одного только вида еды заурчало.
Хозяйка комнаты присвистнула. От неожиданности я подпрыгнула. Никогда не слышала, чтобы женщина свистела, это как минимум неприлично. Однако ей, похоже, было абсолютно все равно.
— А ты бы пользовалась популярностью у мужчин! Чуток подкормить, чтобы так сильно кости не торчали — и будет огонь!
Я не знала, как реагировать на такой сомнительный комплимент. Девушка села на кровать и похлопала по ней, приглашая присоединиться.
— Не бойся, постель чистая, — сказала она, разливая вино по стаканам. — Тебе нужно согреться, пей. Меня, кстати, Тосей звать.
— Августа, — я робко улыбнулась, присаживаясь на край. Попыталась натянуть халат на колени, но безуспешно. Тося прыснула и извлекла из кофра еще и тонкий шерстяной плед, протянув его мне. С благодарностью завернулась в него целиком. И сейчас вопрос был вовсе не в стыдливости, просто все еще не могла как следует согреться. Однако после нескольких глотков вина приятное тепло стало распространяться по телу.
— Итак, — девушка отхлебнула напиток и соорудила конструкцию из хлеба, мяса и сыра, — ты не местная. Рассказывай, что привело тебя в наш радушный город? — тон голоса так и сочился иронией.
— С чего вы…
— Так, Августа, прекращай выкать, мне кажется, что я какая-то старуха, — она снова расхохоталась.
Не смогла сдержать ответной улыбки. Внимание привлек какой-то звук, кто-то монотонно долбил стену. Встревоженно посмотрела на собеседницу, она, поняв, что меня напугало, лишь отмахнулась.
— Кровать о стену ударяется, здесь и не такое услышишь, не отвлекайся, ешь! И рассказывай, что случилось, авось помогу чем.
* * *
Августа! Хватит уже краснеть! Я попыталась отвлечься от назойливых мыслей.
— Но как ты узнала, что я…
— Не местная? — перебила Тося, набив полный рот еды, жадно запивая все это. — Очень просто: приличная девушка, а ты производишь впечатление именно такой, ни за что не зашла бы в этот район. Тем более после наступления темноты. Тем более одна! Так-то вывод напрашивается сам собой.
Она мне почему-то очень нравилась. И дело даже не в ее помощи. Чувствовалась в этой молодой женщине какая-то искренность, открытость. Она была шумна, обладала такими манерами, от которых у дам в высшем обществе волосы на голове встали бы дыбом, смеялась во весь голос, но при этом выглядела такой… настоящей. Я не могла отвести взгляд от ее блестящих темно-шоколадных глаз, длинных черных волос, свободными волнами спадающих по плечам. Она имела довольно пышные формы, которые вовсе ее не портили. Наоборот: большая грудь в сочетании с крутыми бедрами и довольно тонкой для ее комплекции талией наверняка сводила многих мужчин с ума.
— Ну?
Пока размышляла о впечатлении, которое произвела на меня Тося, ей не терпелось услышать мою историю.
— Я и вправду не местная.
— Ну, это и дураку понятно. Из какого-то крупного города… — она на пару секунд задумалась, будто что-то прикидывала. — Из Минска небось?
Девушка была хоть и простая, но очень сообразительная. Я поразилась ее способностям.
— Ты что, частный детектив что ли? — пошутила я.
— Да тут не нужно иметь семь пядей во лбу. У тебя все на лице написано. Посмотри на свои манеры! Эти изящные движения! Да у меня с жизни не получится есть с такой грацией!
Я чуть не поперхнулась вином. Такого мне еще не говорили.
Дожевала остатки сыра и принялась неторопливыми маленькими глотками расправляться с терпкой жидкостью.
— Что ж, ты права, я действительно из Минска, — сделала паузу, прикидывая, что могу рассказать своей спасительнице, а что лучше оставить при себе. — Ищу тут одного человека…
Глаза Тоси сразу загорелись.
— Я многих здесь знаю!
Я смутилась. Девушка мне нравилась, но почему-то не хотелось бы узнать, что пан Тадеуш — завсегдатай такого заведения. Слишком чистый образ этого человека сложился у меня в голове. Каким-то необъяснимым способом собеседница понимала все, о чем я думала.
— Да не в этом смысле! Человеку не обязательно быть для этого в моей постели или кого-то из девочек этого дома. Но мы действительно много знаем о многих. Пьяные мужчины бывают так болтливы!
Она и сама уже была не совсем трезва. В другой день я, возможно, и осудила бы это, но сейчас вино ударило и в мою голову. На душе наконец-то потеплело. И это не та абсолютная пустота, которая появлялась от чертовой настойки. Мне просто стало уютно. Вот так, с незнакомой женщиной, в чужом городе, в совершенно неприличном месте. Какая ирония. Там, куда иные приходили пестовать тело, я услаждала душу.
— Ладно, — я старалась не сильно растягивать губы в улыбке, но они сами расходились. — Ты слышала о пане Тадеуше Сковронском?
Девушка прищурилась.
— Уж не тот ли это старик, который на краю леса живет?
— Ну… Не старик он вовсе. Но да, думаю, речь о нем.
Я оживилась. Неужели и она что-то может знать?
Залпом допив остатки вина, она поставила стакан на поднос и наклонилась к самому моему уху, прошептав:
— Поговаривают, что он колдун, — Тося хихикнула. Ее дыхание было теплым, а от кожи и волос пахло чем-то сладко-цветочным.
Вино развязало мне язык. Я так же шепотом в ее ухо сказала:
— И они правы!
Глаза собеседницы расширились, грудь быстро вздымалась и опускалась.
— Правда? Настоящий? А что он умеет?
Сейчас она проходила на маленькую любопытную девочку.
— Ну-у, — снова задумалась, о чем могу рассказать. — Может огонь наколдовать. По щелчку пальцев.
— Вот диво дивное! Вот бы мне хоть глазком увидеть! Так я не поняла, если ты его ищешь, почему не в поместье?
— Пропал он, Тосенька.
— А ты его… кто?
Кажется, о тактичности эта панна и слыхом не слыхивала.
— Это трудно объяснить. Я его гостья. Он помогает мне…
— Антонина! — услышали мы громогласный голос в коридоре. Он приближался.
Хозяйка комнаты на миг испуганно распахнула веки.
* * *
— Это мадам Роза, хозяйка, нужно открыть.
— Что здесь происходит? — на меня строго глядела высокая худощавая женщина средних лет с замысловатой прической, искусно закрученной из светлых волос. Вопреки ожиданиям, одежда хозяйки сего заведения была довольно строгая, хотя и модная: деловой костюм из темно-серого велюра, состоявший из жакета и юбки в пол.
— Мадам, это панна Августа. Ее ограбили, и ей негде переночевать, — сразу выложила все карты Тося.
