11
Логан включил компьютер, и тут же замелькал сигнал электронной почты. Это мог быть только Хищник. Давно пора. Командир молчал уже неделю.
«Есть новое задание. Через шесть месяцев переведем тебя в Африку, а пока ты в отпуске. Развлекись для разнообразия. Хищник».
– Развлечься? О, черт! – Логан уставился на экран. Прошло две недели со дня опубликования статьи в «Разоблачениях». Он понимал, что «Кобра» не может отправить его обратно в Южную Америку, но Африка?
В Северной Африке, особенно в Египте, терроризм – обычное явление, но, если бы его посылали в Северную Африку, Хищник дал бы знать. Значит, ему предстоит гнить в стране, которую большинство американцев не смогли бы найти на карте, в стране, меняющей название с каждым переворотом.
– Только не делай поспешных выводов, – пробормотал Логан, выключая компьютер, и вышел через застекленные двери в маленький дворик.
Окна главного дома были темными. Трент сегодня лег спать раньше обычного. Устал, наверное, после их похода в Локет-Медоу. Трент так хотел показать ему высокогорное озеро, окруженное осинами. Изумительное произведение природы, но Логану озеро напомнило пруд за лагерем «Последний шанс».
– Забудь!
Ему почти всегда удавалось запирать свое прошлое в самые дальние уголки памяти.
Логан перевел взгляд на второй гостевой домик. Окна Келли еще светились, и – как показал опыт прошедшей недели – будут светиться почти всю ночь. Чем она занимается? После приема у Стэнфилдов он ожидал от нее лавины вопросов и не дождался… После отъезда Мэтью Дженсена Келли была явно подавлена. Она каждый вечер ужинала с ними, но почти все время молчала. Трент, вероятно, знал, в чем дело, однако Логану ничего не рассказывал.
Все последние дни они бродили по окрестностям Седоны, и, хотя – из-за больного сердца старика – избегали крутых троп, Логан наслаждался этими прогулками. Никому из репортеров не приходило в голову искать его здесь, и с каждым днем он все больше восхищался старым Фарли.
Отличный старик. Не потерял вкус к жизни. Главное в жизни для него – природа и Келли. Трент с ходу называл каждое растение, каждое животное, которое им встречалось, а успехи Келли помнил в деталях: от первой фортепьянной пьесы, сыгранной ею, до выпускной церемонии в Йельском университете.
Правда, несмотря на бесконечные истории о Келли, Трент почему-то ни разу не упомянул о ее браке… Он вообще ни одним словом не вспомнил Дэниела Тейлора, только на вопрос Логана ответил, что свадьба состоялась в Седоне в католической церкви, а свадебный прием – в ресторане курорта «Поко Дьяболо».
– Келли была самой прекрасной невестой на свете, – добавил Трент.
Как будто Логан сомневался! Конечно, можно найти женщин красивее, но в Келли есть что-то особенное. Он легко мог представить себе, как она идет по проходу между церковными скамьями, вся светясь от любви.
– Свадьба! Что за чушь лезет в голову! – воскликнул Логан. Он ни разу не был на свадьбе. Он вообще был под церковным сводом один-единственный раз, когда они с Броуди прятались от убийц наркокартеля в какой-то грязной колумбийской часовне.
Надо как можно скорее выметаться отсюда. Уж слишком ему стал нравиться Трент. И слишком часто он думает о Келли… Наверное, потому, что не трахался уже три недели – рекордный для него срок.
Завтра. Он уедет завтра. Только куда? Шесть месяцев на «развлечения»? Да еще когда все репортеры планеты сидят у тебя на хвосте!
Когда они наконец забудут о нем?
Шуршание в кустах отвлекло Логана. Какой-то мелкий ночной хищник. От нечего делать Логан зашел в домик и вытащил из рюкзака бинокль – как и компьютер, военный прототип. Бинокль легко умещался в его ладони, однако был необыкновенно мощным и с адаптером ночного видения.
Логан обследовал заросли, затем просто из любопытства осмотрел окрестности. На горном уступе в четверти мили от ранчо замер горный лев… Нет, не лев, решил Логан, повнимательнее рассмотрев животное и заметив уши, увенчанные острыми меховыми кисточками. Рысь.
Логан развернулся и через открытое окно второго домика увидел Келли. От выражения ее лица у него заныло сердце. Она не плакала, но уж лучше бы плакала. В жизни Келли явно что-то произошло.
Что же случилось?
Логан приказал себе отвернуться. Келли было бы неприятно, если бы ее видели в таком состоянии. Но любопытство одолело, и он снова навел бинокль на ее окно. Келли разглядывала какую-то фотографию…
Трент никогда не упоминал о ребенке, подумал Логан, заставляя себя опустить бинокль. У Келли и Трента нет близких родственников. Так чью фотографию с таким волнением разглядывает Келли?
«Какое тебе дело? – одернул себя Логан. – Тебя это не касается».
Да, пора выметаться из Аризоны.
* * *
– Я же говорила, его надо было убрать.
Сколько еще она будет напоминать ему об этом? После наглой выходки Логана Маккорда на пресс-конференции она постоянно твердила об убийстве.
Сегодня они были в его комнате, в его кровати, голые. Одежда валялась на полу.
– Если бы я нашел сукина сына, я бы его убил.
– Поздно. Он уже испортил все, что мог.
– Да, о президентской кампании Хейвуда Стэнфилда можно забыть, но почему бы не убить виновника?
– Сначала надо его найти. Если не удалось «Американскому репортеру», то вряд ли кому удастся.
Он презрительно фыркнул, продемонстрировав свое отношение к популярному журналу. Однако надо признать, что если бульварная пресса ничего не раскопала, то можно не дергаться. Интересно, куда девался этот мерзавец?
– Логан Маккорд где-то затаился, но рано или поздно ему придется выползти на свет божий. – Он сжал рукой ее грудь и лизнул темный сосок, затвердевший под его языком. – А пока не будем терять время на разговоры о нем.
* * *
На следующее утро за завтраком Логан объявил, что уезжает.
– У меня через некоторое время будет новая оперативная работ.
– Тогда зачем уезжать сейчас? – нахмурился Трент. – Поживи здесь. Скажу честно, мне нравится твое общество.
Логан сам это чувствовал, но все равно был поражен. К глубине чувств, прозвучавшей в словах Трента, он не был готов и не нашелся с ответом.
