По большому счету, исход противостояния был предрешен. Точнее, был бы предрешен, если бы не Коренус. Магистр, отрешившийся от происходящей у него под носом битвы, сосредоточенно возился, открывая портал на болоте. Его не дергали и не торопили, толкать под руку в таких условиях смерти подобно.
И вот яркое золотое зарево, будто солнышко, окунулось в болото, разлилось по островку и окрестностям. Оно совершенно точно подсказало, что у Коренуса что-то получилось. А уж когда магистр заорал трубным голосом, перекрывающим весь шум: «Быстрее, беремся за руки и прыгаем!» — всем стало ясно: получился не мощный фонарик, а именно портал. Воины удивительно синхронно метнулись к Оле, подхватили ее вместе с общей поклажей с земли и присоединились к магу. Вбросив меч в ножны, сейфар сцапал мягкую ладошку Коренуса. А потом все четверо ухнули в золотые круги портала, расходящиеся по тинной заводи.
Острозубые лягушки разочарованно закурлыкали, провожая в никуда четыре блюда потенциального ужина. Одно особо ретивое создание попробовало было прыгнуть за беглецами, и по болоту разлетелись мелкие-мелкие зеленые кусочки. Портал, настроенный на то, чтобы принять строго четверых туристов и ни одним больше, сработал на манер гигантской мясорубки. Тут уж никакой иммунитет к боевой магии защитой не был. Печальное курлыканье звучало еще несколько мгновений, а потом карзы принялись активно нырять, собирая богатый урожай свежатинки. Не пропадать же добру!
Золотое верчение не кончилось, как рассчитывала Оля, приземлением где-то в лесу, магазине или дворце, а продолжалось некоторое время, достаточное для того, чтобы осознать процесс.
В общем-то, бедной девушке было совершенно все равно, куда отправляться, главное, откуда и в какой компании. Они ведь все убрались с этого болота пусть и перемазанные так, что мама не горюй, зато живые. Но вот не целые. Оленька чувствовала, как собственный синяк на коленке, что у Ламара распорот сапог и прокушена голень, а у Аша глубокая царапина от лягушачьего когтя на бедре. В груди поднялась жаркая волна благодарности к мужчинам. Пусть она и знала-то их от силы сутки, но за этот крохотный срок на долю компании выпало столько испытаний, сколько иной человек и за всю жизнь не пройдет. Да, они были знакомы всего ничего, но Оля не могла бы поручиться, что даже среди ее хороших приятелей найдется много таких, которые, не жалея себя, встанут на защиту другого просто потому, что так надо и по-другому поступить невозможно. А ведь именно так чувствовали и действовали Аш и Ламар, да и Коренус. Признательность, извечное женское сочувствие к пострадавшим и горячее желание помочь хоть чем-нибудь буквально затопили Олю с головой, и, кажется, даже хлынули через край. Хотелось сказать столько всего разом, но слова казались такими бестолковыми, как пустая шелуха, неспособными вместить все, что чувствовалось. Девушка только бестолково открыла и закрыла рот.
Вместо нее заговорил Ламар:
— Коренус, долго мы будем тут барахтаться?
— Эм-м, — выдал нечто неопределенное магистр, после чего висение в золотом мареве резко перестало казаться разновидностью занимательного и очень дорогого аттракциона из разряда «почувствуй свободное парение».
— Ты опять не знаешь? — устало предположил Аш, озвучив страхи Оли.
— Я не мог открыть сквозной портал, чтобы болотные создания не последовали за нами, — оскорбленный неверием в его великую магию, выпалил Коренус. — Но действие этого заклинания зависит от ряда факторов. Оттуда мы прошли, но туда сможем проследовать лишь тогда, когда нас, или хотя бы кого-то из нас, позовут. Сейчас заклятие начнет перебор вариантов по признаку сродства.
— Ничего не понимаю, — бухнул рыцарь и нахмурился.
Дискуссия по поводу закономерностей и правил перемещения в магическом пространстве заглохла, не успев разгореться толком, потому что начало твориться то самое, поименованное магистром словом «перебор».
В золотых переливах пространства без углов и стен наметился образ голубоглазого и светловолосого красавца с ножом в руке и насаженным на него крупным куском обжаренного мяса. Соответственно, уста того, в ком Оля без труда узнала принца Камелита, были изрядно заняты. Он только вылупил глаза на Ламара со товарищи и помахал рукой, то ли приветствуя, то ли прощаясь. Потом замычал, интенсивно задвигал челюстями, чтобы быстрее освободить рот для осмысленного диалога.
Но, увы! Наверное, лимит времени, отпущенный на начало звукового контакта, был исчерпан, потому как изображение его таравердийского высочества померкло, сменившись усталым лицом зрелого мужчины, облаченного в серо-голубую хламиду. Поддернув концы одеяния, человек с книгой в руках восседал на предмете мебели совершенно определенного толка, узнаваемого даже для Оли, несмотря на некоторые особенности конструкции местного колорита. На полочке рядом лежали еще стопка бумаг, то ли для чтения, то ли для менее благородных, хотя, кто же спорит, очень важных целей, и серебряная маска. Маска была красивая, весьма напоминающая карнавальные венецианские, как-то виденные Оленькой в «Путевых заметках».
Коротко стриженный рыжеволосый тип метнул острый, как стилет, взгляд на запортальную компанию, буркнул:
— Аш, ты не вовремя, — и повел рукой.
Настройка портала мгновенно сбилась, явив седую старушку в пушистом розовом пуловере, мягких синих штанах и домашних туфлях без задника на невысоком каблучке. Бабушка хлопотала на кухне у плиты. Осторожно поставив солонку на столик, а половник в держалку, она широко распахнула зеленовато-серые глаза, заулыбалась и позвала:
— Внученька! Ты в гости с друзьями решила заглянуть? Заходите, борщ скоро готов будет!
Портал, завершив перебор вариантов, открылся по самому немудреному из возможных слов-приглашений: «Заходите!» Четверо людей, извазюканных болотной тиной и зеленой кровью, по счастью для старушек, слабонервных дамочек и детей, мало отличимой от тины, оказались на чистой просторной кухне.
Глава 7
В ГОСТЯХ У БАБЫ ВЕРЫ
— Здравствуй, бабулечка, — облегченно выдохнула Оля.
— Привет, Олюля, — подмигнула старушка внучке.
— Да будут милостивы Семеро к сему дому и хозяйке его, почтенной родственнице нашей милой спутницы, — проблеял измочаленный магическими манипуляциями Коренус, практически висящий на руке у Ламара. Только глаза старичка по-прежнему бодро обегали помещение и вспыхивали фонариками, натыкаясь на очередную диковинку.
Аш в качестве приветствия отделался бэк-вокальным согласным бурчанием.
А Ламар, испытывающий трудности перевода, все-таки громыхнул:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
