конфеты правды, приготовленные собственной рукой. А вот теперь мы с тобой поговорим.
Глава 13. Враг из тени
Чуть ли не рычащую Тиору мы приматываем к креслу её же комнатными растениями при помощи магии Веспулы.
— Во избежание избежаний, — ласково говорит колдунья, хлопая эльфийку по щеке. Тат тут же резко поворачивает голову, пытаясь укусить Веспулу за пальцы.
— Какая злобная, — удивляется Руби. — Неужели в ней всегда это таилось? А казалась типичной прилипалой без намёка на собственную личность.
— Как же ты всегда меня бесила, высокомерное драконье отродье! — шипит Тиора. — Как же я радовалась, когда все обсуждали твой позор! Ледяной дракон правильно сделал, что тебя бросил!
— Можно я кину в неё заваркой? — тоном покорной овечки спрашивает Руби.
— Леди травой не кидаются, — качаю головой я.
— Вот именно. Леди драматично кидаются посудой, — подсказывает Веспула. — Держи тарелку, серебряная, не абы что. Такой стукнешь по голове — враз дурочкой станет! — колдунья оценивающе косится на Тиору и со вздохом отставляет тарелку. — Впрочем, ей это уже не грозит.
Оставляю подруг обсуждать кровожадные планы по поводу доставшей всех эльфийки, сама же ставлю стул напротив неё, сажусь и внимательно смотрю в полные ненависти зелёные глаза.
— За что ты так ненавидишь меня, Ти?
Она заливается нездоровым смехом.
— Посмотри на себя, холодная скользкая ящерица! У тебя всегда были подруги, тобой восхищались преподаватели, даже Райден упал к твоим ногам, хотя я первая его заприметила! Все так плясали вокруг тебя, я одна видела, что ты просто бессердечная жаба!
Молчу, только слушаю, позволяя магии развязать Тиоре язык. Поток речи свободно льётся из её рта.
— Я ведь честно хотела быть тебе подругой! Ты не очень нравилась мне, но это был шанс стать популярной. Но ты сама напросилась, когда увела у меня Райдена! Ты же знала, что я хочу его!
Травы не позволяют ей соврать даже самой себе. Наверное, Тиоре хотелось бы верить, что она любит Райдена, но правда уже произнесена: это просто низменное желание обладать.
— Откуда я могла знать? Ты говорила, что влюблена в парня, но никогда не называла его имя.
— О чём я и говорю! — вспыхивает эльфийка. — Тебе плевать на чувства других! Была бы ты хорошей подругой, ты бы заметила, что я испытываю к нему!
— А что Райден испытывал к тебе? — спрашиваю я равнодушно.
— Терпение, — подсказывает Веспула.
— Неправда! — восклицает Тиора. — Он был бы мой, если бы ты снова не появилась, змея! Мы так не договаривались! Оговорено было чётко: тебя Эйвану, а Рая мне!
По её щекам текут злые слёзы. Сейчас мне почти жаль её: это просто заблудившаяся в своих иллюзиях и желаниях дурочка, а не коварный враг.
— С кем и что было оговорено? — спрашиваю хладнокровно, одёргивая себя и не позволяя испытывать даже брезгливой жалости по отношению к ней.
Чувствую, как Руби и Веспула вытянулись за моей спиной, как гончие, почуявшие добычу. Сейчас прозвучит имя, и это определит многое. Задерживаю дыхание от волнения, глядя на эльфийку, но та отвечает то, что я никак не ожидала услышать.
— Понятия не имею! Он не называл своё имя.
— А выглядел он как? — не теряю надежды я.
— Да не показывал он лица! — закатывает глаза Тиора. — Ходил весь такой загадочный в капюшоне и маске, голос хриплый — явно нарочно его занижал, чтобы и по голосу узнать было нельзя. Я его называла «мужчина в чёрном».
— Точно мужчина? — уточняет Руби.
Тиора кривит губы, глядя на неё с презрением.
— Уж такое я не перепутаю.
— Мне нужны подробности, — говорю я, едва не теряя терпение. — Хоть что-то было в нём особенное? Черта, примета?
— Нуу… — она поднимает глаза к потолку, вспоминая. — Да какой-то обычный. Роста среднего, телосложения — тоже. Двигался только так… мягко. Ступал бесшумно и появлялся всё время будто из ниоткуда, да потом так же исчезал. Я подумала, он точно эльф.
Хмурюсь. На секунду я предположила, что это мог быть Эйван, но муж высокого роста, телосложение его не назвать средним, да и умения скрываться я за ним не замечала. А если эльфийка узнала в силуэте загадочного посетителя своего собрата, то это точно не может быть Эйван. Эльфы хорошо чувствую друг друга.
— То есть какой-то вероятно эльф явился к тебе из тьмы и предложил одурманивать соседку по комнате, — подытоживает Руби. — И ты согласилась. Внутри ничего не ёкнуло? Совесть, например?
— В первый раз я отказалась! — дёргает уголком рта Тиора. — Но он оставил мне визитку. Я хотела выкинуть, но сунула в карман, да и забыла о ней. А когда эта змеюка увела моего Рая, я тут же вспомнила про карточку.
— Скажи мне, что она до сих пор у тебя, — прошу я с замиранием сердца.
Но, увы, Тиора презрительно фыркает.
— Вот ещё, стала бы я хранить магическую картонку, мало ли, по ней бы меня нашли!
Мы тоскливо переглядываемся. Неужели след оборвался?
— Должно быть что-то, — уверенно говорю я. — Как часто он приходил? Он сам давал тебе травы, рецепты? В чём состояло твоё задание?
— Он появлялся в новолуние, сообщал по визитке время и место встречи. Сначала приносил готовые конфеты, потом я разобралась в рецепте сама, — рассказывает Тиора с весьма недовольным видом. Как же она была бы рада просто замолчать, но состав Веспулы работает без осечек. — Сначала я просто кормила тебя ими. Но эффекта не было, о чём я ему и сообщала. А потом он стал давать мне красный порошок. Не знаю, что за он, но мне велели рассыпать его по твоей одежде, добавлять в соли для ванн и еду — куда угодно. Я надеялась, ты от него прыщами пойдёшь, но ничего не произошло!
— До поры до времени, — подсказываю я.
Воспоминания явно приятны для Тиоры.
— Да. В один прекрасный день на тебя подействовал дурман. Все решили, что ты переутомилась, но я поняла, что у нас что-то выходит. Я тут же послала сообщение мужчине в чёрном. Он велел дальше рассыпать порошок и ждать указаний. А когда мы встретились, он сказал, что мы пробили защиту твоего дракона — время наносить рану.
Я стискиваю руки в кулаки. Хочется ударить эту курицу, но я сдерживаюсь.
— Это было легко и приятно, — воодушевлённо заявляет она. — Смотреть, как после вечернего чая твои веки тяжелеют, мысли путаются. А мне оставалось лишь шептать тебе на ухо то, что велел мужчина в чёрном. Ты и не заметила, как стала реально считать, что это твои мысли!
Она заливисто хохочет, но затем лицо
