Читаем без скачивания Время инверсий - Владимир Васильев

— Напиши, что он в отпуске, только не в длительном, а в бессрочном.

И шагнул к лифту.

В офисе московского Дозора Швед раньше бывал. В кабинете Завулона — никогда. В целом тут все оказалось примерно как он и представлял — огромные окна, огромный стол, старинная фотография хозяина на стене, вычурные кожаные диваны, монументальные шкафы с фолиантами, богатый бар. Единственное, о чем Швед заранее не догадывался, — это здоровенный камин в дальнем углу. Хотя мог бы и догадаться, Высшие Темные — те еще сибариты и эпикурейцы. Завулон, естественно, уселся в любимое кресло за рабочим столом, его замы облюбовали диванчик около бара, а Швед решил не выеживаться и выбрал скромное полукреслице в проеме между окнами.

— Телефон, кстати говоря, мог бы и включить, — буркнул Завулон, не глядя на Шведа. От дружелюбия и равенства в его голосе ровным счетом ничего не осталось; было видно, что шеф московских Темных слегка раздражен.

— Забыл, — не стал ничего сочинять Швед. — Я его обычно не выключаю, поэтому и не дернулся включить.

— Ладно, хрен с ним, — вздохнул Завулон. — Приступим к допросу.

Швед непроизвольно вздрогнул — еле заметно, но москвичи все равно просекли.

— Теперь тоже не дергайся, — усмехнулся Завулон. — Допрос будет без пристрастия. Такого везучего обормота грех губить.

Николай тем временем поколдовал у бара, чего-то взболтал, чего-то налил, чем-то звякнул, один стакан отнес шефу, второй протянул Юрию, третий взял себе. Шведу ничего предложено не было.

— Кто надоумил тебя убраться из Киева? — спросил Завулон, не притронувшись к выпивке.

Он сидел в кресле, закинув ногу на ногу, и Шведу его поза казалась зверски неудобной.

— Вы же сами мне вчера звонили, — осторожно напомнил Швед. — Велели садиться на поезд и валить в Москву.

Завулон, не меняя интонаций, разъяснил для непонятливых:

— Ты приехал на хмельницком. Я звонил без трех час по нашему, за две минуты до его отправления из Киева. Думаю, в этот момент ты уже сидел в вагоне.

Швед глубоко вздохнул. Что ж… О пророчестве Маришки Рублевой он все равно уже упоминал, правда, не Завулону, а Юрию, но в данном случае это не имело совершенно никакого значения. Поэтому Швед сознался. Не очень охотно и не особенно скрывая эту неохоту, но сознался:

— Мне опять напророчили. Ну, я и решил… Правда, я не в Москву хотел, а только до Брянска, а там назад перепрыгнуть, чтобы днем снова в Киеве быть.

— Кто напророчил?

— Кто и в прошлый раз. Дочка одного из наших.

— Как конкретно звучало пророчество?

Швед неопределенно двинул рукой:

— Ну… там несколько… э-э-э… иносказательно все сформулировано. Мол, капитан, уйди с корабля, вернешься утром, а не то хана кораблю и команде. Как-то так.

— А прошлое как? — не унимался Завулон. — После которого ты в логово чужих полез?

— Тоже в морском антураже. Мол, не губи юнг, капитан, сделай все сам. Я потому сам и полез.

На некоторое время Завулон умолк. Поразмышлял, не меняя позы. Потом проворчал:

— Моряк… С печки бряк…

Швед осмелился и грустно продолжил:

— Грудь в якорях, жопа в ракушках…

Завулон рывком повернул голову, с некоторым удивлением взглянул на Шведа, а потом неожиданно усмехнулся:

— Так у вас говорят, у мореманов?

Швед кивнул.

— Не слышал… Ладно, едем дальше. Что у тебя отобрал Совиная Голова?

— Не знаю, — ответил Швед, причем ничуть не погрешил против истины. — Я нашел какую-то штуковину неподалеку от логова чужаков. Думаю, их артефакт, раз Совиная Голова аж с какой-то евроинквизиторской сходки немедленно примчался.

Завулон искоса взглянул на Шведа.

— Ты и это знаешь?

— Ну… — Швед пожал плечами. — Слышал.

— Не знаю, как там насчет ракушек в жопе, — одобрительно заметил с дивана Юрий, — но пропеллер у него там точно оборудован.

Завулон на это никак не отреагировал, продолжил допрос:

— Как выглядел артефакт? Где нашел?

— Сначала про «где нашел», — начал Швед. — Напротив логова чужаков, через улицу, стоит жилой дом, сталинка. На дальнем его краю на крыше надстроечка есть, наподобие беседки или ротонды. Такая хрень с колоннами. Когда после торжественного выноса дверей в логове все разъехались, и Совиная Голова, и Юрий, и Светлые, я на крышу и заглянул.

— Почему? — перебил Завулон.

Тут Швед немного замялся, потому что убедительно это объяснить не мог.

— Честно говоря, сам не знаю. Двери дверьми, но у меня отчего-то возникло чувство, будто не все еще сделано в доме чужаков. Не могу объяснить, интуиция, наверное. А почему беседочка на сталинке напротив… В общем, когда меня ночью в подвале накрыло и я удирал через Сумрак, что-то там в этой беседочке светилось. Понимаете, весь мир серый, небо серое, все серое, и только там, наверху, — лиловый огонек. Холодный, как гнилушка, но все равно — светит же! Его я и вспомнил, когда уже днем около дома задержался. Увидел эту беседочку и моментально вспомнил. Дай, думаю, поднимусь, погляжу, что там и как.

— И?..

— Ну и поднялся. Ничего вроде особенного, дом, подъезд, чердак, крыша. Ну, беседочка, колонны, говно везде голубиное. Не знаю, чего я ожидал, но сперва разочаровался по полной. А уже когда уходить собрался, на ступеньке, в уголке, у самого выхода с чердака на крышу эту штуковину и заметил.

— Опиши ее.

— Немного похожа на зажигалку из дорогих, — принялся вспоминать Швед, машинально сопровождая слова жестами. — Такая серебристая или, скорее, хромированная. Монолитная, то есть головка, как у зажигалки, не откидывается. На плоской грани рифленая кнопка, на торце — черное пятнышко… Вроде инфракрасного порта на древних ноутбуках.

Завулон переглянулся со своими замами, потом полез в ящик стола, что-то достал.

— Такая? — спросил он, держа в руках что-то, издалека действительно похожее на давешнюю «зажигалку-фонарик».

Швед встал, приблизился, глянул.

— Точь-в-точь, — подтвердил он и вернулся на место.

Конечно же, определенное удивление Швед испытал, поскольку хорошо помнил слова Совиной Головы: Иным-де ни разу не удалось пленить никого из чужаков или захватить их артефакт, а вот обратное случалось. Но, во-первых, невзирая на эксперименты с провалами в лиловое, населенное жутковатыми призраками НЕ ЗДЕСЬ, это мог оказаться никакой не артефакт, а просто какая-нибудь завалящая вещица чужаков, по ценности равная той же зажигалке любого из курильщиков-Иных. А во-вторых, мало ли что Совиная Голова со вчерашним трофеем сделал? Может, на исследование Темным передал?

— Что, не ожидал? — с любопытством спросил Завулон, сверля Шведа взглядом.

— Не ожидал, — подтвердил Швед честно.

— Я объясню на всякий случай. — Завулон неожиданно перешел от допроса к диалогу. — Совиная Голова вчера говорил правду. Вернее, то, что он сам считает правдой. Инквизиции артефакты чужаков действительно до сих пор в руки не попадали, иначе они бы не стали затевать… то, что затеяли. Светлым, думаю, тоже не попадали. Ну а мы-то народ особый, да?

Завулон вдруг по-свойски подмигнул Шведу.

Тот изобразил на лице осторожную неопределенность. Дескать, может, и так, но судить не мне.

Завулон, успев, кстати, куда-то спрятать «зажигалку» (скорее всего назад в ящик стола), наконец-то взял с подносика стакан.

— На кнопку жал? — ворчливо осведомился он.

— Жал, — признался Швед.

— Что видел?

— Не знаю, не успел разобраться. Что-то вроде того же Сумрака, только в лиловых тонах.

— Долго там был?

— Не особенно… Может, с полминуты.

— Призраков видел?

— Ну… Что-то там такое шастало в тумане, — не стал отрицать Швед.

— А они тебя?

Швед невольно передернул плечами, вспоминая.

— По-моему, один меня заметил. Но я отпустил кнопку… и сразу вернулся. А больше нажимать не решился.

— Шустрый у нас пострел, — опять подал голос Юрий. — Везде поспел.

— А что ты намеревался с этой, как ты выражаешься, штуковиной делать? — снова не обращая внимания на слова зама, поинтересовался Завулон.

— Не знаю, — пожал плечами Швед. — Честно говоря, я был уверен, что долго она у меня не задержится. Так и вышло, Совиная Голова нагрянул.

— А если бы не нагрянул? — спросил Завулон со всевозрастающим интересом.

— Хотите верьте, — вздохнул Швед, — хотите нет, но скорее всего позвонил бы кому-нибудь из вас. Не Светлым же ее нести, в самом деле? Звучит как-то… подобострастненько, я знаю, сейчас я говорю правду. Ну, не мой это уровень — подобные артефакты исследовать. Тем более чужие. Я вообще в последнее время ощущаю себя крысой в лабиринте с ловушками. То вода за шиворот хлынет, то током по пяткам долбанет. Сто раз подумаешь, прежде чем за встреченный рычаг дернуть.

— Но кнопку на чужом артефакте ты таки нажал, — заметил Завулон ехидно.