В течение полутора часов немецкая авиация наносила сосредоточенные удары по Лондону. В воздух были подняты 23 истребительные эскадрильи, из них 21 эскадрилья перехватила противника и вступила с ним в бой. Противник потерял 40 самолетов, мы — 28. Почти все сбитые немецкие самолеты были истребители. По сравнению с колоссальным ущербом, причиненным нам этими налетами, Геринг считал эти потери довольно дешевой ценой. Впрочем, не настолько дешевой, чтобы часто позволять себе подобную расточительность.
С наступлением темноты немецкая авиация произвела повторный налет на Лондон. Задача бомбардировщиков противника облегчалась тем, что часть города была хорошо освещена заревом пожаров в районе доков, вызванных дневным налетом.
С 8 часов вечера и до 7 часов утра 250 немецких бомбардировщиков непрерывно бомбардировали Лондон, сбросив на него около 300 тонн фугасных и 13 000 зажигательных бомб — значительно больше, чем было сброшено в дневном налете. Нашей зенитной артиллерии было запрещено вести заградительный огонь, значительное количество орудий было переброшено для прикрытия авиационных заводов. В эту ночь лондонцы слышали лишь несколько коротких жалких хлопков своих зениток, потонувших в шуме моторов самолетов и несмолкаемых разрывах бомб, На следующее утро, измученные и невыспавшиеся, жители Лондона узнали, что наши истребители и зенитная артиллерия сбили в эту ночь лишь один самолет противника.
Теперь немецкая авиация действовала не только против английских военно-воздушных сил, но и сбрасывала бомбы на жилые кварталы. Лучше всех выдержали налеты жители Ист-Энда[53], на который противник обрушил свой первый жестокий удар. Несмотря на то что немецкие самолеты теперь каждую ночь бомбардировали Лондон и количество человеческих жертв и разрушений в городе непрерывно увеличивалось, не было ни малейшего признака того, что нервы у людей сдали, что Лондон не выдержит это тяжелое испытание.
Немецкое командование прекрасно сознавало, что если к ущербу, нанесенному ночными налетами на Лондон, добавить разрушение важных объектов города, проводя дневные налеты, то задача, стоявшая перед немецкой армией при высадке в Англии, в конце концов оказалась бы не такой уж сложной. Для обеспечения безопасности Лондона англичане, естественно, бросят все силы своей истребительной авиации, и именно тогда можно будет раз и навсегда покончить с упорным сопротивлением английской истребительной авиации. Основная мощь воздушного удара обрушится на Лондон в ночное время, когда потери своей авиации будут сравнительно низкими; днем же крупные силы истребителей, прикрывающих небольшое количество бомбардировщиков, будут прорываться к столице, уничтожая в воздухе остатки самолетов Истребительного командования. Таковы были замыслы немцев.
Введенное в заблуждение хвастливыми донесениями своих летчиков, немецкое командование было убеждено, что силы Истребительного командования сильно истощены и насчитывают последнюю сотню самолетов. Еще несколько дневных массированных налетов на Лондон — и с системой противовоздушной обороны Англии будет покончено. Однако противник скоро горько разочаровался в своих надеждах. Попытка 100 немецких самолетов повторить налет, проведенный на доки 8 сентября, окончилась полным провалом. 9 сентября налет немецкой авиации на Лондон был также неудачным. 10 сентября полеты немецких самолетов были отменены из-за плохой погоды. 11 сентября нескольким немецким бомбардировщикам удалось прорваться к английской столице, но концентрированной атаки не получилось. 12 и 13 сентября над Южной Англией нависла густая облачность, и в эти дни противник не предпринимал налетов крупными силами авиации, однако одиночным самолетам удалось пробиться к Лондону. Повреждения были нанесены Адмиралтейству, военному министерству и Букингэмскому дворцу. В ночь на 15 сентября немцы выслали на Лондон свыше 1000 самолетов. В эту ночь над Лондоном разыгралось крупное сражение. Наши истребители и зенитная артиллерия оказали такое упорное сопротивление немецкой авиации, что ущерб, причиненный городу, оказался, по сравнению с налетом 7 сентября, незначительным. Противник потерял 56 самолетов, мы лишились 20 самолетов. С 15 по 23 сентября преобладала облачная погода, и авиация противника была вынуждена ограничить свои действия беспокоящими налетами и атаками прибрежных целей.
В течение двух недель, с 7 по 21 сентября, немецкие самолеты, по мнению командования немецких ВВС, наносили по Англии мощные сокрушительные удары. Фактически же немецкие ВВС потерпели полную неудачу. Ночные налеты, не смотря на большие разрушения в Лондоне, не оказали никакого воздействия на моральное состояние англичан. Дневные налеты немецкой авиации не причинили значительного ущерба наиболее важным объектам Лондона и не нанесли решающих потерь Истребительному командованию. Когда немцы все усилия своей авиации сосредоточили по Лондону, Истребительное командование, потерявшее к этому времени значительное количество самолетов, снова начало наращивать силы. Мы это могли сделать не только потому, что бомбардировочная авиация противника прекратила в это время налеты на основные аэродромы Истребительного командования, но и потому, что нанесение ударов немецких самолетов по целям, расположенным в глубине страны, позволило английским истребителям действовать парами и осуществлять перехват немецких бомбардировщиков прежде, чем успевали сбросить бомбы. Причем эскадрильи, вооруженные истребителями «Харрикейн», атаковали немецкие бомбардировщики, а эскадрильи истребителей «Спитфайр», которые эффективнее действовали на больших высотах, отвлекали на себя истребителей противника. Такая тактика оказалась успешной. Немецкие бомбардировщики, преследуемые нашими истребителями, нуждались в непосредственном прикрытии. Немецкие истребители оказались в конце концов настолько связанными в своих действиях, что не могли эффективно прикрывать свои бомбардировщики. О результатах такой тактики действий нашей истребительной авиации можно судить по потерям, понесенным той и другой стороной. С 23 августа по 7 сентября, когда немецкая авиация действовала по аэродромам Истребительного командования, мы потеряли 277 истребителей, за этот же период немцы потеряли 378 самолетов, то есть на каждые пять сбитых английских истребителей приходилось семь немецких самолетов. В период с 7 по 21 сентября, когда немцы в основном наносили удары по Лондону, Истребительное командование потеряло 144 самолета, а немецкая авиация потеряла 262 самолета, то есть на каждые пять сбитых английских самолетов приходилось по девяти самолетов противника.
В середине сентября подготовка противника к вторжению в Англию достигла наивысшего размаха. 15 сентября в Булони находились 102 десантные баржи, 17 сентября — 150, 13 сентября в Кале было сосредоточено 136 барж, а 17 сентября уже 266 барж. К 18 сентября противник сосредоточил в портах Ла-Манша более 1000 таких судов и около 600 барж находилось в порту Антверпен. Каждую ночь английская тяжелобомбардировочная авиация производила удары по скоплениям десантных судов. За две недели английские бомбардировщики вывели из строя 12 процентов судов, выделенных для вторжения.
11 сентября немецкое верховное командование еще раз перенесло день вторжения, на этот раз с 21 на 27 сентября. 14 сентября Гитлер созвал совещание командующих всеми видами вооруженных сил Германии. На обсуждении стоял один вопрос вторжение немецких войск в Англию. В предшествовавшие совещанию дни английские корабли обстреляли четыре порта, расположенных на побережье. Английские самолеты потопили 80 барж, находившихся в Остенде. Поэтому адмирал Редер предложил отложить принятие решения до октября, обосновывая это тем, что существующее в настоящее время соотношение сил авиации не может обеспечить успешное проведение операции вторжения.
Несмотря на предостережения, высказанные на совещании, Гитлер настоял на том, чтобы 17 сентября еще раз обсудить обстановку.
Следующие три дня не принесли никаких изменений, за исключением того, что на дно Ла-Манша было отправлено еще несколько немецких судов. Даже мощный налет немецкой авиации на территорию Англии 15 сентября оказался малоэффективным вследствие исключительно активных действий английской истребительной авиации. В журнале боевых операций штаба верховного командования немецких вооруженных сил от 17 сентября говорится; «Военно-воздушные силы противника еще не разгромлены. Наоборот, активность их действий непрерывно возрастает. В связи с этим Гитлер принял решение отложить проведение операции «Морской лев» на неопределенное время».
Данные нашей фоторазведки к 23 сентября показали, что непосредственная угроза вторжения миновала. Количество барж в портах между островом Вальхерен и Булонью сократилось на одну треть.
