сдавать в аренду, на самом деле как раз часто сдается, и многие мусульмане живут на доходы от этого.
Лишь отдельные селения оформили аренду у уфимских и стерлитамакских нотариусов. Понятно, что без юридически оформленных договоров судам бывает очень трудно выносить какие-либо решения. Правительствующий Сенат, озабоченный этой ситуацией, решил навести хоть какой-то порядок в этом вопросе и потребовал соблюдать запрет на продажу неотчуждаемого надела, но и это предписание осталось невыполненным.
Башкиры не хотят обрабатывать принадлежащую им по праву землю и потому сдают ее крестьянам. Поэтому, ежели власти потребуют строгого исполнения закона, то это прежде всего ударит по русскому крестьянину, потому что туземцы всегда сдают землю только тем, кто платит наличными, и никогда эти деньги (как правило, уже израсходованные) не возвращают. Законы об аренде земли повсеместно нарушаются, более того, отсутствует точный план всех башкирских земель.
Права на землю узаконены только у тех селений, которые нотариально их заверили, у всех остальных они существуют в виде простых расписок на татарском языке, этаких «филькиных грамот», то есть ничего не значащих бумажек.[236] А ведь у некоторых селений нет и таких «документов» и все сделки оформлены устно!
Башкира довольно легко уговорить сдать землю в аренду. Для этого ему нужно предложить взятку и несколько стаканов водки. В первый год сумма аренды для русского крестьянина обычно составляет 1 руб. за 1 десятину, а затем 15–20 коп. ежегодно. Крестьяне-старожилы платят за аренду намного меньше новоселов. Трудно сказать, какова средняя цена аренды десятины земли, но во всяком случае она не превышает 40 коп. в год, или, по-нашему, 1 франк за 1 га. Аренда, как правило, оформляется на 12 лет. Существуют еще субарендаторы, которые арендуют землю у башкир за бесценок, затем сдают ее подороже русским переселенцам и неплохо на этом наживаются.
Если арендуемый участок принадлежит башкирам, то плату за него нужно вносить сразу деньгами, зерном, чаем, скотом, войлоком или домашней утварью. Выручку башкирское общество делит между своими членами. Но недавно власти потребовали, чтобы платежи осуществлялись только деньгами и через волостную кассу, тем самым спровоцировав множество крестьян и башкир на разрыв контрактов.
Аренда помещичьих земель производится по частям деньгами или отработкой. Учитывая ее высокую стоимость в данном случае, сроки оплаты постоянно срываются. Крупные помещики взимают по 2–5 руб. со двора, но большинство предоставляют участки под дворы бесплатно, чтобы привлечь к себе работников и землепашцев.
* * *
Там, где крестьяне являются собственниками земли, она была, как я уже писал, куплена ими либо у башкир, либо у помещиков и крупных землевладельцев, чьи предки некогда приобрели огромные владения за ничтожную цену. Все сделки между крестьянами и помещиками оформляются по закону и интереса не представляют. Зато процесс заключения земельных договоров между крестьянами и башкирами являет собой исключительно живописное зрелище, подобного которому трудно сыскать.
Закон, регулирующий эти отношения, принят 15 июня 1882 г., то есть в то время, когда землю у башкир могли покупать либо государство, либо существующее или находящееся в процессе становления крестьянское общество. Переселенцы должны договориться с башкирской волостью, ибо наличие несогласных может приостановить или вообще аннулировать ее. Для того чтобы контракт состоялся, нужно одобрение 2/3 состава волости. Бывает, что из-за споров и согласований оформление сделки занимает до трех лет. Крестьяне рассказывали мне, что в самый последний момент башкиры по бог знает какой причине внезапно становились сговорчивыми и все подписывали.
К сумме контракта и накладным расходам следует прибавить скрытые затраты, которые называются «темной». Это многочисленные взятки башкирам, а иногда чиновникам и полицейским, которые стараются затягивать переговоры. Кроме того, без водки и обильных угощений башкиры ничего не подписывают.
Избранные от переселенцев лица, которым общество поручает приобрести землю, сначала ведут тайные переговоры с несколькими влиятельными башкирами, щедро кормят их кониной и бараниной, а также обильно угощают чаем и медовухой. После этого к обсуждению подключается более широкий круг башкир, а затем и все они на так называемых «сходах». При этом покупатели стараются приобрести землю по максимально низкой цене, ибо и так уже много внесли в виде взяток. Случается, однако, что какой-то влиятельный башкир, не получивший мзду, срывает переговоры, и тогда все приходится начинать заново. На сходах происходит подписание предварительного договора о продаже, а покупатели позванивают монетами в своих карманах, чтобы рассеять сомнения последних претендентов на «темную». Часто башкиры подписывают бумаги только после того, как им забьют лошадь, которую они прямо на месте варят и съедают.
Наконец, когда все формальности улажены, представители башкир начинают под разными предлогами уклоняться от присутствия, где подписываются документы, и полиции приходится приводить их туда силой. В целом «темная» может составлять до 5 руб. за десятину.
Треть всех селений приобрела у башкир землю, не имея на то права и даже не получив разрешения на переезд сюда.
Цена на землю не была постоянной. Известен случай, когда в начале XIX в. 23 000 десятин были куплены у туземцев за одну кобылу и семнадцать фунтов чая.
В 1870–1880 гг. средняя цена одной десятины составляла 30 коп., сейчас она продается башкирами по 5–12 руб., а помещиками и крупными землевладельцами – по 9–30 коп. Оплата в основном происходит через Крестьянский поземельный банк, который сам занимается операциями с землей, владея в Уфимской губернии около 12 000 ее десятин. К сожалению, переселенцы частенько закладывают свои участки в ипотеку, берут, как принято в России[237], кредиты под высокие проценты и, не имея возможности выплачивать их, продают свою землю за бесценок. Как правило, крестьяне-переселенцы – люди ограниченные и невежественные, они не знают законов и порядка оформления документов, а потому легко попадаются на удочку жуликов. Адвокаты и особенно разного рода дельцы обманывают их на каждом шагу, а алчные чиновники готовы помогать только за деньги.
* * *
Земля распределяется в зависимости от вклада каждого в ее аренду или покупку. На первых порах крестьянину дают место для двора и пашню, а затем пастбище и луга. Распределение лесных пространств осуществляется по мере их освоения.
Участок, выделяемый под двор, прямо пропорционален размеру земельного надела. Однако это правило не всегда соблюдается, иначе бы у некоторых беднейших и, как правило, многодетных переселенцев двор не смог бы вместить всю семью.
Поля тоже распределяются в зависимости от того, кто сколько вложил в их аренду или покупку. Пастбище делят с учетом численности скота у каждой семьи, при этом молодая и здоровая лошадь приравнивается к нескольким старым, старая лошадь – к быку (корове) или пяти овцам (баранам). Единицей измерения обычно служит старая лошадь.[238] Исходя из этого, рассчитывается
