стоит на месте. Бог света время от времени поглядывал своим теневым зрением, куда отклоняется маршрут.
Рената Жмудская через последовательниц своего ковена быстро узнала о моём прибытии. По счастливой случайности её загородное имение оказалось рядом. Послушница некромантши, отправляясь за покупкой провианта, обнаружила неладное: мортикант выдавал своë присутствие аурой смерти. Она хотела было ликвидировать злосчастную тварь, но при опросе владельца корчмы сразу узнала в спутнике полумёртвого молодого Повелителя.
Внешность подходила по многочисленным рассказам Верховной и ученица сразу побежала докладывать. В итоге нас подобрали до того, как польская инквизиция вышла на обход.
— Располагайтесь как дома, — любезно предложила она моим спутникам, предоставив шикарные апартаменты в готическом стиле.
Собственно, весь её дом изобиловал отсылками к мифологическим существам и мог сойти за музей: слишком уж много статуй, картин, мозаик и прочих атрибутов искусства наполняли это жилище. Жмудская оказалась заядлым коллекционером и не скупилась на своё увлечение.
— А тебя я никуда не отпущу, — она хищно улыбнулась и без всякого стеснения опустила руку на мой пах.
Надо сказать, что во всём имении не было ни одного мужчины. Все его жители — это послушницы некромантского ковена. Я нет-нет да ловил жадные до похоти взгляды, но стоило хозяйке посмотреть в их сторону, как глаза «сестëр» сразу падали в пол.
— А-а-а, потом, все дела потом, — помахала она пальчиком и приложила его к губам, а после прижалась ко мне упругой грудью, источая сексуальные флюиды всем своим телом.
— На нас же смотрят, — кивнул я на двух дамочек неподалёку.
— Какая разница? Хочешь они присоединятся? Но я первая, я!
— Я не за этим сюда добирался, — честно ответил я ей, наблюдая
