подол, попятилась к дубовой рощице. К дому вернулась, запыхавшаяся, и в состоянии полного упадка. Я бросила его там — одного. Дракон без сознания, возможно, умирает. Я даже не проверила — жив ли он. Просто сбежала, как последняя трусиха.
И ладно. Я ни чем не обязана темным драконам. Хватит с меня того, что однажды стала одному из них нежеланной женой.
Прислонив ладонь к косяку, долго переводила дыхание, окруженная цветущим садом. На кухне сразу приготовила себе успокоительный чай на травах, затем вернулась в гостиную и устроилась в кресле у камина с тлеющими углями.
— Я никого не видела, — шепнула, делая глоток горьковатого напитка, и прикрыла глаза. Да, правильно. Сделаю вид, что вернулась с прогулки — довольная и уставшая. И забуду о неожиданной находке.
Я честно пыталась отвлечься бытовыми заботами и приготовлением ужина, сбегала за свежей зеленью, решила порезать салат. Когда за окнами сгустились сумерки, в гости ожидаемо заглянул Кристоф. Правда, сегодня долгих дружеских посиделок не вышло. Боевой маг был на взводе и чем-то сильно раздосадован.
Старательно прогоняя образ раненого темноволосого мужчины из мыслей, поинтересовалась — что стряслось.
— Издержки полицейской службы, Иоланта. Не будем об этом, — подавляя плохое настроение, ответил Кристоф. Поймал мою руку, когда я подала ему кружку с горячим кофе, и притянул к своей груди. — Ты, кажется, тоже сегодня рассеяна. Дергаешься, почти не слушаешь, что говорю.
— Разве?
— Да. Книжная лавка весь день стояла закрытая. Из дома ты, готов поспорить, не выходила. Миледи опять кто-то напугал?
— Если осталась дома, то, по-твоему, сразу случилось ужасное и непоправимое? — Тряхнув головой, я выпуталась из теплых мужских объятий и прищурилась.
— Нет. Но я не хочу, чтобы ты пострадала, — признался друг.
— Со мной ничего не случится. Туринна — тихий, спокойный городок.
— Была тихим и спокойным, — мрачно поправил Кристоф. — До прибытия сюда группы магов.
Я подалась к нему ближе, всматриваясь в задумчивое лицо с отпечатком сомнения и тайны.
— Ты знаешь...
— Что именно?
— Причину их приезда. Расскажи.
— Ладно, — последовал вздох. — Никому ни слова, Ио. Маги что-то ищут в городе и окрестностях. Но что, не говорят. Плетут сотни заклинаний обнаружения и выслеживания. Мостовые и окраины завалены их маячками. Жители недовольны, начальство бесится. Понятия не имею, что им надо, но вся эта история дурно пахнет. — Он быстро выпил горячий кофе, покосился на часы и вздохнул. — Боюсь, мне пора. Начальство приказало сегодня до рассвета оставаться в ведомстве.
Кристоф погладил мою щеку костяшками пальцев и грустным взором обрисовал контуры немного припухших коралловых губ. Я весь вечер кусала их из-за тревоги и размышлений, и теперь они неприятно саднили.
— Еще увидимся, красавица.
— Конечно.
Я проводила друга до порога, долго вглядывалась в синюю мглу, что поглотила стройную мужскую фигуру, затем заперла дверь изнутри и отправилась на кухню мыть посуду. Бытовые нужды и заботы больше не страшили и не угнетали меня — аристократку по крови. Севиль научила готовить простые и вкусные блюда, мы вместе наводим уборку, иногда я выхожу в сад, чтобы помочь ей с прополкой или поливками грядок.
Дракон.
Я невольно закусила припухшие губы.
Опять думаю о драконе! Не в силах выбросить его из головы. Место, где элинорца ударили кинжалом в грудь — страшно болит. Сердце бьётся с перебоями. В висках — стучит.
Я промучилась еще час, потом не выдержала, набросила на плечи шаль, заперла дом на замок и побежала к реке. Сгустились сумерки. Шумную чащу накрыла призрачная сиреневатая дымка, превратив деревья и кустарники в большие черные пятна. Я плохо ориентировалась в этом лесу после заката, однажды даже чуть не заплутала, но сегодня сердце уверенно вело меня туда, где несколько часов назад я бросила беспомощного дракона — в одиночестве.
Он лежал на тех же, забрызганных кровью камнях. Неподвижный, с закрытыми глазами. Но даже раненый — производил впечатление сурового могучего воина. Его предплечья бугрились мышцами, обнаженный пресс украшали твердые кубики. Мускулистые ноги «лизала» речная вода.
Осторожно приблизившись, опустилась рядом с мужчиной на колени и коснулась его руки. Ледяная. Впрочем, интуиция четко твердит — элинорец жив. Очень ослаблен, его жизнь едва теплится, а магическая искра бунтует. Но он жив.
Глубокий вдох, я обхватываю голову ладонями. Один раз струсила, проявила себя не с лучшей стороны. В этот раз обязана помочь. Так, успокаиваемся и плетем крепкое заклинание перемещения. Дракон огромный и сильный, на себе его до дома Севиль, я точно не дотащу.
Глава 17
Возвращение к дому отняло последние силы.
Продираясь через рощицу в полумгле, я выплеснула из себя всю магию до капли, подпитывая прочные нити плетений, какими опутала раненого. Во дворик вернулась, сипло дыша и едва передвигая ногами. Заперев калитку, дождалась, пока заклинание втолкнет дракона в холл, забежала следом и, закрывшись изнутри, с огромным трудом устроила незнакомца на неразобранной кровати гостевой комнаты и бессильно рухнула на ковер.
Потребовалось несколько минут, чтобы отдышаться. Я и прежде не могла похвастать высоким резервом, а теперь опустошила себя окончательно. С пониманием, что дар пропал на неопределенное время и на него можно больше не рассчитывать, занялась исцелением раненого по книгам из лавки.
Сбегав на кухню, принесла целебные травы, мази, настойки, таз с горячей водой и чистую ткань. Молодое лицо дракона, предплечья и грудь покрывали ссадины и синяки, из чего накатило сумбурное понимание — его долго били, прежде чем нанесли роковой удар кинжалом. Кто он и почему с ним так обошлись — я могла только гадать. Аккуратно смахнула с мужских скул длинные черные локоны, гладкие как шелк, и приложила к разбитой губе пропитанную лекарственным отваром тряпицу.
Кроме плотных брюк из облегающей ткани на драконе не было иной одежды. А еще его палец украшало массивное кольцо из благородного золотистого металла с белым камнем, явно магическое. Попытка прикоснуться к нему закончилась всплеском боли. Кольцо ударило заклятием защиты. Вскрикнув, я отдернула ошпаренную магией ладонь. Теперь ясно, почему те, кто учинил над драконом расправу, не забрали кольцо себе.
Встряхивая обожженными пальцами, вновь сосредоточила внимание на глубокой ране на груди. Стерла кровь, наложила заживляющую мазь и туго забинтовала место удара. После чего опять принялась обтирать его мускулистый, с твердыми, как сталь мышцами торс.
Мужчина оставался без сознания — я едва улавливала его сиплое, редкое дыхание. И все же упорно смывала
