И это работало.
Островитяне, что-то бубня, через какое-то время уже без опаски смотрели в его сторону и не боялись подходить. Даже перестали отскакивать, когда он подходил. И Аккес поймал себя на том, что ему даже нравится работать вместе с ними. Выкапывать яму, ставить бревно, закреплять его. Тяжёлый физический труд помогал избавиться от тяжёлых мыслей.
Поэтому он не обращал внимания ни на пот, стекавший по лицу, ни на грязь, прилипшую к телу. Пару раз он даже улыбнулся, когда остальные рабочие над чем-то звонко рассмеялись.
Во время перерыва, когда все радостно побежали к женщинам за едой, он присел в стороне от остальных. Всё же несмотря на общее дело, он не чувствовал себя частью их компании, да и не хотел. Старые привычки так просто не пройдут. А он любит быть в одиночестве.
— Устал? — раздался вопрос и, подняв голову, он увидел подошедшую к нему Зику. Она держала в руках чашку с водой и миску с едой.
— Это полезная усталость, — улыбнулся он, принимая еду и жадно отпивая воды.
Зика присела на корточки рядом с ним, смотря, как он пьёт.
— Я же тебе говорила, что ты зря считаешь себя злодеем. Ты же делаешь очень хорошее дело, и многие уже смотрят на тебя с одобрением.
— Да уж. Всю жизнь мечтал заработать одобрение лесных варваров, — он вернул ей пустую чашку и принялся за еду.
Зика хихикнула.
— Я тоже отсюда, если забыл. Да и ты, как я слышала, тоже вырос в лесах.
Отвлёкшись от еды, он усмехнулся девушке.
— А я не говорил, что я сам не варвар.
— Зика! — раздался громогласный голос Лекамира, от которого все моментально повернулись к рыцарю. Сам же он, позабыв про сонливость, которая буквально не так давно валила его с ног, широким шагом шёл прямо к Аккесу и Зике. Выражение лица его было таким сердитым, что девушка подскочила, испуганно глядя на него и не понимая, почему он злится.
— Отойди от него! — злобно прошипел сквозь зубы рыцарь, обхватывая её рукой за талию и толкая себе за спину, одновременно продолжая пристально смотреть на Аккеса.
Аккес же отставил миску с едой и поднялся, с отрешённым спокойствием встретив его злобный взгляд.
— Но, Лекамир, — начала Зика, пытаясь выйти из-за его спины. — Я всего лишь принесла ему еды.
— Я тебе говорил, не приближаться к нему! — Лекамир был просто взбешён, когда увидел их вместе.
Аккес же стоял совершенно спокойно, несмотря на то, что был безоружный и обнажён по пояс. В то время как злобный рыцарь напротив, мало того, что возвышался над ним на голову и был заметно крупнее, ко всему прочему до сих пор был в боевом облачении и при оружии. Он только отметил, как шлемоголовый осторожно заслонил Зику от кажущейся ему опасности и не побоялся выступить против него, хотя видел, на что Аккес был способен.
Эта мысль заставила его улыбнуться. Он был рад, что у Зики есть такой защитник.
Лекамир же по-своему истолковал его ухмылку. Ему показалось, что Аккес над ним насмехается, и это ещё больше его разозлило.
— Лекамир, Лекамир, — хватала его за руки Зика, чуть ли не плача. — Тебе нечего бояться. Он ни разу не тронул меня.
Рыцарь вдруг резко обернулся к девушке.
— Что значит "ни разу"?
Зика запнулась, испуганно посмотрев на разъярённого рыцаря.
— Мы разговаривали… раньше… Он…
— Что ты вообще забыла рядом с ним?!
Зика вдруг выпрямилась и, нахмурившись, посмотрела на него.
— Он ничего мне не сделал, Лекамир! — крикнула она так, что тот опешил от удивления. — Наоборот, он помог мне, за что я ему благодарна. И он не такой плохой, как ты думаешь!
Лекамир выглядел настолько удивлённым, что даже Аккес не сдержал улыбки, чувствуя некую гордость за неё. Похоже, это был первый раз, когда она повысила на него голос, и тупая башка явно не привык к подобному.
— Что здесь происходит? — послышался настороженный голос Рианы, которая, заметив, что назревает конфликт, поспешила к друзьям.
Аккес видел, что двое перед ним продолжают сверлить друг друга взглядом и перестали обращать на всё остальное внимание, поэтому он сам повернулся к жрице.
— Железная башка приревновал, — сказал он, кивнув в сторону рыцаря.
— Если бы ты подумал хорошо, то заметил бы, что он нам не опасен, — всё ещё сердито говорила Зика.
Лекамир же уже пришёл в себя и не менее грозно отвечал:
— Ты что не слышала, что произошло вчера? Он опаснее любого на этом острове, — рыцарь обернулся и указал рукой на Аккеса, который продолжал спокойно стоять на месте, скрестив руки на груди.
— Лекамир, прошу тебя, успокойся, — примирительно сказала Риана.
— Как я могу быть спокоен, если этот ненормальный находится рядом с нами. Кто знает, что ему придёт в голову в следующий раз? И в какой момент он перебьёт уже всех нас?
Он опять злобно посмотрел на Аккеса, не обращая внимания на Зику, которая пыталась его успокоить.
— А ты, я смотрю, прямо не можешь дождаться, когда это произойдёт, — сказал тот.
— Я просто знаю, что рано или поздно твои и без того кровавые руки начнут убивать без разбора, и хочу, чтобы в этот момент все те, кто мне дорог, были как можно дальше от тебя, — едва сдерживаясь, прошипел рыцарь. — В отличие от тебя мне есть, кем дорожить, и я забочусь о них.
— В таком случае делай это почаще, — вспылил Аккес, раздосадованный тем, что громиле удалось задеть его за живое. — Может, тогда бы Зике не пришлось плакать одной у реки.
Лекамир резко замер, услышав эти слова, и так же резко обернулся, глянув на Зику. Та же, наконец, отцепилась от его руки и опустила голову.
— Ты плакала?
Риана же наоборот удивлённо посмотрела на Аккеса. Ей не нравился весь этот конфликт, и она надеялась, что он прекратится до того, как в ход пойдут кулаки и оружие. Потому что тогда ей придётся вмешаться, а она очень не хотела нападать на Лекамира. Но ещё больше не хотела нападать на Аккеса, провоцируя его.
— Да… — призналась Зика.
— Что случилось, кто тебя обидел? — не унимался Лекамир, в ужасе смотря на девушку. Почему он не знал?
— Они… мне сказали… что я бесполезная и позорю своё племя. Поэтому, тебе вместо меня, подарят другую.
— Да что за чушь! — Лекамир уже забыл обо всём вокруг, полностью переключившись на неё. — С чего они так решили?
— Потому что… — она опять опустила глаза и заговорила тише, — я должна была полностью слушаться, ухаживать за тобой и… делить с тобой постель…
— Что? — ошарашенно уставился на неё Лекамир.
— Это обязанность любой ассаны.
— Тебе было восемь лет.
— Двенадцать.
— Да какая разница. Ты была ещё ребёнком, как они вообще могли поду…
