Природные богатства должны быть использованы благоразумно, и скромность будет здесь хорошим советчиком. Представьте себе человека, гуляющего в чудесном саду; в знак гостеприимства ему разрешили нарвать себе столько цветов, сколько захочется И не слишком ли часто мы поступаем как неразумные дети (я говорю мы, потому что и я грешил этим в своей молодости), унося целые охапки цветов, и, не в силах унести все, рассыпаем и топчем их под ногами.
Каждое живое существо в своей борьбе за жизнь в какой-то мере безжалостно по отношению к другим видам. Человек же извлекает пользу из всего и ото всех, включая своих менее счастливых собратьев. Почти всегда он добывает гораздо больше, чем ему нужно, разоряет природу, не думая о будущем, — это самый большой грабитель, который существует на земле. И, несмотря на высокое положение, которого он достиг, многому ему надо поучиться и поработать над собой, чтобы стать доброжелательным, сдержанным, снисходительным не только в отношении низших существ, но и в отношении своего собрата — человека.
Размышляя обо всем в глуши леса, я пришел к заключению, что есть настоятельная необходимость в наш цивилизованный век издать закон, запрещающий эксплуатацию детского труда в промышленности; подумать только, в течение одного года тысячи подростков были ранены, а некоторые убиты во время работы, в то время как предприниматель-спекулянт богател, собирая большие доходы на дешевом труде. Слишком грустно сознавать, что даже дети становятся добычей хищнического инстинкта коммерсантов.
Когда я впервые узнал об этом, я с трудом мог поверить и до сих пор не могу сообразить, почему нужен закон, чтобы положить конец этому злу.
Не обидел ли я Вас, мой читатель? Я не хотел этого Но если по своему незнанию и недостаточной образованности я допустил ошибку, это произошло оттого, что во время моих недавних путешествий в центры цивилизации я видел много такого, что было для меня полной неожиданностью, многое, чего я никак не мог понять, что ошеломляло меня и вызывало недоумение. У нас, жителей леса, свои неписаные законы, хотя, по правде сказать, и не все хорошие.
Я все еще охотник, но не тот, что раньше, — фотокамера теперь мое оружие. Это гораздо интереснее, хотя подчас и труднее. Я больше не убиваю, если только этого не требует абсолютная необходимость. Некоторым нравится иметь ягдташ, полный дичи, другим — украшать стены своего охотничьего домика шкурами зверей, это дело вкуса, но я люблю их живыми.
Я не берусь быть судьей и воспитателем общества и не претендую сказать миру новое слово. Я только хочу помочь, в меру своих сил, тем безмолвным существам, среди которых протекала моя жизнь. И если этим трудом я принесу немного пользы своему собрату — человеку, я буду чувствовать себя вдвойне удовлетворенным.
Я не рассчитываю сделать много за тот короткий срок, который мне остается жить, но я лелею надежду помочь, хотя бы в очень скромных пределах, заложить фундамент, на котором в будущем более умелые руки и умные головы воздвигнут здание. Таким образом, я смогу быть сколько-нибудь полезным в работе по защите и спасению от окончательного уничтожения некоторых из интереснейших и полезных обитателей наших бескрайних просторов Они ждут лишь доброты и понимания человека, чтобы проявить все, что в них заложено природой, и иметь возможность развиваться Я говорю о рядовых представителях огромной немой армии живых существ, которые не могут нам ничего сказать.
Одним из интереснейших результатов поставленной мной задачи было то, что мне довелось войти в контакт с людьми самых различных профессий. Мне посчастливилось найти много друзей, и я надеюсь, что найду еще больше. Это дорого мне не только потому, что я расширяю свой кругозор и становлюсь более образованным, но, помимо всего, это доставляет мне радость.
Много времени отдаю переписке со школьниками. Я получаю от них огромное количество писем. Одни написаны детскими каракулями, другие наспех — с кляксами, третьи очень аккуратно, со старательно выведенными буквами; каждое из них вдумчивое, и все они носят следы большого труда, вложенного в них удивительно доверчивыми и полными надежд авторами, — любовный труд, если только такой существует. Этой перепиской я очень горжусь. Я стараюсь ответить всем, и шлю письма то на имя всего коллектива, то на имя педагога, а иногда, если характер письма того требует, отвечаю своему корреспонденту лично.
Это моя самая ответственная переписка, потому что я чувствую, таким путем мне дана возможность участвовать в созидательной работе. Но семена, посеянные в молодые, жаждущие знаний умы, прорастут и распустятся цветами добра, когда, быть может, имя садовника будет давно забыто.
ЭПИЛОГ
Над озером Ажауан взошла луна Ее лучи светят в окно и падают на крышу Бобрового Дома, выстроенного внутри хижины.
Я сижу один, и все ночные голоса раздаются около меня. Я слышу нежный шепот, торопливый шорох, едва уловимый шелест.
Луна отбрасывает зыбкие тени между рядами деревьев Серебристые лучи скользят по мерцающей поверхности пруда, и все вокруг кажется призрачным, таинственным.
На берегу, собравшись в кучку, сидят маленькие бобры Они поводят носиками, оглядываются и шепчутся, словно дети, которым почудился домовой.
Я кончил писать.
И пока я писал, мне все время казалось, что действующие лица моих рассказов пришли из Прошлого, ожили и снова сыграли свою роль.
Пока я рассказывал, о чем они думали, что говорили, что делали, кто знает, быть может, они все собрались возле хижины, в этой тихой зачарованной роще.
И мне чудится, что Тишина уже не царит в роще, в нее ворвались голоса героев моих рассказов, что в хижине бьет ключом жизнь, что дверь гостеприимно открыта, через окна льется яркий свет и огонь потрескивает в очаге.
Я знаю, что хижина не опустеет больше и роща не будет покинутой и забытой, пока на свете существует хоть один читатель моей книги — друг природы; волшебной силой сочувствия и понимания он воскресит в своем воображении долину, полную воспоминаний, и ее обитателей, которые так терпеливо ждут друга.
Примечания
1
Понтиак — индейский вождь племени оттава (1720—1769 гг.).
2
Индейское лето — это теплая пора осени, наше бабье лето (Прим перев.)
3
Такое поведение характерно для канадских медведей гризли. (Прим автора.)
4
Здесь речь идет о ритуальном танце, который танцуют юноши во время посвящения. Будущего воина привязывают к столбу тонкими ремешками, продернутыми через петли, надрезанные на его теле. Во время танца юноша резким движением должен оторваться от столба. (Прим, перев.)
