дверь, я повернулась к ней. Логично было бы спросить, чему могла позавидовать вобла, потому что поводов для зависти я в упор не видела, скорее, наоборот, но что уж спросилось.
– Еще подруженция твоя закадычная. Зависть, Стаська, разъедает душу, толкая людей на глупые и подлые поступки. Марьянка вот сглупила, нагрубив тебе, а Яковлевна и вовсе донос строчить побежала – это пример подлости в ее худшем проявлении.
– Донос? А как же…
– Да никак! Расслабься, Стась, – махнула хвостом фамильяра, возвращаясь на кухню за следующим куском «маленького» пирога. Такими темпами он скоро и правда станет крошечным. – Ничего у этой бойкой мымры не получится – ты же сама сказала, что в случае отказа Канервы от прав на нашу жилплощадь, дурацкие условия завещания аннулируются автоматом. Так что… хрен этой злыдне ревнивой, а не наш переезд! Пирожка хочешь? – сменила тему она. – Борщик, конечно, хорош, но сладенькое успокаивает.
– А торговля зельями без лицензии как? Если Ангелина Яковлевна за мной следила, может ведь нас сдать.
– Будь воля домомучительницы, тебя бы, Стась, давно уже оштрафовали или даже посадили. А раз не штрафуют, значит, Гелька аки та собачка: тявкает, но не кусает – зубки боится обломать.
– Об меня?
– Об твоего покровителя! Ты же ее слышала.
– Но… кто ОН? – воскликнула я, взяв-таки предложенный кусочек пирога, вдруг и правда поможет успокоиться.
– Настасья, ты совсем того? – Желтые глаза кисы были полны укоризны. – Кроме меня и родных в последнее время о тебе заботу проявляли только трое: сосед снизу, твой обожаемый препод и поганка Марьяна. Она отпадает, потому что просто не тянет на роль покровителя. Вальдемарчик подходит, но в городе он появился немногим позднее меня. Остается тот, кто всегда рядом. Это же элементарно! – заявила фамильяра.
На самом деле, я тоже так думала, только признаться себе боялась. А еще я была уверена, что дракон, даривший мне подарки прошлой и позапрошлой зимой в реальности оказался змеем… ледяным. Он ведь маг, способный управлять не только временем, но и пространством. Такой неординарный человек точно нашел бы способ защититься от чужих поисковиков и гаданий. И драконом ему для этого быть вовсе не обязательно. Да и демон на пустыре мне широкоплечего мужчину с большой собакой показывал – чем ни Андреас с Бриной?
Вот только что им управляет: чувства или расчет?
Вопрос…
Глава 10
– Стась, прости, а? Сама не знаю, что на меня нашло, – каялась Марьяна. Она смотрела на меня из глубины волшебного шара, вытирая слезы. Глаза красные, нос тоже – похоже, ведьмочка весь вечер ревела, пока я пироги пекла да с воблой отношения выяснила.
Стало стыдно. Закрутилась я, погрязла в собственных проблемах, да и обиделась на подругу, не без этого. А надо было пойти на перемирие первой, наступив на горло дурацкой гордости. Марьяша из-за меня вон как расстроилась, а я… эх.
– Забудь! – Покусанная угрызениями совести, я чувствовала себя ужасно виноватой. – Нервы у всех сейчас на пределе. Подумаешь, вспылила. Тебя же Валь из-за меня с зачета сорвал. Я все понимаю.
– Да ни черта ты не понимаешь, Суворова! – всплеснула руками ведьмочка. Я аж дернулась от такого резкого перехода. – Знаешь, что он мне сказал? Знаеш-ш-шь? – перешла на шипение она. Глаза ее по-прежнему блестели, но слезы по щекам больше не катились. Распущенные черные волосы обрамляли бледное лицо, делая его еще белее из-за контраста. Я молча смотрела на подругу, ожидая продолжения и, шумно вздохнув, она выдала: – Этот смазливый недоволк заявил, что мне давно пора вырасти и перестать верить в сказки! – Не очень понимая, о чем, вообще, речь, я продолжала молча слушать. – Сказки! Ты представляешь? – Марьяна в раздражении хлопнула рукой по столу, я вздрогнула, но девушка этого не заметила. – Он полностью запретил мне гадать в этом году и велел о демонах говорить только на его парах. Сказал, что все твои проблемы из-за меня и из-за моего глупого желания найти суженого, выбранного для меня звездами. Глупого! Как тебе?! А когда я напомнила про млечный путь в храме, этот… недосуслик, – выплюнула она, продолжая подбирать все новые обидные прозвища оборотню, – расхохотался. До слез, с-с-скотина! Стася, он высмеял мою веру в настоящую любовь, сказал, что серебряная аллея в небесном храме вспыхивает вовсе не из-за того, что пара истинная. Просто эти молодожены физически хорошо совместимы и готовы к рождению здорового потомства, что совершенно не гарантирует им счастья в браке. – Я, на самом деле, тоже так думала… точнее, не так, но в похожем направлении, однако на мои слова Марьяна реагировала иначе. – Он, видите ли, не раз встречал на своем пути идиотов, которые ненавидели друг друга после свадьбы, но не могли разойтись, потому что считали себя истинной парой. Так и жили исключительно ради детей, а не из-за большой и чистой любви, которую им пророчили жрецы. Стась, он откровенно поглумился над моими умственными способностями, назвал меня незрелой и чересчур романтичной, а потом начал строить из себя заботливого дядюшку, советуя выбирать жениха головой, а не с помощью демонов и трюков храмовников. А ведь этот недо… – Она задумалась, подыскивая эпитет.
– Змей, – подсказала я.
– Да! – согласно тряхнула своей черной гривой ведьма. – Этот недоаспид мне так нравился! – скривившись, как от зубной боли, призналась она.
Хорошо, что я уже сидела, а то бы шлепнулась от таких откровений прямо на пол, наверное. Нет, я знаю, что к Валю все девчонки в академии неравнодушны в той или иной степени – сама не исключение. Но Марьяна обычно снисходительно посмеивалась, когда я вздыхала, любуясь смуглолицым лектором. А дома вместе с Муркой они еще и подтрунивали надо мной на тему наивной влюбленности. И что в итоге? Одной, оказывается, красавчик-препод самой по душе, а вторая зовет его ласково Вальдемарчиком и восхищается знаниями демонолога и умом. Как так-то?
– Почему же ты мне ничего не говорила? – пробормотала сбитая с толку я. – Как же твоя свадьба? Как суженый, которого мы должны были срочно найти? Все это обман, да? Ты хотела, чтобы этим суженым оказался Валь, потому и смухлевала с камушками?
– Вовсе нет! – Мое недоверие ведьмочку сильно оскорбило. Слезы высохли окончательно, а к красным пятнам на лице добавились еще и вспыхнувшие гневным румянцем скулы. – Свадьба в силе. Батюшка уже запланировал венчание на конец зимы. И если я срочно не найду своего един… – она опять поморщилась. – Если не найду того, за кого сама захочу выйти замуж, меня насильно отправят под венец с нелюбимым. Еще и приворот посоветуют
