поприветствовала секретаря и без стука вошла в кабинет. Проскользнув мимо всех предметов мебели, она подошла к мужчине, сидевшему за столом, обняла его сзади за плечи и поцеловала в затылок.
— Ты сказал Паше, чтобы он завтра был в ресторане? — шепнула она на ушко мужчине.
— Да. А ты сказала Поле, чтобы она приезжала в ресторан? — спросил мужчина, поворачиваясь всем корпусом в кресле, от чего женщина оказалась сидящей у него на коленях.
— Сказала, — промурлыкала она в ответ и нежно, как кошечка, потёрлась щекой о грудь мужчины.
— Всё-таки хорошо, что мы их свести задумали, — мечтательно протянула женщина, после паузы.
— Хорошо. Вот только все шишки мне достались, — усмехнулся мужчина, — Паша знаешь как на меня тут орал.
Женщина только усмехнулась и нежно погладила мужчину по щеке.
— Как ты думаешь, он ей сделает предложение? — женщина снова первой нарушила молчание.
— Если не сейчас, то где-то через полгода точно сделает. Не выдержит просто, — рассмеялся мужчина, — Ты-то когда за меня уже согласишься выйти, м? — мужчина даже слегка встряхнул женщину для убедительности.
— Скоро, Ген, скоро, — женщина ласково улыбнулась своему мужчине.
— Всё ты меня завтраками кормишь, Иришка! Вот как возьму, свяжу тебя и насильно в ЗАГС привезу, — шутливо пригрозил мужчина.
Женщина только улыбнулась в ответ и нежно поцеловала мужчину в губы.
Глава 8
Полина.
На следующий день я пришла в назначенное время на встречу в ресторан. Пройдя за официантом, который проводил меня до забронированного столика, я села и стала ждать клиента. Когда через десять минут никто не появился, я решила позвонить брату.
— Васька, привет. Что ты там делаешь? — услышал "Аллё" на том конце провода, спросила я.
— Поля, а мы с тётей Люсей мультики смотрим, — бодро ответил брат.
— Ты там не сильно тётю Люсю замучил? — улыбаясь, спросила я. Уж я-то знаю своего братца, своими "почему" и "отчего" любого замучает.
— Поль, я себя хорошо веду. Только ты возвращайся поскорее, — жалобно попросил Васька.
— Я постараюсь, малыш. Ты ложись спать, а я к тебе загляну, когда вернусь, — пообещала я и, попрощавшись с Васей, положила трубку.
Ещё несколько минут прошли в ожидании. Устав ждать, я подозвала официанта и попросила меню. Уставившись на россыпь незнакомых мне названий блюд и слегка обалдев от их цен, я пыталась найти хоть что-то мне знакомое.
— Шеф-повару этого ресторана отлично удаётся утка по-пекински, — от знакомого голоса, раздавшегося из-за плеча, я буквально подпрыгнула на стуле.
Обернувшись, я увидела Пашу, который как всегда держал в руке мотоциклетный шлем. Вот только в сочетании с деловым костюмом это смотрелось несколько комично. С его стороны я тоже подверглась детальному осмотру.
— Хорошо выглядишь, — сделал мне комплимент Паша.
— Что ты тут делаешь? — невежливо спросила я.
— У меня назначена встреча. И я так понимаю, что с тобой, — он улыбнулся своей сногсшибательной улыбкой, и у меня как будто вышибли весь воздух из груди.
Сделав несколько судорожных вздохов, я попыталась взять себя в руки.
— Я... У меня встреча с клиентом назначена, — промямлила я.
— Мне тоже сказали, что надо с клиентом встретиться. Так что нас, похоже, обоих обманули, — хмыкнул Паша, — Пойдём, — и он, схватив меня за руку, потянул за собой.
— А как же ужин? — вяло спросила я.
В этот момент, видимо поняв, что мы собираемся уйти, так ничего и не заказав, подскочил официант.
— Этого хватит? — не считая, Паша бросил несколько крупных купюр на стол и, не дожидаясь ответа официанта, снова повёл меня за руку.
У самого входа стоял его мотоцикл. Если честно, то эти железные звери всегда вызывали у меня лёгкую боязнь. Но, в то же время, всегда хотелось попробовать хоть разок прокатиться на мотоцикле. Паша протянул мне шлем. Я в свою очередь недоумённо уставилась на него.
— Поль, пожалуйста, поехали. Я тебе потом всё объясню, — попросил Паша таким тоном, что я не смогла ему отказать.
— Ты можешь хотя бы сказать, куда мы едем? — предприняла я вялую попытку посопротивляться.
— Хочу тебе показать своё любимое место в городе. Пожалуйста, — после недолгой паузы добавил Паша.
Я кивнула и стала натягивать шлем. Порадовавшись, что на встречу я одела брючный костюм, а не юбку, как я вначале собиралась, я села на мотоцикл и обхватила Пашу руками за талию. Мы рванули с места, обгоняя все машины. Вокруг на бешеной скорости проносились деревья, дома и люди. В начале было страшно, но потом наступило какое-то чувство эйфории. Захотелось отпустить руки, которые до судороги в пальцах, вцепились в тело Паши, и закричать что-то, засмеяться, скинуть шлем и подставить лицо ветру. Крепко прижавшись, насколько это было возможно, к Пашиной спине, я наслаждалась подзабытыми ощущениями его тела под моими руками. Хоть его грудь и была скрыта от моих ладоней рубашкой и пиджаком, я всё равно, даже не чувствуя, помнила, какая у него мягкая и гладкая кожа, как напрягаются мышцы его живота от смеха, как соблазнительной и волнующей дорожкой сбегают волосы на его груди, исчезая за поясом брюк. Не сдержавшись, следуя какой-то блажи, взбредшей мне в голову, я скользнула рукой под пиджак, а там, раздвинув пуговицы на груди, проникла пальцами под рубашку, и едва не застонала от наслаждения. Господи, как же было хорошо, прикасаться к такому любимому и желанному телу! В этот момент я почувствовала, как мы стали снижать скорость, а потом и вовсе остановились.
Я резко отдёрнула руку и покраснела от страха быть пойманной на месте преступления. Но Паша и вида не подал. Будто и не почувствовал, как я гладила его обнажённую кожу и прижималась к нему. Обозвав себя дурой, я стянула шлем и, перекинув ногу, слезла с мотоцикла. Огляделась. Мы стояли на мосту. Внизу неспешно текла река, теряясь где-то в темноте вечера. А вокруг, переливаясь разноцветными огоньками, сиял город. В ночи, словно сотни светлячков, горели огни домов, фонари и фары машин. Паша, не глядя на меня, слез с мотоцикла, подошёл к балюстраде и посмотрел вниз на реку. Я молча подошла и встала рядом.
— Прости меня, Поль, — через несколько минут молчания, услышала я.
— Я... - даже и не знаю, что я хотела сказать, но закончить мне не дали.
— Подожди, не перебивай, пожалуйста. Я и сам собьюсь, — попросил Паша, по-прежнему не глядя на меня, — Я... Когда меня попросили присмотреться к тебе... Я ведь тогда не знал какая ты добрая, милая, любящая, заботливая и нежная. Ты просто была для меня заданием. И лишь потом, только после того, как ты сама
