даже мне. Ритуал выжигает плоть и души всех, кто находится в границах его создания. Это аналог твоей руны, но куда в больших масштабах.
— Выжигает плоть и души?.. — повторил я. — То есть там никто не выживет?
— Никто. Самые чувствительные звери Храага могли ощущать ритуал Поглощения Плоти на расстоянии тысячи километров. Людишки не использовали эту магию несколько столетий, потому что она привела Рунный континент к Алой катастрофе. Проливались реки крови, прановоины массово убивали людишек для создания кровавого праннита. Для ритуала нужно не меньше двухсот человек, но чем больше, тем лучше. Как раз с тех времён прана на континенте стала угасать. Я думала, эта тёмная магия уже забыта, но нашлись те, кто узнал её секрет.
Красный столб света погас. Боль в животе стала утихать, но всё ещё оставалось ощущение, что меня чем-то проткнули. Собственно, даже кровь сочилась, хоть и совсем немного.
От руны истощения нужно избавиться как можно быстрее. Всё остальное подождёт. Сначала решу свои проблемы, а потом уже буду думать, что делать с принцем и кинжалом Сердце Адолии.
— В этих землях есть прановоин, — с тревогой предположила Виссара. — Арэн, мне это не нравится! Ты что-то знаешь о воинах Адолии?
— У них всего один прановоин, принцесса Элизабет, — ответил я, поднявшись на ноги. — Частично долина Аэльмар захвачена Тууроном, так что это могут быть их люди. Я схожу к главе деревни, спрошу, бывали ли раньше такие вспышки красного света.
— Это не свет, это прана, — поправила меня виверна.
— Хорошо, учту, — кивнул я. — Но моё объяснение будет куда понятнее для человека, далёкого от магии.
Большинство деревенских было занято различной работой, но общего сбора мужчин, как при появлении Виссары, глава деревни почему-то не объявил. Я нашёл Пферна у порога его дома. Он разговаривал с двумя мальчишками, которые взволнованно размахивали руками и показывали в ту сторону, где недавно вспыхнула кровавая прана. Увидев меня, Пферн отогнал мальчишек и пошёл мне навстречу.
— Такое случалось раньше? — спросил я.
— Да, господин Арэн, случалось… — старик с опустошенным взглядом помотал головой. — После сражения за столицу Паадину в небо ударил красный свет, окрасив облака в багровый. В деревнях говорят, что это богиня Алетта плакала из-за смертей своих почитателей… На месте нашей прекрасной столицы осталось громадное пепелище и руины зданий…
— Что в той стороне? — я показал рукой на восток. — Там Митран?
— Митран, — кивнув, мрачно подтвердил старик. — Не знаю, что там у них случилось… Туурон нас не трогал с конца весны…
Вчера Пферн говорил, что Митран — важный шахтёрский город, там живёт больше тысячи человек, и основная торговля деревни происходит как раз с Митраном. Столица, правда, никогда не считала шахтёрское поселение городом, но для деревенских всё было иначе.
Неужели Туурон пустил тысячу человек под нож? Это королевство мне нравится всё меньше и меньше.
— Надеюсь, они обойдут вас стороной, — сказал я главе и пошёл к Виссаре.
В деревне Пферна не так много людей, это может их спасти. Ублюдок Ровек Грарт берёт двойные налоги, но никак не защищает эти земли. Впрочем, вряд ли мелкому лорду хватило бы сил против войск Туурона. Они за один поход разбили Аэльмаров, у которых было две сотни руновоинов.
Виссара вытянула морду к небу и не заметила моего появления. Её зелёная чешуя красиво переливалась в свете солнца. Стоит ли нам лететь днём у всех на виду? Виверна в небе уж слишком заметна. Напасть на нас вряд ли смогут, но мы выдадим своё местоположение.
Потенциально в этих землях есть прановоин, а значит, на Виссару может начаться охота. Лучше соблюдать осторожность и передвигаться ночью.
Мой план понравился Виссаре. В отличие от меня, виверне вообще не нужно куда-то торопиться, осторожность у неё в приоритете. Она вновь назвала меня «умным человечишкой».
Большую часть дня я спал в доме Пферна. Ночью мне не хватило времени на отдых, да и вспышка красного света имела последствия. Я чувствовал себя обессиленным. Место, где начертана руна, всё ещё немного побаливало. Дочь старика по моей просьбе дала травяную мазь для обработки порезов на линиях рун. Они неглубокие, но всё равно могли привести к воспалению, что мне совершенно не нужно.
Виссара из-за скуки попросила продолжить рассказывать историю Средиземья. Отказывать я не стал, так как за мной был должок. Лучше бы потратил свободное время на разговор с Пферном, но я и без того узнал от старика всё самое важное. Была мысль сбить молотком чеканку львов на золотых монетах, однако смятые деньги тоже вызовут вопросы. Я решил оставить всё как есть.
То, что мне хотелось спать, было очень кстати, потому что ночной перелёт будет долгим. Я хотел сразу лететь в долину Кормер на самом юге Адолии. Опознавательным знаком для Виссары будут две огромные горы — Багровые Близнецы. У их подножия стоял Корсград — главный город долины. Там я буду пытаться устроить встречу с людьми принца. Но в первую очередь мне нужен руномаг, а они обычно служат непосредственно лордам.
Маги не так редки, как прановоины, и они, кроме боевых качеств, могут создавать руны на предметах или людях. Собственно, последнее и приводит к появлению руновоинов, правда, полной механики процесса Пферн не знал. Предполагаю, что важным элементом тут является прана. Старик сказал, что в столице Паадине были свободные маги, но про Корсград он ничего на этот счёт не слышал.
* * *
Октавия внимательным взглядом посмотрела на посетителя лавки. Девушке нужно было понять, какую максимальную цену готов заплатить клиент.
Кудрявый темноволосый парень, судя по просьбе сжечь руну истощения, из освобождённых рабов. Скорее всего, он стал чьим-то подмастерьем, поэтому денег у него мало. Пять-десять серебряных это максимум, который могла получить Октавия.
«Значит, заплатит не деньгами, а информацией, — подумала руномаг. — Но и деньгами тоже. Заберу всё, что у него есть. Крой одежды парня похож на тууронский, возможно, его господин оттуда».
— Как тебя зовут, мальчик? — спросила руномаг, дружелюбно улыбнувшись.
— Я — Арэн, — спокойно ответил парень.
Октавия удивилась, что не вызвала у посетителя даже доли смущения. Красивые девушки вряд ли часто улыбаются подмастерью, а Октавия
