Немного позже, быть может, я услышу, как легко и спокойно расхаживающий олень вдруг сделает несколько испуганных прыжков, а пасущийся невдалеке лось — я хорошо его вижу, потому что ярко светит луна, вдруг перестанет пастись, чтобы поймать какие-то, как будто и нереальные, звуки или же почуять предупреждение об опасности в набежавшем ветерке; с озера донесется заунывный крик гагары, встревоженный, таинственный, пугающий. А вслед за ним самый оглушительный из всех ночных звуков, словно пронзительный выстрел из ружья, — дружное шлепанье бобровых хвостов по воде. Потом вдруг воцаряется тишина, зловещая, напряженная, — каждое живое существо в окрестности остановилось, припало к земле или же застыло в порыве движения и в мучительной тревоге ждет, кто же первый зашевелится. Внезапно я вижу, как пробирается извилистой тропой призрачный, словно привидение среди теней, злой разбойник лесной глуши — волк!
Вот тогда, если светит луна и если я вовремя прицелюсь, а самое главное, спокойно и точно сделаю расчет, сокрушительный выстрел моего ружья положит конец происшествию и на много дней избавит моих друзей от тревоги и страшной неизвестности.
Вот так все, что можно услышать и увидеть, а также то, чего нельзя ни услышать, ни увидеть, а о чем можно лишь смутно догадываться, рассказывает мне, как идут дела у лесных обитателей, днем и ночью напоминая о моей ответственности перед ними, потому что они живут здесь под моей защитой.
ЧЕЛОВЕК И ПРИРОДА
Необходимо сохранить
огромные массивы девственного леса
в целях эстетических,
патриотических так же, как и экономических.
Я не берусь быть судьей
и воспитателем общества и не претендую
сказать миру новое слово.
Я только хочу помочь,
в меру своих сил, тем безмолвным существам,
среди которых протекла моя жизнь
Чем дольше человек живет в глуши леса, тем больше и больше он любит Дикую Природу во всем ее многообразии. В конце концов ему становится неприятным охотиться, и если необходимость заставляет его убить, он сделает это с чувством сожаления и сознания своей вины. Старые индейцы, неизменно соблюдавшие языческие обычаи (кстати сказать, среди этих обычаев есть много очень красивых и достойных сохранения), совершали обряд погребения, когда им случалось убить зверя, стоящего на высокой ступени развития и заслуживающего уважения и любви людей. Это чувство приходило медленно, но проникало очень глубоко и казалось мне результатом жизни, направленной главным образом на разрушение, а не на созидание. Я не могу себе представить, что этот переворот в сознании произошел только у меня, и имею достаточно фактов в доказательство того, что люди, побывавшие в аналогичных условиях, за исключением, может быть, только невежд или людей, не способных к мышлению, надменных и эгоистов, переживали то же самое хотя бы в какой-то мере.
Человек, долго проживший в лесу, познавший его тайны и очарованный его прелестью, невольно будет проявлять внимание ко всему живому, что окружает его; у него появится чувство ответственности перед лесом, и, прокладывая себе тропу, он будет стараться не топтать цветы. Не раз я встречал людей, которые, поборов смущение перед присутствующими, находили в себе мужество спасать жизнь муравьев, жаб, змей и других низших существ, рискуя быть поднятыми на смех. Это были мужественные, суровые люди, чье внимание, казалось бы, не должны были привлекать такие ничтожные существа. Говоря о жабах, неядовитых змеях и других невзрачных, безвредных и часто полезных созданиях, мне хочется сказать, что преследование их является результатом ненависти, возникшей от безрассудного страха со стороны тех, кто ничего о них не знает.
Есть на свете много людей, которые ходят по лесу как слепые. Они смотрят на величественные деревья несравненной красоты и высчитывают, сколько квадратных футов досок получится из них или же сколько долларов можно получить с каждой бобровой хатки. Для таких людей прелесть Дикой Природы не существует. Помню, как однажды, уже много лет назад, я работал проводником и повел одного туриста на вершину горы, чтобы показать необозримую панораму девственного соснового бора. Он расстилался у наших ног и терялся в голубой дали. Мой спутник посмотрел вниз — редко кому выпадает счастье любоваться такой сказочной картиной, — я ждал, что услышу восторженные восклицания, но реакция была неожиданной. Он сказал деловито: «Вот бы срубить все это и погрузить на эстакаду. Это, скажу я вам, было бы здорово!»
Отдавая дань уважения экономике, я все же должен сказать: лес существует не только для того, чтобы быть использованным в качестве строительного материала. Необходимо сохранить огромные массивы девственного леса в целях эстетических, патриотических так же, как и в экономических, не говоря уже о работе по лесовозобновлению. Что касается последнего, то при разумном ведении лесного хозяйства можно снабжать промышленность лесными материалами, не разоряя леса. Необходимо обязать коммерческие предприятия сажать шесть-двенадцать деревьев вместо каждого срубленного; таким образом, они сами обеспечат себя строительными материалами. И пусть никто не смотрит жадными глазами на уцелевшие еще в Канаде массивы первобытного леса, потому что лес будет быстро уничтожен, если только дать волю коммерсантам.
Говорят, все живое создано для того, чтобы служить человеку. Но так ли это? Рабство уже вышло из моды, и никто не станет утверждать, что сосновые шишки зреют специально для белок, а олени живут в лесу лишь для того, чтобы волки были сыты. Очутившись в лесу, мы перестаем чувствовать свое превосходство перед волком или белкой, наоборот, мы часто чувствуем себя беспомощными. Люди в огромном своем большинстве не хотят даже слышать о том, что животные, хотя бы в какой-то мере, могут быть одарены умственными способностями; поведение животных они объясняют только инстинктом. Однако многие животные наделены умственными способностями, а все люди — инстинктами. Человек стоит на самой высокой ступени развития по сравнению со всеми живыми существами на Земле, однако это еще не означает, что Природа принадлежит ему, как он надменно это воображает. Он принадлежит ей. Щедрая Природа подарила большие богатства своим детям, и если человек возьмет свою долю, это будет вполне справедливо и честно; но он не должен обижать другие существа и отнимать у них необходимое, они тоже хотят жить.
Природные богатства должны быть использованы благоразумно, и скромность будет здесь хорошим советчиком. Представьте себе человека, гуляющего в чудесном саду; в знак гостеприимства ему разрешили нарвать себе столько цветов, сколько захочется И не слишком ли часто мы поступаем как неразумные дети (я говорю мы, потому что и я грешил этим в своей молодости), унося целые охапки цветов, и, не в силах унести все, рассыпаем и топчем их под ногами.
