— Выйди! — свирепо приказала Цзя Юань.
Я вздрогнула, вздохнула уверенностью и подошла к господину, спрашивая у лекаря, глядя в глаза:
— Как он?
— Глухая? — командир схватила меня за предплечье и потянула к выходу. — Выйди из покоев правителя!
— Нет!
— Оставь её, — прохрипел Ли Шен, а затем застонал от боли.
Кажется, эту боль ощутила и я…
Над головой послышался смешок — это лекарь смеялся, продолжая беспощадно обрабатывать рану. Боль и мучения главы фракции Дэмина мало интересовали, ему важно хорошо сделать свою работу, чтобы жизни господина ничего не угрожало. У Дэмин вообще производил впечатление человека спокойного и бесстрастного ко всему, даже его улыбка сияла хладнокровием, а голос звучал флегматично и немного лениво.
— Так вот как выглядит роковая беда господина, — произнес тихим голосом лекарь, а когда я подняла на него растерянный взгляд — улыбнулся, оценивая меня из-под полуопущенных ресниц, затем почему-то кивнул, одобрительно.
— Замолчи, — прорычал Ли Шен сквозь стиснутые зубы.
У Дэмин снова ухмыльнулся, он чем-то напоминал лиса… Такой же гибкий в словах, уклончивый и хитрый. Дэмин сделал паузу, в этой паузе демон приоткрыл глаза, как бы ожидая колких слов врачевателя, и он их скоро озвучил предупредительным тоном:
— Надвигается ливень в ваших горах, и весь дворец продувается ветром, глава Ли.
Демон прищелкнул языком и бросил на меня быстрый взор. Я приосанилась, готовясь ответить ему на вопрос, но вопроса не было… Ли Шен просто одарил меня холодом своих затуманенных глаз и отвернулся. Я сглотнула нервный комок и опустила голову. Злит, что не понимаю их афоризм! Любят же в Поднебесной говорить загадками…
— Со своими владениями я разберусьсам, — гневно подчеркнул Ли Шен, — не лезь, Дэмин, — добавил мягче и тише.
В отместку лекарь надавил на рану посильнее, чем заставил главу поморщиться от резкой, жгучей боли.
— Как скажете, — отозвался весело У Дэмин. — Просто не хочется, чтобы вы допустили ошибку. Сорняки нужно вырывать вовремя.
Ли Шен резко поднялся, натягивая ханьфу. Я проглотила просьбу быть осторожнее — вместо меня её вслух озвучила Цзя Юань:
— Господин, вам нельзя вставать! Ложитесь отдыхать!
Дэмин продолжал улыбаться… От его улыбки веяло морозной стужей.
— Покиньте мои покои! Все. Немедленно!
— Глава Ли, — любезно обратился лекарь, — состояние вашей раны непременно лучше, но я должен закончить обрабатывать её.
— Достаточно, — просипел демон.
— Что же… — лекарь повернулся ко мне и вручил стеклянную баночку с мазью, — обработай вместо меня ты… как там тебя? Ян…
— Ян Янлин, лекарь У Дэмин.
— Да-да, Янлин, — его розовый губы растянулись ну просто-таки в чеширской улыбке, мне стало не по себе.
Дэмин быстро собрал травы и мази, убрал в деревянный сундук и гордой походкой, держа высоко голову, мужчина направился к выходу. Слуги, понурившись, поплелись за ним. Цзя Юань неотрывно смотрела на лечебную мазь в моих руках и злилась; видимо, хотела делегированные мне лекарем обязанности взять на себя, но не решилась — фыркнула и вышла.
Мы с демоном остались одни.
Ли Шен тяжело дышал, глядя куда-то в сторону. Я стояла неподалеку, устремив глаза вниз, молчала, ждала приказа выйти и мне.
Демон вернулся на место, согнулся, разместив локти на коленях, прикрыл глаза и устало потер виски. Ханьфу сползло, и я увидела рану. Большую, обезображенную, кровоточащую…
— Разрешите, я обработаю рану, господин…
Ли Шен промолчал.
Я закусила губу, подошла ближе, сняла крышку с баночки и убрала, потом набрала на палец немного мази. Она пахла травами. Сглотнув комок в горле, преподнесла дрожащие пальцы к спине правителя. Пальцы снова дрогнули, а в следующий момент я прикоснулась к Ли Шену. Он дернулся, а я зажмурилась, будто это я ранена и мне наносят лекарство. Господин молчал, я обрабатывала… Снова и снова набирала мазь и наносила на спину правителя. Кровь останавливалась.
— Больно?
Ли Шен усмехнулся, хрипло ответив мне:
— Больно.
Я поджала губы.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Зачем?..
Демон глянул на меня через плечо и переспросил:
— Что «зачем», Янлин?
— Зачем вы пошли за мной?..
— Проконтролировать тебя, чтобы не сбежала, — грубо кинул Ли Шен и отвернулся.
— Нет, — выдавила из себя, волнение сжало горло, — вы… просто волновались за меня, верно?
Демон тяжело вздохнул. Я потерла кончик носа, отставляя баночку с мазью на близстоящий стол.
Ли Шен натянул ханьфу на спину и плечи, завязал пояс. Я наблюдала украдкой за ним, ждала ответ. Демон обернулся, резко. Я смущенно заморгала, отводя взгляд в сторону. Мужчина дышал глубоко и медленно, горячее дыхание доходило до меня. Хотелось отстраниться, но я оставалась на месте. Внутри бурлили эмоции, становилось жарко.
— Я спас твою жизнь, — с хрипотцой изрек правитель, — может, вместо глупых расспросов наконец-то поблагодаришь меня?
— Я благодарна, — отвечая ему, склонила голову, потом снова подняла, на этот раз даже посмотрела главе Ли в глаза.В его необычно красивые янтарные глаза…— но Ли Шен, — невольно перешла на «ты», — ты ведь правда беспокоился.
Демон оскалился:
— Чего ты добиваешься?
— Правды! — моё дыхание стало коротким, но тяжелым. — Почему ты ведешь себя так? Прогоняешь, затем обнимаешь… Говоришь не любишь, а потом рискуешь жизнью, чтобы спасти. Я не понимаю!
— Да, всё так! — Ли Шен не сказал, апрокричал. Я затаилась, как птичка, слушая его откровения. — Ты мое наказание, моя беда, безумие и одновременно печальная страсть, одержимость. — Демон постучал по груди: — я ненавижу эту слабость рядом с тобой, от которой невозможно избавиться. Ненавижу мысли о тебе, которые отравляют разум, словно яд. Постоянно не могу сосредоточиться… Чувства к тебе губительны для меня, губительны для моего народа, губительны для фракции… Фракция не может быть сильной, если слаб правитель. А я очень слаб перед тобой… Ты стала моей уязвимостью.
Демон притянул меня к себе, своим лбом коснулся моего и продолжил:
— Небольшое отверстие, не заделанное вовремя, станет большой дырой, которую залатать намного сложнее… так глаголет мудрость. И я поступился этим правилом! Позволил себе проникнуться к тебе, взять намного больше, чем мог позволить, и вот мое наказание…
— Любовь — это непроявление слабости, — тяжело дыша, прошептала я в ответ. — Иногда любовь делает нас сильнее…
Хотела ли я любви Ли Шена? Глупышка внутри меня — да. Но я смотрю в эти глаза цвета раскалённого золота, в которых бурлит ярость, и понимаю, легче отыскать черный бриллиант, чем заполучить любовь дорогого мужчины.
— Я не должен был тогда щадить тебя, — с болью в голосе процедил Ли Шен, отстраняясь.В солнечном сплетении неприятно кольнуло…— Нет. Я должен был убить тебя ещё раньше, когда только понял, что чувства к тебе переходят за грань…
— Ты жалеешь?! — Я почувствовала, как на глазах собираются слезы.
— Жалею.
Качнула отрицательно головой, не веря.
— А я жалею, что тогда вернулась к тебе… Нужно было уйти вместе с отцом и Мо Саном!
— Да, Янлин, мы вдвоем угодили в ловушку безумия под названием «любовь». — На лице читалась брезгливость. — Мерзкое чувство, способное лишить мыслить здраво даже… — Ли Шен усмехнулся, договаривая: — дажедемона.— Он схватил меня за руку и притянул, я грудью ударилась о его грудь и замерла, глядя Ли Шену в глаза. — Любить — удел слабых людишек, которые хотят раскрасить свои жалкие жизни красками иллюзий. Мне же… это не нужно. Помни всегда, Янлин: ты жива только потому, что так захотел я. Твоя жизнь в моих руках; и пока мне нравится наблюдать за твоей милой мордашкой, будешь жить.
— Отпусти… — Я отвела взгляд.
Ли Шен чересчур близко… Второй рукой демон поддел мой подбородок, приподнял, заставляя меня смотреть на него. Я чувствовала, как на глаза наворачиваются слезы. Он усмехнулся, стирая слезинки пальцами, прошептал:
