я плохая мать, потому что про тебя подумают, что ты любишь беспорядочный секс. Я боюсь, если про нас с тобой будут думать плохо».
«Ты девочка у меня умная – знай, этим мужикам надо только одно! Держись от них подальше».
И, конечно, на арену выходит товарищ жир! «Прячет», реализует ваше подсознательное желание быть ассексуальной, соблюдает запрет на проявление сексуальности, «ограждает» от окружающих.
Из сообщений участниц курса «Дело не в еде»
«Девушка я красивая, и у меня богатый внутренний мир, но мужчины видят только мою внешность, думают о сексе, всячески намекают, а то и в открытую предлагают, и мне это не нравится! Мужчинам только одно надо – секс, а толстые не возбуждают, поэтому буду толстой, чтоб парень не думал только о сексе и смог рассмотреть мой внутренний мир! Капец, конечно, логика в моей голове была железная, но не работает, блин. Еще если я буду “идеальна”, то какого тогда надо мужчину? Таких не бывает, значит, буду жирухой – тогда норм, я ж не идеальна, можно снизить свои запросы. Еще, конечно, не могу сепарироваться от мамы, работаю сейчас над этим – продаю квартиру и хочу уехать в другой город».
«Все время воспитывалась в строгом “никакого секса до свадьбы”, а мама всегда делала большие глаза, стоило мне вообще заговорить про сам процесс. Мне хотелось быть сексуальной, но… вбили, что это неверно и неправильно, грязно, гадко. Нельзя так, мол.
И что вы думаете? Приняла весной на курсе (мой авторский онлайн-проект «Дело не в еде» – прим. авт.) эту причину, глубоко вдохнула-выдохнула, отпустила. На данный момент: минус 7 кг, здоровая уверенность в своей сексуальности, хороший здоровый секс, бонусом, решилась украсить свое тело так, как хотела все время, потому что для меня это было сексуально: сделала на ребрах тату и проколола соски. Теперь проблема не парит. И лишнего веса нет, в частности из-за этого тоже, это чувствуется».
«В мыслях я еще та королева сексуальных игрищ, а на деле – отпечаток советского воспитания… А секса в СССР не было, навязывать себя – ай-яй-яй, распутна девица, коль себя предлагаешь. Инициатива в сексе – ни-ни! И ведь об этом нам никогда не говорили по той же самой причине – это было неприлично! Но мы основательно это усвоили! Впитали на уровне энергетики!»
«Мне 24 года, а воспитывалась я в ежовых рукавицах. Детство и юношество мое было под тотальным контролем мамы. До 5-го класса я гуляла во дворе, обязательно так, чтобы мама из окна меня видела, соответственно, с подружками, которых мама одобрила. В тетрадях писала таким почерком, чтобы маме нравилось, иначе разрывались тетради и все переписывалось. В спорт меня не отдавали, потому что мама считала, что это очень травмоопасно, да незачем, собственно, и неважно, что мне очень хотелось.
Звучит так, будто мама злыдня. На самом деле нет, очень даже приятная веселая женщина. Люблю ее я очень и родителям за многое очень благодарна. Но суть в том, что этот тотальный контроль перекрывал все мои инициативы и попытки раскрыться, попытки пробовать что-то новое. И вот приходит время, мне 15. Гормоны начинают штормить. Естественно, мне нравятся мальчики, конечно, мне хочется погулять, проявить себя. Но дома я должна быть в определенное время, мама сказала (!) и не минутой позже. Тогда-то (мне уже 17), когда я чуть осмелела, и начались мои тайные побеги на свиданки, зависания на сайтах знакомств и т. д. и т. п.
Но! Отношений не получалось… Потому что я боялась, что дойдет до самого серьезного (секса). А мать, если узнает, выгонит из семьи, думала я. Она бы так, конечно, не сделала, но установка в моей голове была такая.
И тут я решила себя обезопасить: “Обожрись и не доставайся ты никому”. Так начал нарастать мой защитный скафандр. С сентября по апрель плюс 15 кг, с мая по август минус 5 кг, и так циклично уже довольно много годиков. Вылетела я из гнезда в универ, и в годиков 20 самое серьезное все же случилось, и даже из семьи не выгнали… Но скафандр никуда не делся.
И дело не в еде…
Не так-то просто, оказалось, оградить себя даже сейчас от своих тараканов, маминых тараканов. Разрешить себе быть сексуальной, желанной, счастливой еще сложнее. Убедить себя, что “ты этого достойна”, вообще не всегда получается. Как вообще такое возможно? Мама говорит: я вечно все не так делаю. Как можно быть достойной самого лучшего?
Но на просторах интернета появилась прекрасная Натали, ее “Дело не в еде” и – процесс запущен. А сейчас учимся любить мир, любить себя и разрешать быть счастливой».
Период зрелой сексуальности (26–55 лет)
В этот период вскрываются и проявляются все особенности и проблемы, сформированные на предыдущих стадиях. Поэтому если вы в нем, у вас есть определенный бонус – отследить и скорректировать. Уже все на виду.
Из сообщений участниц курса «Дело не в еде»
«Когда выходила замуж, сама для себя решила, что это мой единственный мужчина, и другим мужчинам я нравиться не хочу. После этого очень поправилась».
«От одной фразы сразу всплывает целых 5 лет жизни! Про секс и полноту. С первым партнером было по большей части через давление с его стороны. Ты должна то, посмотри это, научись и т. п. А я так стеснялась этой темы. Стеснялась себя голой. Плюс ко всему не отличалась кубиками на животе, скорее «колбасками» на боках, и все хотелось мне похудеть, хотя бы на 5–6 кг. И никак не удавалось.
А спустя 2 года подобных отношений я встретила другого. И как-то так случилось, что взаимностью мы друг другу ответили. И секс у нас случился спустя год почти после первой встречи. Но! Даже без секса словно открылись двери, и сексуальность пошла наружу, желание и вот это все. И сразу к себе поменялось отношение, и похудела быстро и просто! Даже окружающие замечали перемены и в состоянии, и во внешности».
Инволюционный период (55 и выше лет)
Это последний этап сексуального развития человека, но, прошу заметить, ЭТАП. В современной российской сексологии он определяется условным интервалом от 50–55 лет до 70 лет и старше.
Климакс для женщины – особый период, подчас его боятся, как огня. «Я больше не женщина!» Ужас от собственной ненужности, игры гормонов, дополнительный вес в качестве защиты. Ведь если я не нужна, меня могут бросить, поэтому нужен запас, на чем продержаться.
Или ну все, теперь я бабушка! О, ужас! Я старуха! Вы бы
