ему подходила. Я была единственной в своем роде — не было ни шанса, что он смог бы найти мне замену. Только я одна и никто другой была способна воплотить в жизнь то, что он задумал.
Но если я верно разгадала его планы, то это становилось опасным не только для его высочества, но и для меня самой. Погубив принца Селебриана, не планирует ли Тариен Грим одним махом погубить и меня? Ведь я буду ему уже не нужна, напротив — как участница его тайных дел стану обузой.
Если так, то я недооценивала его коварство. Он поистине беспощадный человек.
Но как же мне быть в таком случае?
И ровно в тот момент, когда мои мысли зашли в тупик, я услышала голоса, которые раздавались за стеной из тиса.
— Откуда только взялась эта девица де Саар?! — с негодованием прошипел женский голос. — Все молодые особы с даром нагалиси давно известны, их считанное количество! Как это возможно, чтобы мы о ней не слышали?!
Я остановилась и с интересом прислушалась.
— Ее отрекомендовал сам магистр, Делия, — ответил мужской голос. — Очевидно, что она его протеже. Похоже, он скрывал ее дар намеренно, чтобы в нужный момент привлечь к девице как можно больше внимания. Ты видела, как заинтересовался ею принц? Все потому, что она появилась так неожиданно.
— У нашей Изабель не было конкуренток, Реми! — продолжала свирепеть дама. — Ее дар нагалиси сильнее, чем у прочих претенденток! Она бесспорно превосходит всех красотой и родословной! Ее выделяла из прочих королева Стефания, и даже пригласила в свою свиту на сезон!.. И вдруг появляется эта выскочка, дочь какого-то мелкого дворянина, и переходит дорогу нашей Изабель! Даже ее величество заинтересовалась этой девицей и сразу же дала ей место сезонной фрейлины! Она портит нам все планы!
Я хмыкнула задумчиво. Сначала герцогиня де Ларуз с дочерью Парис, теперь господа за стеной тиса с дочерью Изабель… Знал ли принц, какие подковерные битвы шли среди наследниц родовитых семейств Гатарии за возможность занять место его будущей супруги? Наверное, знал. А вот я, признаться, не подозревала.
Но теперь я знаю, что в свите королевы Стефании у меня будет соперница за сердце его высочества.
— Ничего не поделаешь, Делия, — произнес мужчина, — мы не можем не брать в расчет протеже самого магистра. Придется учесть ее как главное препятствие, от которого предстоит избавиться.
Мои глаза расширились. Ох. Похоже, светский сезон сулит мне немало опасностей. О том, как «избавлялись» при дворе, я была наслышана еще от матушки. Мне придется проявить необычайную осторожность, чтобы выжить.
— Но ты видел?! — внезапно сильнее прежнего рассвирепела дама, как будто и не слушая своего собеседника. — Ты видел, Реми, как бесстыдно эта выскочка флиртовала с принцем?! Да она ничего не знает о приличиях! Вела себя как торгующая телом уличная девка!
Я с трудом заставила себя сделать вдох. Руки невольно сжались в кулаки, а рассудок полыхнул огнем гнева.
Как легко эти люди оскорбляли Клодию де Саар, дочь барона, дворянина низкого ранга. Если бы только я была собой!.. Никто не посмел бы даже за моей спиной говорить такие унизительные слова о дочери герцога де Фракиза!..
«До того, как он был оклеветан и казнен», — напомнила я себе, и кулаки бессильно разжались.
Я выдохнула, осознавая всю тщетность своего гнева, когда раздался голос:
— Маркиз и маркиза Лаанталь, если не ошибаюсь?
Вскинув взгляд, я увидела, как из-за угла тисового лабиринта возникла фигура высокого мужчины в темных одеждах с красно-золотой отделкой. На его лице была черная маска.
«Алькан Валарис!» — пронеслось у меня в голове.
На миг мне показалось, что граф Валарис повернул голову в мою сторону, словно услышал, как я мысленно произнесла его имя.
— Граф? — раздался из-за стены тиса женский голос. — Мы не знали, что вы здесь.
Губы Алькана Валариса под маской изогнулись в улыбке.
— Если бы вы знали о моем присутствии, мне не довелось бы услышать весьма занимательный разговор.
— Вы могли бы дать знать о своем присутствии, граф, — с недовольством произнес мужской голос невидимого мне маркиза де Лаанталя. — Так подсказывают нам делать правила приличия.
Очевидно, что он хотел уязвить Алькана Валариса, но, похоже, того было не так просто задеть.
— Но тогда это не было бы так весело, не правда ли?
— Не стоит тратить время на призывы к графу соблюдать правила приличия, Реми, — ядовитым голосом произнесла маркиза. — Очевидно, что для Алькана Валариса приличия пустой звук — весь свет помнит о его постыдной связи с собственной сестрой.
Я задержала дыхание, наблюдая за реакцией графа, но тот снова ничем не выдал, что уязвлен.
— Кто бы говорил, маркиза Лаанталь, — уже во второй раз граф опускал дворянскую приставку к фамилии своих собеседников и, кажется, делал он это не случайно, а с умышленной целью оскорбить их. — Не забывайте, минуту назад я слышал, что вы говорили о дочери барона де Саара. Сомневаюсь, что в высшем свете ваши речи сочли бы приличными.
Маркиз за стеной прокашлялся, а до моих ушей донеслось произнесенное маркизой тихо, но с досадой: «Проклятье!»
— К слову, о тэлли де Саар, — продолжал тем временем граф. — Некоторое время назад я видел, как она мило беседовала с принцем. Принц казался заинтересованным ею — а всем известно, меня всегда интересует то, что интересует его высочество, — однако после услышанного я готов переменить свое мнение. Вы меня убедили: ваша дочь Изабель и впрямь превосходит родословной род де Саар, и насколько я знаю, тэлли с ее типом внешности как раз во вкусе принца. Да-да, уверен, выбор принца непременно падет на тэлли Лаанталь! Пожалуй, мне больше не интересна тэлли де Саар. Я планирую обратить свой взор на малышку Изабель, ибо… на кого смотрит принц — на того смотрю я.
— Как вы!.. — взвизгнула за стеной тиса маркиза. — Не смейте приближаться к Изабель! Не смотрите даже в ее сторону с вашими развращенными помыслами! Реми!
— Не переходите черту, граф, — поддержал ее маркиз. — Всем известно, что вы, как и ваша казненная сестра, воплощение самого греха, но если вы вознамеритесь опорочить нашу дочь, клянусь, вам несдобровать.
— И что же вы мне сделаете, маркиз? — с вызовом спросил граф.
— Я!.. Я!.. Вы непременно увидите, на что я способен, Валарис! — задыхаясь от негодования, повысил голос маркиз, чем вызвал лишь смех графа.
— Не смейте! Слышите, Валарис, не смейте приближаться к Изабель! — истерично требовала маркиза и, словно спасаясь бегством, обратилась к супругу: — Пойдем, Реми!
Какое-то время я слышала шорох скользящих по земле
