получаса даже самые промокшие стволы высохли и, облитые бензином, в конце концов загорелись.
К полудню пожар разросся до огромных размеров; к нему нельзя было подходить близко, иначе вы сгорели бы заживо. Работая сообща, многие из нас бросили в огонь труп коровы, а также различные туши овец, собак, кур и гусей.
Затем, примерно в четыре часа дня, мы выловили первое человеческое тело.
Это был мужчина средних лет, полностью одетый, с проломленным черепом. Предположительно, он упал в реку, его унесло, и он ударился головой о камень или ствол дерева.
Другая команда вооружилась маленькими сетями и выловила мелкие предметы, которые плавали на поверхности: банки с консервами, двухлитровые бутылки, свежие фрукты и овощи различных видов, яблоки с персиками, арбузы с картофелем, а затем детские игрушки, пластиковые ведра и лопатки, фотографии, много бумаги, газет и документов, все смешалось в одном огромном рататуе.
Тогда там были десятки бутылок безалкогольных напитков, как газированных, так и негазированных, потому что в нескольких километрах выше по течению находился завод по розливу. Вода прошла и там, смыв все содержимое склада.
Мы решили собрать все бутылки, отложить их в сторону и позже раздать людям, которые помогали очищать реку. Но к концу первого часа работы мы уже выудили их так много, что не знали, куда их девать. Итак, двое наших друзей вывезли их из банка на больших тачках, чтобы освободить место для других, и выбросили бутылки во дворах людей, которые жили поблизости. Они заполнили всю первую улицу района — около пятидесяти домов — бутылками, и когда они вернулись со своими полными тачками, люди закричали:
«Нет, здесь больше нет места, ребята, идите в следующий дом!»
Мы работали весь день, не останавливаясь ни на минуту, и не прекращали до вечера, когда стало так темно, что мы ничего не могли разглядеть.
Мы основательно захламили берег, идти по нему было почти невозможно: куда бы ты ни поставил ногу, ты на что-нибудь наступал.
Мы остались и спали у костра.
Перед сном мы поужинали; несколько человек принесли что-то из дома, и было что выпить — думаю, в тот вечер я выпил больше газированных напитков, чем за всю оставшуюся жизнь.
Потом мы все лежали на земле, освещенные светом костра. Мы все продолжали рыгать из-за выпитой шипучки.
В десяти метрах от нас лежало тело мужчины, которого мы выловили днем. Мы вложили ему в руки крест и свечу, чтобы он не сердился. Кто-то также принес ему стакан минеральной воды и кусок хлеба, в соответствии с сибирской традицией всегда предлагать что-нибудь умершим.
Мы решили, что на следующий день нам лучше попросить жителей других районов помочь нам, поскольку река все еще была полна мусора, а также других трупов. В тепле тела начали бы разлагаться, и тогда это было бы невыносимо. Мы думали, что сможем быстро очистить реку с помощью других детей.
На следующий день, около десяти, прибыло подкрепление. Много мальчиков из Центра, а также несколько с Кавказа и Железной дороги: все они пришли помочь нам, и мы были рады.
Чтобы избежать любого риска, что они упадут в воду (многие из них не умели плавать — они не выросли на берегу реки, как мы), мы заставили их работать на берегу. Они увозили все это на тачках или сумках.
Мы продали много бутылок шипучки людям, которые приезжали за ней на машинах, а затем продавали ее в магазинах. Мы запросили низкую цену, исходя не из количества бутылок, которые мы им дали, а из количества поездок, которые они успели совершить на своих автомобилях: пятьдесят рублей за поездку, и они могли взять столько, сколько могли унести. Если бы они работали быстро, то зарабатывали бы в три раза больше. Это была выгодная сделка для всех — мы быстро очистили банк и даже заработали на этом немного денег, они получили практически за бесценок товары, которые могли продать.
Одного из мальчиков, который работал с нами, звали Виталич.
Хотя он жил в Центре, мы были с ним хорошими друзьями.
Он часто приходил купаться с нами в реке; он был превосходным пловцом. Он участвовал в соревнованиях по гребле, поэтому у него было атлетическое телосложение и большая выносливость, и когда мы плавали вместе, он никогда не уставал; он мог часами плыть против течения.
Поскольку он был таким хорошим, мы поручили ему возглавить команду мальчиков, которые отвязывали предметы от лодки у берега. Для этого нужно было быть хорошим пловцом, потому что лодка не могла подойти слишком близко к берегу. Как только она была отвязана, предмет был перенесен на берег пятью или шестью пловцами. Это была сложная операция, потому что под водой ничего не было видно — река была забита землей, листьями и прочим хламом, так что вы даже не могли разобрать, что это за предмет, который вы несли. Один мальчик был ранен накануне — когда он перетаскивал ствол, ветка пронзила его икру, он потерял много крови в воде и, прежде чем он даже понял, что произошло, потерял сознание. К счастью, другие сразу заметили и сразу отнесли его в банк, так что все закончилось хорошо.
В полдень прибыли родственники людей, исчезнувших в реке. Каждый из них ходил вокруг тела утонувшего мужчины, пока одна женщина не узнала его:
«Это мой муж», — сказала она.
Ее сопровождал брат мужчины и двое других мужчин, друзей семьи. Там также была десятилетняя девочка, крошечное создание, с черными волосами и глазами, которые есть у многих молдаван.
Женщина разрыдалась, закричала и бросилась на тело своего мужа. Она обняла его и поцеловала. Ее маленькая дочь тоже заплакала, но тихо, как будто ей было неловко делать это перед нами.
Брат утопленника пытался успокоить женщину; он отвел ее к машине, но она продолжала плакать и вопить там.
Трое мужчин погрузили тело на заднее сиденье своей машины. Они поблагодарили нас и предложили деньги, но мы отказались. Один из нас наполнил багажник бутылками, и они посмотрели на нас с вопросом в глазах.
«Таким образом, вы сэкономите деньги на выпивке на похоронах», — сказали мы им.
За это они горячо поблагодарили нас. Женщина начала целовать нам руки, и, чтобы избежать всех этих поцелуев, мы вернулись к работе.
Другие люди тем временем искали своих погибших. Один из них предложил нам свою помощь, и мы приняли ее: бедняги, они надеялись, что смогут помочь нам найти тела их близких. Но найти утопленника непросто. Обычно тела
