ничего не брал, поэтому репутация «святоши» быстро пристала к лейтенанту.
- Буду рад составить вам компанию, герр оберштурмбанфюрер, но чуть позже.
- Конечно, работа важнее всего, особенно такая, - Зайберт закрылся в своем кабинете, а Барт решил наведаться к Шульцу.
Сыщик проводил допрос в комнате на втором этаже: с каждой женщиной и девушкой он беседовал отдельно, и организовал их появление в комендатуре так, чтобы они не встречались друг с другом. Формально , это были не шлюхи и проститутки, но все понимали, что просто за свою ухоженность они берут больше денег, однако девки были более-менее образованными и почти все сносно разговаривали на немецком, поэтому Барт недоумевал, почему Шульц попросил Доброжельского присутствовать при допросах.
Лестница в комендатуре была крутой, поэтому лейтенант держался за перила при подъеме: всего пару дней назад нога перестала болеть, и повторного приступа он не хотел, поэтому старался давать поменьше нагрузок. Еще на ступенях он услышал громкий женский смех из допросной Шульца, не испуганный, не вымученный, а такой естественный, заливистый и даже приятный. Барт скривился: вот всем сегодня кроме него весело, хотя причин для веселья нет: убийцы не найдены, местное население обозлено и начинает понемногу сопротивляться, а Зайберт и Шульц веселятся.
Он подошел к кабинету и постучал. Дверь открыл Доброжельский, поляк тоже улыбался.
- Герр лейтенант...
- Позови Шульца, - прорычал Барт и отошел назад. И этот тоже в веселом расположении духа.
Через минуту в коридор вышел сыщик:
- Заходите, герр Барт, София так уморительно описывает некоторых городских персонажей, вы должны это слышать.
- Обязательно воспользуюсь этой возможностью, но кое-что у меня есть не для ее ушей.
- Я весь внимание, - Шульц к удовольствию лейтенанта мгновенно преобразился и стал серьезным.
- Грязные девки заявили, что две подстилки уровнем повыше не допускают их к офицерам, угрожая не подписывать заключения об отсутствии венерических заболеваний.
- Есть такое, - не удивился сыщик. - Я уже побеседовал с ними. Они этого даже не скрывают, причем одна из них вовсе не зарабатывает на этом. Этническая немка, встретила здесь летчика после ранения, они помолвлены, а вот вторая - да. Устраняет конкуренток, но это можно понять.
- Вас это не удивляет?
- Нет, но почему вы думаете, Барт, что эта информация чем-то важна для нас?
- Можно распустить весь сброд с первого этажа. Это явно не их работа.
- Лейтенант, - улыбнулся сыщик, - хотите поменяемся местами?
- Герр Шульц...
- Нет, я серьезно, давайте я поговорю с дешевками, а вы пообщаетесь со средним ценовым сегментом? Среди них есть очень привлекательные штучки, притом вовсе не глупые.
Лейтенант махнул рукой:
- Я не жалуюсь, просто мне не очень приятно с ними возиться. Мерзко и противно. Проще бандита допросить.
- Понимаю, но такова наша работа. Так что будете делать?
- Отпущу шлюх и пойду на улицу. Подышу свежим воздухом.
- Ну, мне еще троих осталось опросить...Встретимся в кабинете.- Хорошо.
Барт спустился вниз, нашел рядового Вагнера и велел ему отпустить шлюх, сам же постучал в кабинет Зайберта.
- Войдите.
Гестаповец стоял возле окна и курил:
- Вы очень вовремя, кофе сварился, - он сигаретой показал на небольшую тумбочку у стены, где стояла спиртовая горелка и маленькая турка. До лейтенанта только сейчас донесся божественный запах напитка. Запах сигарет и вонь шлюх , казалось, напрочь убили его обоняние.
- Берите чашку, сахар, если нужно...
- Спасибо, герр Зайберт. Я предпочитаю без сахара.
- У вас железное сердце, Барт. Я не могу. Не понимаю, конечно, людей, разбавляющих кофе молоком или сливками, но без сахара по мне как-то слишком, хм, экстремально.
- Хороший кофе сейчас редкость, не стоит оттенять его вкус.
- А вы философ...Как там наш Вильгельм Тель?
- Шульц? Продолжает допросы, а я распустил этот бардак.
- Вот и правильно: эти тупые шлюхи вряд ли способны на убийства, да еще так грамотно спланированные, а вот публика у Шульца поинтереснее будет.
- Там же тоже есть ваши информаторы, - это был не вопрос.
- Конечно, но там все сложнее. Девки поумнее, похитрее и себе на уме. Для них это не вопрос выживания, а возможность кушать послаще, одеваться получше и спать подольше.
- Так везде?
- Где везде?
- Герр Зайберт, женщины в захваченных нами городах все так себя ведут?
- Барт, люди одинаковы. Все женщины похожи, как и мужчины: да, так везде. Но не все женщины, даже эти примитивные славянки, согласны спать с нашими воинами добровольно или за деньги.
- Хотите сказать, что если бы , ситуация на фронте была бы иной, и в Германию пришли враги, то наши …
- В Рейх никто не придет: для этого есть мы, во-вторых, - гестаповец сделал глубокую затяжку, - наши женщины понимают, что спать с представителями низших рас — это мерзость. В-третьих , да к черту, нет никаких третьих, просто это невозможно.
Зайберт сказал это так эмоционально, что лейтенант почти поверил, но внимательно посмотрел на гестаповца и понял, что тот абсолютно не верит в то, что только что произнес. Или ему так показалось. Он налил из турки маленькую чашку и поднес к губам: вблизи аромат и впрямь был волшебным.
- Подарок от Роммеля?
- Это вряд ли. Он до тех краев не добрался. Нет, тесть дружит с каким-то негоциантом, тот передал.
- Божественно.
- Хотел спросить, как настроение у местных помощников после расстрела одного из них?
- А вам не докладывали? - Зайберту доносы и информацию предоставляли тоннами.
- Мне интересно ваше мнение. Ощущения.
- Сложно сказать: я пока вожусь с этим расследованием, так что общался только с Доброжельским. Остальных, когда встречал, то...все как обычно. Приветствие и по своим делам.
- Ясно. Тут пришла новость, что в хуторе Дальнем видели несколько подозрительных мужчин вроде как с оружием.
Барт мысленно развернул перед собой карту района: почти шестьдесят километров от города, очень плохая дорога и хутор маленький. Всего двадцать домов, население из баб и трех крепких, но очень не молодых, мужиков. Он хорошо запоминал карты и числа.
- Надо проверить?
- Желательно, как раз по вашей основной линии. Отвлечетесь от этого ужаса, прозондируете настроение местных помощников и, если все подтвердится, поймаете бандитов.
- Не партизаны?
- Не исключено, так как пока никаких грабежей не было. И еще: наших солдат в этот раз
