ловить?
– Сегодня не получилось. Добрый вечер, лейтенант Редондо.
– Так вы знакомы? – Теперь настал черед Оливера удивляться, он недоуменно переводил взгляд с Валентины на американца, ожидая подробностей.
Валентина сказала:
– Оливер, сеньор Грин – владелец Кинты-дель-Амо.
– Да ладно? Ну ты даешь, Чарли! Так Карлос Грин – это ты? А мне и в голову не пришло, что это ты живешь в том домище!
– Ну вот так, – смутился писатель, который не ожидал увидеть, как суровая лейтенант Редондо разгуливает по вечернему променаду в обнимку с сёрфером-новичком, с которым они в последние недели не раз болтали на Пляже безумцев. Грин был рад поговорить по-английски, зайти после сёрфинга в пляжный бар. Он впервые встретил настолько безнадежного в сёрфинге неумеху, но собеседником Оливер был приятным. Грин рассказал, что у него дом в Верхнем городе, но умолчал, какой именно. Ему не нравилось, что при упоминании Кинты-дель-Амо люди сразу понимали, насколько он богат.
– Я надеюсь, у вас обошлось без дальнейших происшествий? – поинтересовалась Валентина, тут же вернувшись в роль лейтенанта гражданской гвардии. – С Пилар Альварес вы уже поговорили?
– Да, она вернулась, и мы сегодня же и пообщались. Я решил – пусть и дальше работает у меня. Вопросами с документами займется мой адвокат. – И Грин махнул рукой на оглянувшегося на них человека с косматой бородой и блестящими от геля волосами. – Мы буквально только что с ним попрощались.
– Пошли с нами, прогуляешься до конца променада, – предложил Оливер, – мы как раз домой направляемся.
– Мне бы не хотелось быть третьим лишним.
Валентина многозначительно посмотрела на Оливера, как бы намекая, что им и правда не нужна компания. Вся романтика и так улетучилась, а уж мешать личное и рабочее и вовсе ни к чему. Она всегда строго относилась к этому, разделяла эти две стороны жизни. Но Оливер ее молчание воспринял как знак согласия:
– Да брось, пойдем, хотя бы до конца променада. Слушай, насчет садовника – мои соболезнования. Но погоди, у тебя реально дом с привидениями?
– Оливер! – воскликнула Валентина.
– Что? – засмеялся Оливер. – Да про это весь город уже знает! Только и разговоров что про загадочный дворец. Подумать только, тебе досталась не просто Кинта-дель-Амо, а еще и привидение!
– Вы вряд ли верите в такое, – сказал Грин. – Я сам до недавних пор не верил, но в особняке и правда творится что-то необъяснимое. А тут еще сегодня…
– Что-то еще случилось? – насторожилась Валентина. – Рассказывайте!
– Со мной можно на “ты”…
– Конечно, извини. Рассказывай. Что произошло?
– В общем, у меня побывал исследователь паранормальных явлений. С медиумом…
– Серьезно? – вырвалось у Оливера. – И что?
– Долго объяснять… Странно все было.
– А мы не торопимся. – Тут уж и Валентина решила, что рано расставаться с Грином. В ней проснулось любопытство, инстинкт сыщика. – Давайте вон там сядем. Мы ведь не ужинали.
Они как раз шли мимо ресторана, недавно открывшегося в бывшей водолечебнице. Здание стояло на променаде почти у самого спуска на Пляж безумцев.
Грин немного поколебался, но решил – почему бы и нет? Все равно больше заняться нечем, а ему надо сбросить груз с плеч. Поболтать, посидеть в компании – самое то. Так что они зашли внутрь. Водолечебницу построили в двадцатые годы прошлого века, но недавно бережно отреставрировали, сохранив очарование и дух той эпохи. Дюна улеглась в ногах у Оливера, официант сделал вид, что не заметил ее. За ужином писатель поведал Оливеру и Валентине подробности потустороннего сеанса в особняке. Он постарался не упустить ни одной детали, чтобы рассказ звучал убедительнее, но чем больше он говорил, тем труднее ему самому во все это верилось. Пришлось даже про синяки рассказать, но как раз они на Валентину не произвели никакого впечатления:
– Это наверняка из-за сёрфинга, – сказала она, не зная, что то же самое говорил уже и Кристиан. – Оливер, с тех пор как начал заниматься, тоже весь в синяках ходит.
– Нет, ты, дорогая, нас не равняй, я-то дольше пары секунд на доске не могу удержаться, а Чарли – легенда в сёрферских кругах.
– Правда? – удивилась Валентина. Но тут же припомнила, что Грин действительно упомянул о том, что в молодости был профессиональным сёрфингистом, однако бросил в двадцать один год.
Калифорниец покачал головой:
– Это было много лет назад. После травмы, – он указал на правую ногу, – я, считай, любитель. Но синяки – нет, у меня стойкое ощущение, что меня атакует что-то в доме. Объяснить не могу. А еще я уверен, что женщина, которую я видел в оранжерее, существует на самом деле. Или существовала когда-то давно…
В ресторане заиграла песня “Не об ангелах” группы Birdy. Нежная мелодия перекликалась с рокотом волн, слова убаюкивали. И правда, а как же ангелы? Они существуют? Если бы мы точно знали, что они существуют… Разве можно так дразнить нас, ведь мы познать их мир никогда не сможем?
– Я понимаю, что вы не верите, – продолжал Грин, – но я чувствую, что во дворце живет кто-то, кроме меня. Та женщина в оранжерее и еще… нечто. Я не уверяю, что это нечто непременно злое, но его энергия пугает меня.
– Нет, я тебе верю, – сказал Оливер. – У моей бабушки дом в Стерлинге, это в самом сердце Шотландии, и там привидения – обычное дело. Я рассказывал, что со мной однажды случилось в замке Глэмис? – повернулся он к Валентине.
Она удивленно покачала головой. Кто бы мог подумать, что Оливер верит в призраков, он же такой рассудительный и практичный человек. Подошел официант. Все заказали рыбу, Оливер и Валентина еще и десерт, а Карлос Грин попросил виски. Это не ускользнуло от Валентины, равно как и то, что Грин практически в одиночку выпил бутылку вина, которую они заказали к рыбе.
– Нам тебя придется до дома нести!
– Не придется. Обычно я не пью, но сегодня уже во второй раз. Такой уж день.
– И понять тебя нетрудно, – кивнул Оливер. – Ну что, хотите послушать про замок Глэмис?
– Ну давай, не томи. – Валентина скрестила руки, всем своим насмешливым видом показывая, что уж она-то не собирается верить в россказни про призраков.
– Это не фантазии, а достоверные данные!
– Самые достоверные.
– А ты послушай. В веке эдак пятнадцатом в замке жила некая Джанет, в историю она вошла как шестая Леди Глэмис. Однажды она перешла дорогу королю, и ее сожгли в Эдинбурге на костре как ведьму.
– Дикие люди. – Валентина притворно зевнула.
– Слушайте дальше. Эта преамбула. После казни ее душа возвратилась в замок и, как говорят, с тех пор бродит по коридорам, стонет
