целью которой было побуждение к восстанию и соединению всех областей, некогда принадлежавших Польше. Депутация варшавскаго Сейма, прибыв в Вильну, торжественно пригласила литовское временное правительство присоединиться к Конфедерации. Следствием этого было подписание конфедерационного акта в Вильне 2 (14) июля 1812 года. Прочие же города присоединялись к Конфедерации по мере занятия их войсками Наполеона.
Уже 16 (28) июля занятая противником Литва добровольно присоединилась к созданному Наполеоном Великому герцогству Варшавскому. Во всяком случае, непосредственным следствием конфедерационного акта стало уничтожение таможенной пограничной черты между Литвой и Варшавским герцогством. Вскоре после этого, по распоряжению временного литовского правительства, было положено избрать в городах и уездах депутатов на Сейм в Варшаве, но эта мера не была приведена в исполнение.
Комиссия временного правительства Великого княжества Литовского была разделена на комитеты (министерства). Военным комитетом управлял князь Александр Сапега, а после его смерти – бригадный генерал Грабовский.
Одной из первых забот нового правления было создание вооруженных сил в Литве. Князь Александр Сапега уверял Наполеона, что все ее жители восстанут против России, но ход событий показал безосновательность расчетов Сапеги, основанных, как оценил военный историк М. И. Богданович, «более на угодливости императору французов, нежели на глубоком знании дела».
Наполеон, после своего пребывания в Вильне, постановил сформировать в Литве пять пехотных и четыре конных полка. Временное правительство немедленно приступило к набору 10 000 человек для пехоты и 4000 человек для кавалерии. Каждая из губерний обязана была выставить рекрутов сообразно своему населению – снабженных бельем, одеждой и провиантом на 15 дней. Для создания литовской кавалерии было приказано набрать с каждых 75 дворов по одному человеку с лошадью. Как пехотинцы, так и кавалеристы были обязаны служить шесть лет.
Как литовские полки должны были войти в состав польских войск, то они были устроены и обмундированы по образцу польских полков и назывались следующими по порядку номерами: пехотные – 18-м, 19-м, 20-м, 21-м и 22-м, а кавалерийские – 17-м, 18-м, 19-м и 20-м. Пехотные полки состояли каждый из трех батальонов, а в батальонах было по шесть рот. Кавалерийские (уланские) полки находились в 4-эскадронном составе. Полковыми командирами назначены были знатнейшие литовские помещики, из числа коих некоторые не имели никакого понятия о военной службе. Напротив того, как все высшие начальники, так и все субалтерн-офицеры и унтер-офицеры были назначены из старых служивых польской армии. В августе Наполеон назначил дивизионнаго генерала князя Гедройца генерал-инспектором всех литовских полков, а бригадных командиров графа Несиоловского и Вавржецкого – инспекторами литовской пехоты и кавалерии. Вместе с тем генерал-губернатору Литвы графу Гогендорпу поручен был надзор над формированием литовских войск.
МОДЕСТ ИВАНОВИЧ БОГДАНОВИЧ
генерал, военный историк
А еще Наполеон, желая привлечь под свои знамена многочисленную литовскую шляхту, поручил набрать из дворян новый полк под названием 3-го легкоконного (уланского) полка императорской гвардии (1-й гвардейский уланский полк был сформирован еще в 1806 году в Варшаве, а 2-й полк «красных улан» был составлен несколько позже). Каждый из поступавших на службу дворян обязан был иметь лошадь и обмундироваться за собственный счет. Полковым командиром этого полка был назначен бригадный генерал Конопка.
Для охраны спокойствия страны Наполеон повелел сформировать из оседлой шляхты в каждом уезде жандармские команды (от 30 до 60 человек), и все они находились под общим начальством полковника князя Радзивилла. Во всех губернских городах была учреждена народная стража, которая обучалась по праздничным дням маршировке и ружейным приемам.
Как отмечают очевидцы тех событий, «восторг, обнаруженный жителями Литвы при встрече завоевателя, уступил место равнодушию, как только они узнали на опыте, до какой степени ослабление дисциплины в войске увеличивает бедствия, неминуемо сопряженные с войной. Невозможно было ожидать ни преданности, ни самопожертвования от тех, чья страна управлялась французами как область, покоренная силой оружия».
Трудно подсчитать все подати, введенные в Литве во время владычества французов в этой стране. Это был и налог с доходов, и налоги с напитков (даже с уксуса), с рогатого скота, с табака и т. д. Само собой разумеется, что такие поборы не могли расположить жителей Литвы в пользу французов.
Но при этом набор рекрутов шел довольно успешно, однако недостаток в деньгах замедлял обмундирование и снаряжение войск. По этой причине формирование кавалерии шло несравненно медленнее: не хватало не только лошадей, но и конской сбруи. Плюс имели место трудности обучения новобранцев-кавалеристов.
Однако, несмотря на все затруднения, генерал Вавржецкий успел окончить формирование 17-го, 18-го и 19-го уланских полков ко времени отступления наполеоновской армии из России. Кроме того, была еще сформирована в Вильне конная батарея. 3-й гвардейский уланский полк Конопки, быстро укомплектованный добровольцами из шляхты и студентов виленского университета, считался лучшим из всех литовских войск. Предполагали образовать его в 6-эскадронном составе, но смогли укомплектовать только четыре эскадрона. Но зато к нему прикрепили татарский эскадрон, набранный Мустафой Мурзой Ахматовичем из магометан, с давнего времени поселившихся в Литве.
Офицер 17-го уланского полка
Ян Челминский.
Литовские татары
Судьба, например, 17-го литовского уланского полка весьма типична. Граф Михал Тышкевич обязался создать полк на собственные средства, и 13 июля 1812 года он был награжден чином полковника. Его полк получил 17-й номер и насчитывал 1109 сабель. 10 декабря 1812 года из-за болезни полковник Тышкевич передал командование полком майору Козловскому, который в том же месяце выступил к Кенигсбергу для соединения с Великой Армией. 19 января 1813 года 17-й полк вошел в состав дивизии генерала Жерара корпуса маршала Макдональда. А 11 февраля 1813 года у местечка Зирке полк был практически полностью уничтожен. Его попытались восстановить, соединив с оставшимися в живых людьми из 19-го литовского уланского полка. Потом он отступил в Гольштейн, а потом оставался в Дании до отречения Наполеона. В 1816 году полк расформировали.
Что же касается литовских татар на службе у Наполеона, то приказ о создании этого эскадрона был утвержден генерал-губернатором Литвы Дирком ван Гогендорпом 8 октября 1812 года. Эскадрон должен был состоять из 246 человек. При этом литовские татары со своим проектом уланского татарского полка обратились к французам еще в июне, но такой полк в планы генерал-губернатора не вписывались.
Численность эскадрона на 1 декабря составила 127 солдат и офицеров. А уже 10–11 декабря почти 90 человек были убиты или ранены в первом же бою (в том числе погиб и командир эскадрона Ахматович). Эскадрон перестал существовать.
Формально эскадрон (а по сути – рота) «воевал» еще и в 1813, а также в 1814 гг.
