Он отказался уподобиться покойному Кювье и использовать эту женщину для своих сексуальных утех. Но, по правде говоря, он собирается использовать ее для осуществления своих политических амбиций.
Да, он использует этот процесс, чтобы обрести славу и известность, но причем тут Лайла? Поскольку ее защитником будет он, она только выиграет. Дрю постарался отогнать от себя тревожащие его мысли. Они просто сейчас помогают друг другу, хоть она об этом и не ведает. А на отца Дрю старался не злиться. Ну и что с того, что он вечно его поучает. Он просто хочет добра родному сыну.
— Я не собираюсь проигрывать это дело, равно как не буду жертвой прекрасной Дю Шамп.
Отец улыбнулся, пустив облачко сигарного дыма.
— Я знал это, сынок. Слишком многое поставлено на карту, чтобы потерять голову из-за такой женщины.
Дрю невольно поморщился» «Такой женщины». Его отец никогда не понимал, какие чувства он испытывает к Лайле Дю Шамп. Черт подери, даже сам Дрю не мог объяснить причины такого влечения. Нет, он пропустит слова отца мимо ушей. Ведь ему до боли хочется целовать ее и снова слышать ее звонкий смех.
Глава ДЕВЯТАЯ
По дороге домой Дрю сидел молча, размышляя над горькой правдой, сказанной отцом. Лайла тоже казалась спокойной. Она сидела на своем обычном месте в экипаже и старалась не смотреть на Дрю.
Как мог он винить ее в том, что он ей не нравится?
Она винила его во всех несчастьях своей жизни — в продаже небольшого пароходства отца, в смерти отца, и даже в том, что вышла замуж за Жана. Хуже всего, что порой он мог понять ее ошибочную логику.
Да, контракт по продаже пароходной компании был составлен явно в пользу Жана, но ведь Жан заплатил немалые деньги за эту блестящую работу. А ее отец добровольно подписал договор, и никто при этом, к удивлению Дрю, не оказывал на него никакого давления. Теперь Дрю предполагал, что Жан тогда предложил Энтони Дю Шампу единственное, чего тот хотел и что не мог купить ни за какие деньги: безопасность родной дочери. Если бы ее отец посоветовался с юристами, ему бы рекомендовали ни за что не подписывать составленный Дрю договор.
Дрю вздохнул. Мог ли он винить Кювье за влечение к милой Лайле? В конце концов, Дрю сам был влюблен в нее еще с юных лет. И теперь он чувствовал себя ответственным за нее, отчасти потому, что составленный им контракт оставил ее без денег.
И вновь он вспомнил о предостережении отца, бросив невольный взгляд на свою спутницу. Да только мертвец не почувствовал бы влечения к такой женщине!
Прекрасная, сильная и куда более стойкая, чем те женщины, которых ему приходилось знавать прежде, Лайла интриговала его. После того, как он поцеловал ее днем, он до вечера не мог думать ни о чем, кроме ее губ, сладкого рта. Ему хотелось большего, чем просто ласкать ее.
Интимная связь с клиенткой явилась бы непоправимой ошибкой. Он должен готовиться к процессу. А такой аморальный поступок мог привести к тому, что его лишили б лицензии, к тому же это было совершенно неэтично. Публично призывать к чистоте и порядочности и одновременно иметь тайную любовную связь с собственной клиенткой. Нет, это вряд ли понравится его потенциальным избирателям. Но Лайла сама по себе достаточно сильное искушение, и ради нее он мог забыть о карьере, личных амбициях и прежней решительности и полностью уйти в чувственное забвение. Образ обнаженной Лайлы, с откинутой назад головой, закрытыми глазами, ее дыхание в минуты, когда он занимается с ней любовью… Все это никак не выходило у него из головы.
Он откашлялся, решительно настроившись избавиться от наваждения — образа обнаженной женщины, такой беззащитной в его руках.
— Ты хорошо провела время?
На самом деле он хотел спросить, понравилось ли тебе, как я тебя целовал днем?..
Она бросила на него взгляд из темноты.
— Твоя мать очень милая женщина и отличная хозяйка.
— А что ты думаешь по поводу моего отца? спросил Дрю, почему-то особенно этим заинтересовавшись.
— Он светский человек, имеет вес в обществе, но почему-то заранее решил, что это я убила Жана, — ответила Лайла.
Дрю немного опешил. Лайла прекрасно разбирается в людях! Неужели она не видит, насколько он ею очарован?
— Мой отец информирован как никто другой, и потому его решения всегда молниеносны, — заметил Дрю.
— Уже давно я не наслаждалась обществом женщины за ужином. С твоей мамой так легко, — промолвила Лайла, тяжело вздохнув. — Похоже, ей было все равно, что у нее в гостях дама, подозреваемая в убийстве.
Моя мать могла бы развлекать самого дьявола, и тот прекрасно чувствовал бы себя в ее обществе. Просто у нее такая манера общения. Я считаю, что моему отцу с ней просто повезло. Последовала напряженная пауза.
— Они ведь не приглашали меня, так? Дрю понял, что врать бессмысленно.
— Конечно, нет. Лайла отвернулась.
— И теперь меня уже больше не примут в твоем доме, ведь правда? И неважно, что я невиновна. Люди всегда помнят только плохое.
— Вполне возможно, — ответил Дрю, его охватила внезапная потребность быть с нею предельно откровенным.
— Хотелось бы повернуть время вспять и полностью изменить последние два года. Я бы удержала тогда своего отца от подписания этого контракта, — в голосе Лайлы звучало отчаяние.
— Нет смысла винить себя за ошибки отца, — промолвил спокойным тоном Дрю, пытаясь ее успокоить.
Она повернулась к нему, и на какой-то миг адвокату показалось, что она сейчас его ударит, столько незримой ненависти исходило от нее.
— Я не виню его ни в чем. Я обвиняю Жана и тебя. Ты помог Жану обмануть моего отца.
Дрю не знал, что ей ответить. Ночной ветерок обдувал его лицо, не в состоянии охладить внезапно охватившей его ярости.
— Лайла, никто не заставлял твоего отца подписывать тот контракт. Он подписал документ, не пожелав проконсультироваться с юристами. Я не повинен в его глупости.
— Его глупости?! — воскликнула Лайла.
— Совершенно верно, — парировал Дрю. — Подписывая деловой контракт, советуйся со своим юристом. Любой профессионал сразу сказал бы ему, что договор односторонний, — выпалил Дрю.
Она не ответила. Она просто отвернулась и стала смотреть в окошко экипажа. Всю следующую милю их пути слышалось лишь пение ночных цикад, да шуршание пожухлых дубовых листьев, ковром лежавших на дороге.
Наконец она заговорила, и голос ее был на редкость спокоен, но холоден.
— Если никто не заставлял отца подписывать контракт, а бизнес его процветал, то почему он решил от него избавиться?
— Не знаю, меня это тоже волнует, — ответил Дрю, стараясь сохранять спокойствие. — В данный момент я предполагаю, что Жан предложил жениться на тебе, и таким образом было удовлетворено желание твоего отца обеспечить твое будущее.
