Через месяц выходит шестая моя книга – «Пасторали»: название ироническое, а стишки (100 штук) не всегда. Напечатали переводы моих виршей в еще одной антологии (восьмой по счету, включая русские) и в одном журнале, тоже американском; но переводы приблизительны, не музыкальны, и радость моя омрачена.
Крепко Вас обнимаю, родной, и целую. Приложил несколько > почтовых карточек из разных стран и стишки. Будьте здоровы! Будем здоровы оба!
Ваш старый, увы, Игорь.
19. Адресат не установлен24 ноября 1975г.,
Нашвилл, Теннесси, США.
Глубокоуважаемый Борис Сергеевич!
Очень мне жаль, поверьте, очень жаль, но никаких протестов подписывать не могу. Я в переписке с четырьмя друзьями в России и не в силах подвергать опасности ни нашу связь, для всех нас драгоценную, ни тем более их самих. Именно поэтому должен был я отказаться подписать составленное в свое время Г.А.Хомяковым — Андреевым — Отрадиным «обращение» русской зарубежной интеллигенции (по поводу 5-летия «Октября»).
Простите меня, пожалуйста.
И разрешите, будьте добры, высказать несколько «соображений», в порядке конструктивной критики – они продиктованы глубоким моим сочувствием к Осипову.
1. Целесообразно ли «требовать »? Помнится, западные интеллектуалы никогда не требовали , а лишь выражали «большую озабоченность » и надежду на то, что Советское пра-во пересмотрит свое решение. Боюсь, прочтя, что мы «требуем» («А сколько у них дивизий?»), – Брежнев просто бросит «требование» в корзину. Зачем его раздражать? От «требований» весьма может не поздоровиться бедному Осипову.
2. Полезно ли привлекать Джаксона?! Прежде всего: он яростный русофоб и – на услужении у совсем других людей. А кроме того – имя его для «Советов» столь одиозно , что ничего, кроме вреда, «защита» его, т.е. защита им В. О., и не принесла бы.
Не мог бы С.О. Якобсон, всех конгрессменов и сенаторов знающий, указать более полезного человека?
3. И, надеюсь, Вам удастся привлечь в качестве «подписантов» людей с именами более вескими, чем милая Лидия Алексеевна.
Но здесь, к сожалению, нет никого; атмосфера русофобская. Исключение – С.А.Зеньковский, но он в переписке (с обменом книгами по специальности) с академиком Лихачевым, академиком Малышевым и др. и просить его идти на риск бесполезно. Как Вы знаете, имена протестантов заносятся на «черную доску»…
А чермен наш полезен не будет.
Еще раз – простите, дорогой Борис Сергеевич. И дай Бог, чтоб благородный почин Ваш оказался не втуне! Крепко жму Вашу руку. Очень сердечно Ваш
Игорь Чиннов.
20. В.В. Вейдле8 марта 1976г.,
Нашвилл, Теннесси, США.
Дорогой Владимир Васильевич!
Был в отъезде (весенние каникулы), а то бы написал by return mail [53]. А за труд рецензента возьмусь с увлечением – и спасибо, что именно Милого Поэта наметили на роль сего щелкопера. Да, письмо мне облегчило бы задачу: буду ждать от Вас фотостата, «ксерографа», «зирокса».
Теперь вопрос: для Нового Русского или для столь же «нового» Журнала? В Новом Русском можно написать побольше, и статья получится виднее, чем когда мелким шрифтом в Новжуре. И тут еще одно обстоятельство: Вы собираетесь откликнуться («нельзя не откликнуться»!?) на «Пасторали»! Обрадован этим очень-очень-очень, va sana dire, cella va sans dire [54], и низко, «земно» кланяюсь. А – не согласиться ли – для Новжура, не для НРС? Пускай мелким шрифтом – но в журнале, где scripta manent [55]. Ибо: в Новом Русском Вы уже Милого Поэта превознесли, а в Новжуре [56] никогда ни словечка. Можно эдак?
Отлично, что появляется опять Ваша книга. Жду – «с протянутыми ладонями».
Увижу ли Вас летом? Не знаю еще, куда двинуться отсюда. Пока – только мысленно Вас обнимаю, Владимир Васильевич; а Людмиле Викторовне – kub die Hand, как пишет Kristi.
Ваш Чиннов М.П.
21. И.В.Одоевцевой1 мая 1976г.,
Нашвилл, Теннесси, США.
Дорогая Ирина Владимировна,
спасибо, спасибо, спасибо!
Очень порадовали, что написали. Целую «руку, державшую перо».
И уверен, что Седых поместит, хоть и с некоторым интервалом после Плетнева. Как не напечатать Одоевцеву?!
Так что в «Современник» посылать статью не надо. Во-первых: кто же его читает? Во-вторых: написала уже Боброва.
А для Новжура собирается писать Вейдле.
Нет, нет,нигде, кромекак в Новрусскаме!
Что ж до пеликана, то разве не помнит Фесенко лермонтовское
В шапке золота литогоСтарый русский Пеликан – ?
Чиннова опеликанили, это для него даже большая честь: а что мы рядышком — честь еще большая. Имя мое в Вашем стихотворении — это уже titre de noblesse [57], так и скажем
Фесенке.
Очень бы хотелось статью прочесть поскорей; но как это сделать? Копии для меня у Вас нет? Ах, если бы!
Слышу, что о сборнике Jal-Verlag'a Сечкарева собрался Седых писать сам – и отослал Вейдле (?!) и Иваску рецензии их назад! А Вы ему сообщили, что предпочитаете не его, а Иваска или Вейдле! Так это? Боюсь, такая вещь Седыха взбудоражит…
Пишу ему, ни о чем таком не упоминая, конечно; но прошу не ограничиться Плетневым, а дать и Вашу — напоминая об иерархии : инa слава солнцу, ина слава луне: по сравнению с Вашим солнцем Плетнев — лунная пыль. Еще раз: спасибо! Целую Вашу руку почтительно-почтительно.
Ваш пеликан Игорь Чиннов.
22. В.В. Вейдле4 августа 1976г.,
Нашвилл, Теннесси, США.
Дорогой – хочется сказать даже что-то большее, чем дорогой, – родной, что ли, Владимир Васильевич! Вчера пришел «Новжур» – и над прекрасной, прямо-таки прекрасной Вашей статьей я почти что «слезами облился», «слезами счастья». Спасибо Вам!
Как Вы написали! На такой titre de noblesse я не смел и надеяться. Кажется самые лестные статьи Адамовича померкли рядом с Вашими словами на стр. 255 (с кончиком 254-й). Спасибо, спасибо!
И ничего, что образность Метафор превратилась в типографии в образованность . А над советом Вашим в конце готов задуматься крепко. Должно быть, Вы правы. Одоевцевское «Очень мне и ску, гру» – защищаю: мило, хоть Горбов, Вы правы, и чепухи нагородил.
«Егорушкин» отзыв о «Зимнем солнце» «восполняет многочисленные пробелы» моего, слава Богу. Но ведь пробелы, вроде умолчания о прелестной Зеличке и о двойной семье инженера, у меня были вызваны желанием дать больше места «общеинтересным» цитатам «из Вас » (увы, Седых убрал два «пассажа», зачем – неизвестно!). И вот, цитатами я превосхожу Егорушку; отсебятиной, комментариями — он превзошел меня. Но в одном еще «преимущество на моей стороне»: если он больше сказал, чем я, о Зеличке то — я больше сказал о Вейдле.
Рецензия Егорушкина о Вашей книге на первом месте – правильно. Но почему написанная Вами — на последнем?
И — опечатки: Мир искуссть и пр. У меня в стихотворении черепаха… Это трудно произнести, и вообще «плыла » мне больше нравится…
Перелешин – под Ходасевича. А корреспондентка Чуковского Соня Г., оказывается, Роман Николаевич Гринберг! Ну и ну! Плетнев: на сей раз весьма дельно и толково. Пора дать по морде растяпам, разным Деларю. Надеюсь, Володя Варшавский от этой статьи поумнеет (читал он «Die Drankstifter» Max Frisch?).
Увы: Новжур отошел. Гуль говорит – нема грошей. Ну, авось.
Повидали ли Вас Чертков, Эткинд? «Континенты»?
Порадовал меня Бахрах: написал о «Пасторалях» хороший скрипт. Не Вашей рецензии чета, разумеется, но все-таки.
А в Европу этим летом — нет, не выйдет. Через год, – е.б.ж., надеюсь. Пока же обнимаю Вас мысленно, дорогой Владимир Васильевич! Людмиле же Викторовне — Kub die Hand! И еще раз: СПАСИБО!
Ваш «М.П.» И.Ч.
23. В.Ф. Маркову25 февраля 1977г.,
Нашвилл, Теннесси, США.
Дорогой Владимир Федорович!
Несколько месяцев глядел на «письменные принадлежности» с глубоким отвращением, ухитряясь не писать почти ни строчки. И вдруг – «нашло, накатило, и второй день строчу: вчера отвечал на вопросы «неотложные», сегодня принялся за «послания» не делового порядка.
Привели ли в порядок [58] здоровье? Разные хворобы – это и для меня «актуально»: грудная лягушка, точнее жаба, angina pectoris, изволите видеть. Пройду по campus’y шагов 30 – и стоп: приходится стоять и, хочешь не хочешь, созерцать белок. Надеюсь, Ваш «каркас» в лучшем состоянии, не правда ли?
Двустрок Ваш
Наглые негры гуляют по городу.Когда освободят меня? –
оценил: он не менее «актуален», чем хворобы: на «вышеупомянутом» кампусе меня 2 года назад ограбили и — о да, il faut vivre dangereusefflent [59], особенно потому, что иначе нельзя. Вечером приходится апеллировать к Ангелу Хранителю: «Уж ты, голубчик, гляди в оба!»
