ее бабушка, – вернется, спросишь… и полечишь заодно. – Розалинда незаметно ткнула Эвелин в спину.
– Это вам! – Эвелин протянула коробку Цветане. – То есть для Хорса, – тут же исправилась.
Эльфийка взяла в руки коробку, поблагодарила.
Над их головой промелькнули на метлах ведьмы, спешившие на ярмарку. Габаритные фонари на древках их метелок тускло светили в чернеющем небе.
– Ну, нам пора, – Розалинда и Эвелин продолжили полет.
Далеко позади остались зеленеющие хлеба эльфов-полевиков. Ведуньи быстро минули долину с озером и, свернув направо, пролетели над узкой тропинкой, вившейся по берегу горной речушки по широкому проходу в ущелье.
Солнце спряталось за скалами, и в тени гор уже хозяйничали темно-синие сумерки. Прохладный ветер освежал лицо после жаркого дня. Эвелин увидела далеко впереди широкое плато, на котором в форме веера горели огни. Чем темнее становилось вокруг, тем ярче они горели.
Многоголосый шум разносился по ущелью и, отражаясь от скал, усиливался громоподобным эхом. Опустившись на площадку, Эвелин осмотрелась. Под скалой чернел, словно рот большой хищной рыбы, вход в пещеру. От него во все стороны расходились каменные ряды, будто мифический великан специально уложил гладкие валуны для базарных лавок. На камнях были разложены товары. Аккуратные стопки с пышками соседствовали с вязаными теплыми носками, кожаными туфлями и сапогами, тут же зеленели пучки крапивы, водорослей, неизвестной травы рядом со свежей еще живой рыбой, клетки с живыми кроликами и фазанами, кучками угля, грибов, орехов, лука, моркови, ножами. Искрящиеся кристаллы и украшения из сверкающих самоцветных камней поблескивали, словно звезды на черном небосклоне. В свежем ночном воздухе витали ароматные запахи выпечки и едкий душок животных. Легкие порывы ветерка уносили запахи с площадки в горы, но они тут же появлялись вновь.
Эвелин присмотрелась и с удивлением обнаружила, что огоньки ползают по каменным высоким столбам, стоящим между валунами, словно охранники. «Да это светлячки, – догадалась Эвелин, – но какие крупные», – изумилась она.
За каменными прилавками вперемешку расположились торгаши. Рядом с рослыми ведьмами стояли невысокие эльфы и совсем низкие люди похожие на карликов. Из-за валунов выглядывали только их головы и плечи.
– Ба, это и есть лемахи? – тихо спросила Эвелин.
– Да, – ответила бабушка, высматривая кого-то в толпе низкорослых людей, выкатившихся из черного зева пещеры и живыми ручейками растекавшихся по торговым рядам.
– Ба, глянь, это же Хорс? – указала Эвелин на мужчину, перед которым лежали две тушки похожие на кроликов.
Перед Хорсом остановились две лемачки и стали торговаться. Он поочередно то морщился, то улыбался, но торговался с не меньшим азартом. Эвелин присмотрелась к лемачкам.
– Ба, они больше гномов напоминают. Я их себе другими представляла.
– Какими?
– Ну, с хвостами такими. Длинными, как у змеи.
– Так у них есть хвосты, – засмеялась бабушка, – вернее, хвостики.
– Да? – от удивления глаза Эвелин стали как большие круглые монеты. – Ба, а можно я пройдусь по ярмарке?
– Иди, только не потеряйся, – с сомнением посмотрела бабушка на нетерпеливую Эвелин, – если что, говори, что ты моя внучка. Меня здесь все знают.
Эвелин шла по ряду и крутила по сторонам головой. Все ей было интересно. Вот курносый лемах выменял на два блестящих камешка рыбу и муку и довольный потащил покупку в темный проход, а вот эльф рассматривает длинный блестящий клинок и заматывает его в тряпицу, воровато посматривая по сторонам. Засмотревшись, Эвелин столкнулась в проходе с женщиной.
– Простите, я нечаянно, – извинилась она, но от удивления замолчала.
Рядом с незнакомкой стоял сомхус Лазореус «как там его дальше». В руках он держал наполовину полный холщовый мешок.
– Ничего страшного, эти ночные ярмарки такие шумные и многолюдные, – успокоила дама Эвелин, но заметив, куда смотрит Эвелин, озадаченно свела брови домиком, – ты его видишь?
– Д-да, – растерялась Эвелин.
– Оксана, это же внучка Розалинды, – пояснил Лазореус.
Дама с интересом посмотрела на Эвелин.
– А я сразу и не узнала тебя. Темно. – Посмотрела она на тусклый светлячок над ближайшим валуном. – Меня Оксана зовут, я мама Ивана, – протянула она руку Эвелин для приветствия.
Все это было так неожиданно, что Эвелин растерялась, замешкалась и не сразу протянула руку. Но когда коснулась предложенной ладони, ощутила тепло и мягкость. «Повезло Ваньке», – мысленно вздохнула Эвелин.
Ванькина мама повернулась и обратилась к сомхусу:
– Возвращаемся, Лазореус, время вышло.
– Да, сейчас, – кивнул он в ответ. – Я на минутку отлучусь, меня тут нечеловечек один ждет.
Лазореус проскользнул мимо и исчез в толпе. Эвелин осталась стоять в проходе с Оксаной. Неловкую паузу нарушила Ванькина мама.
– Как здоровье Розалинда Витольдовны? Как успехи в школе?
Эвелин никогда не робела перед незнакомыми людьми и умела поддержать беседу, но тут вдруг застеснялась. В этой женщине было столько грации и благородства, и в то же время она смотрела на нее с теплотой и участием, что Эвелин стало неловко за то, как она относится к Ваньке. Ну не может у такой дамы быть плохой сын.
– Спасибо, все хорошо, – промямлила она.
Они замолчали. Оксана больше не задавала вопросов и не смотрела на Эвелин. Лазореус не заставил себя ждать. Он появился так же неожиданно, как исчез.
Лазореус и Оксана попрощались с Эвелин и прошли по ряду дальше. Эвелин не заметила, как они исчезли в шумной толпе.
Она подошла ко входу в пещеру и заглянула внутрь. Под невысокими сводами дорожкой убегали вниз огоньки, освещая каменные ступеньки. Ее одолело любопытство. Осмотревшись по сторонам и удостоверившись, что на нее никто не обращает внимания, она проскользнула в пещеру и стала спускаться по крутым ступенькам в узком проходе. Она миновала второй поворот, когда заметила два ответвления: правое уходило вверх, а левое вниз. «Не заблудиться бы», – подумала она. – «Эх, жаль, с собой нет ни хлебных крошек, ни клубка с нитками. Вернуться, пока не потерялась?» Но нет, любопытство пересилило. «Пойду по главному и вернусь так же», – решила она.
Эвелин спустилась еще на пару десятков ступенек и попала в тоннель. Здесь ступенек не было, широкий сводчатый коридор шел горизонтально в обе стороны и в стенах чернели проходы без освещения. Впереди виднелся очередной поворот. Она приблизилась, намереваясь заглянуть за него и вернуться, когда услышала голоса в соседней нише, из которой исходил мертвенный свет. Заглянув туда, различила две фигуры под блеклым светом. Низкорослый лемах с торчащим в разные стороны шариком волос, как у одуванчика, прижался спиной к стене, а над ним нависал высокий мужчина в плаще с накинутым на голову капюшоном.
– Сир, я не могу больше брать в кладовой кристаллы. Скоро заметят пропажу и меня изгонят из пещер. Я погибну, – умолял высоким звонким голосом низкорослый.
– Скоро
