на свои силы. Не стоит ни от кого ждать помощи.
Всю ночь она пролежала без сна, пытаясь придумать, как им сбежать. После ужина ей удалось перекинуться с Рози парой слов в игровой комнате.
— Как ты, Рози? — спросила Рита.
— Рит, где ты была? — всхлипнула сестренка. — Я весь день не могла тебя найти.
— Было много дел. Послушай, Рози, постарайся больше не писаться ночью. Хорошо? Драконша рассвирепеет, если ты снова намочишь постель. Ты должна вставать и идти в туалет, когда тебе хочется.
— Меня заставили стирать простыню, — ответила Рози. — Я стирала в ванной, добрая девочка по имени Бетти помогла мне.
— Постарайся не писаться больше, Рози. Делай свои дела в туалете.
— Там темно, — заныла Рози. — Я не люблю, когда темно. — Она посмотрела на сестру. — Ты придешь ко мне сегодня, Рит?
— Нет, — твердо ответила Рита. — Не приду. Ты должна научиться спать одна.
Увидев в глазах сестры слезы, она смягчилась:
— Я не смогу, Рози. Они не разрешают.
— Они мне не нравятся, — жалобно всхлипнула Рози.
— Мне тоже.
— Кроме Бетти, — добавила Рози. — Она милая.
Почему Бет помогает им? Рита думала об этом, лежа в постели и наблюдая за тем, как играет на потолке свет от уличного фонаря. Она накормила Риту кусочком хлеба и яблоком и помогла Рози выстирать простыню. Почему? Неужели только потому, что Рита укусила Шейлу? Может быть, она хотела отомстить за то, как с ней самой обращались все эти годы? Трудно было понять. Единственное, в чем Рита не сомневалась: Бет-табурет она доверяет не больше, чем всем остальным.
Наступило воскресенье, и, как обычно, выстроившись парами, девочки отправились в церковь. Рита раздумывала, смогут ли они сбежать, когда будут возвращаться обратно. Рози шла далеко впереди, держась за руку с другой малышкой из Зеленой спальни. «Если бы я бежала одна, — подумала Рита, когда они перешли дорогу и вошли в парк сквозь открытые ворота, — я бы отбежала в сторону и где-нибудь спряталась».
Рита разглядывала кусты, окаймлявшие дорожку, по которой они шли. Она бы спряталась в кустах и сидела там до вечера, а потом пошла бы домой, но Рози она бросить не могла.
Возле церкви две старшеклассницы выдавали каждой воспитаннице по трехпенсовику, и когда Рита положила монетку в карман, ей пришла в голову гениальная идея. Сначала она отвергла ее как слишком дерзкую и невозможную, но чем дольше они сидели в церкви и слушали тоскливые церковные гимны, тем более реальной и простой она казалась.
Уверенным шагом в церковь зашла мисс Ванстоун. Рита посмотрела на ее строгое лицо и задумалась, знает ли она, что Ястребиха сечет девочек ремнем. «Если и знает, — подумала Рита, — ей, скорей всего, наплевать. Всем наплевать».
Именно эта мысль заставила ее в конце концов решиться: рискнуть и оставить монетку себе. Рита взглянула в конец ряда, где стояла Смитти-поваритти и громко пела, устремив глаза к небесам. Ястребиха сидела впереди, так что только Драконша могла увидеть то, что собиралась сделать девочка. Рита украдкой бросила быстрый взгляд в сторону сестры-хозяйки, которая стояла позади нее. Она тоже пела, но при этом зорко наблюдала за всем, что происходит вокруг. Кружка для пожертвований была все ближе и ближе, и Рита решилась. Она не кинет три пенса в кружку, она оставит их себе на проезд в автобусе, который отвезет их с Рози домой.
Рита сжала монетку в кулаке, и когда до нее дошла кружка, сунула в нее другую руку, изображая, будто бросает туда три пенса. Она сумела вытащить из кружки еще одну монетку, и теперь у нее было шесть пенсов на проезд. На обратном пути из церкви она сжимала деньги в кулаке.
— Зачем тебе деньги? — небрежно спросила Дейзи. — Я видела, как ты вытащила монетку из кружки.
Рита повернулась к подруге:
— Я? Да ничего подобного!
— Я видела, — возразила Дейзи. — Тебе не поздоровится, если тебя поймают. Зачем ты это сделала?
— Тебе показалось, я ничего не брала, — упрямо твердила Рита.
Дейзи пожала плечами.
— Ладно. Не хочешь, не говори. Мне какое дело? Только где ты их будешь хранить?
На этот вопрос Рита и правда не знала, что ответить. Она решила, что лучше всего будет спрятать монетки в ранец. Если кто-нибудь их найдет, она скажет, что они давно там лежат, что мама кладет им в ранцы деньги на случай экстренной необходимости. «В конце концов, — думала она, — мне нужно припрятать их только до завтра». Теперь у нее были деньги на автобус, и она сможет отвезти Рози домой.
Когда они добрались до «Нежной заботы», Рита побежала в туалет радом с гардеробной на первом этаже. Там на крючке висел ее ранец. Быстро оглядевшись и убедившись, что никто ее не видит, Рита сунула в ранец монетки. Минуту спустя она уже была в игровой комнате и готовилась вместе с остальными пойти обедать.
Глава 12
На следующий день в школе на большой перемене Рита отыскала Рози на игровой площадке. Сестренка играла на улице вместе с новой подругой Милли.
— Нам пора, Рози, — сказала Рита и взяла сестру за руку.
— Рит, куда мы идем? — спросила малышка.
— Увидишь.
— А можно Милли пойдет с нами?
— Нет. Ей с нами нельзя, — отрезала Рита. — Пойдем же!
Рите не терпелось ускользнуть как можно скорей, нужно было сбежать, пока никто не заметил, что они уходят. Она выбрала для побега время, когда после обеда им разрешали немного поиграть во дворе. Потом все классы собирались вместе и разучивали гимны, так что их отсутствие не должно было броситься в глаза.
Рози с неохотой позволила утащить себя подальше от Милли вглубь двора, за туалеты.
— Мы пойдем домой, Рози, — объяснила Рита. — Ты должна во всем меня слушаться и не отставать, хорошо?
— Но мы обычно возвращаемся домой все вместе, — удивилась Рози.
— Не в приют, глупышка. Мы поедем домой, на Шип-стрит, к маме и малышу Ричарду.
Она снова взяла сестру за руку, и они пошли к воротам, за которыми начиналась улица. Едва девочки подошли к ним, как раздался свист, означавший окончание перемены.
— Скорей, Рози.
Рита поспешно вытащила сестренку за ворота и, повернув направо, побежала по тротуару. Сестры свернули за угол и скрылись из виду. Только Дейзи видела, что они убежали. Она смотрела им вслед и внезапно почувствовала себя очень одинокой. Рита ушла, забрав с собой сестру. Дейзи вдруг пожалела, что у нее нет сестры, которая любила бы ее так же сильно, как Рита любит Рози.
В растерянности она стояла
