напомнила Тринадцатой Гермиона.
— Творец сейчас занят будет, — насупилась девочка. — Там самый наставнический наставник пришел, он будет по попе всем давать, а я успела убежать, чтобы все исправить.
— Гарри, давай останемся? — тихо спросила Гермиона. — Жалко же… И законы мы написать можем, наверное?
— Манипулятор ты, — щелкнул Тринадцатую по носу Гарри, а Гермиона прижала девочку к себе, отчего та замерла. — Хорошо, малышка, — добавил он. — Будь по-твоему.
— А еще можно я к вам приходить буду? — после радостного визга поинтересовалась маленькая девочка. — А еще я вам книгу оставлю, там написано, как законы делать, хорошо?
— Хорошо, — и Гермиона принялась тискать наслаждающуюся этим Тринадцатую.
***
Впоследствии Гарри не был уверен, а не приснилась ли ему маленькая демиуржка, готовая на все, даже по попе, ради того, чтобы они остались в магическом мире, но серебристая книга, в которой были написаны всего три строчки, убеждала в реальности того, что они с Гермионой наблюдали. Хорошо выспавшись, дети уселись друг напротив друга, чтобы пообниматься и поговорить.
— Значит, остаемся, да? — спросила Гермиона, вспоминая тепло, шедшее от маленькой девочки.
— Мы ребенку обещали, а детей обманывать нельзя, — улыбнулся ей Гарри своей волшебной улыбкой, заставлявшей девочку застывать, любуясь и смущая этим мальчика. — Поэтому сдаем СОВ, уезжаем в Швейцарию, но в Магическом Мире остаемся.
— Хорошо, — кивнула девочка, не очень понимая, как бы прожила без ставшей привычной магии. — Тогда готовимся, да?
— Готовимся, — согласился Гарри. — И ездим в больницу, чтобы квалификацию не терять.
В этот день в больницу была доставлена девочка с длинными белыми, но давно не мытыми волосами. Чуть не сбивший ее водитель клялся, что возникла девочка прямо из воздуха посреди проезжей части, поэтому им уже занялись нарколог и психиатр. Сама девочка на внешние раздражители не реагировала, она была обнажена, но будто не чувствовала зимней стужи. Услышав о ребенке, мистер Грейнджер распорядился позвать детей, рассудив, что либо девочка из магического мира, либо просто сошла с ума по какой-то причине, что в таком возрасте необычно.
— Постойте тут, — попросил Гарри взрослых, шагнув с Гермионой в палату. Едва увидев лежащего ребенка, мальчик задохнулся — он узнал ее, узнала ее и Гермиона.
— Луна, что ты здесь делаешь? — забывшись, спросил Гарри, но девочка совсем не отреагировала даже на свое имя. Она выглядела, как поцелованная дементором, что заставило Гермиону наложить серию диагностических чар.
— Душа на месте, — констатировала юная целительница. — Она просто в шоке, что-то случилось…
— Луна, это я, Гарри, — попытался достучаться до девочки мальчик. — Скажи, что случилось?
— Папа… — прошептала мисс Лавгуд, и Гарри понял — Ксено в этот раз не выдержал без жены, просто, видимо, уйдя.
— Миона, напиши мистеру Бергу, срочно, — попросил мальчик. — Пусть оформит опеку на нас.
— Поняла, — кивнула юная целительница, немедленно умчавшись в ординаторскую, а Гарри начал рассказывать Луне, что жизнь на этом не закончилась, что она не одна, что все будет хорошо. Он накладывал чары, пытаясь разобраться, что произошло, и результат мальчику совсем не нравился. Еще ему не нравилось то, что девочка оказалась полностью обнаженной. Луну внезапно вырвало, она попыталась свернуться в позу эмбриона. В этот момент Гарри вспомнил, что ему это напоминает.
Проверив девственность, мальчик выдохнул — не насиловали, но реакция очень походила именно на насилие или… Гарри задумался: могла ли иметь место попытка, от которой девочка ускользнула на выбросе? Как это проверить, мальчик не знал, но Луна задрожала, в ее глазах появился ужас, поэтому Гарри накинул на девочку чары сна. Очень важно было узнать, что же произошло. Пригласив в палату папу Марка, Гарри быстро заговорил:
— Это Луна Лавгуд, из магического мира. Год назад на ее глазах погибла мама, а теперь, возможно, и папа. У нее реакции… — мальчик помолчал, но решился. — Как у подвергшихся насилию, но пока выяснить, в чем дело, не удалось. Миона сейчас попросит юриста сделать так, чтобы опеку передали нам, а дальше…
— А дальше вам ее выхаживать, — утвердительно произнес мистер Грейнджер. — Ибо психиатр ее не потянет, так?
— Да, — кивнул Гарри. — Теперь главное, чтобы она с собой ничего не сделала, хотя она девственна, но…
— Я тебя понял, сын, работай, — Марк кивнул, выходя из палаты, следовало оформить девочку и принять меры для установления опеки, сейчас малышке разговоры с социальными службами были не нужны, вот стабилизируется…
А Гарри искал, накладывая чары за чарами, он пытался найти хоть какой-то намек на произошедшее с Луной. Несколько мелких проклятий мальчик пока проигнорировал, а вот заклинание, похожее на Круцио... но точно не оно было сюрпризом. Кроме того, у Луны имелись характерные повреждения губ — как будто по ним били, но не слишком сильно. Суммарно картинка не складывалась. Прибежавшая Гермиона тоже задумалась, пытаясь понять, что произошло с их подругой из той жизни, которую даже Малфой-манор не сломил.
Часть 25
Гарри не знал, что именно написала мистеру Бергу Гермиона, но буквально через четыре часа, когда он уже отчаялся, в больнице появился сам мистер Берг и двое молодых людей в черных костюмах и черных же очках, будя какие-то ассоциации с виденным когда-то в другой жизни. Один из пришедших подошел к Луне и снял очки, вглядываясь в глаза девочки. Луна никак на это действие не отреагировала.
— Все очень непросто, — произнес мистер Берг. — Такое состояние может говорить о многом, поэтому мы не стали привлекать британский аврорат.
— А ведь вы не просто юрист, — задумчиво проговорила Гермиона, заставив мужчину улыбнуться.
— Люблю умных людей, — проговорил мистер Берг. — Я руковожу международной службой расследований при МКМ.
— То есть, фактически Интерпол, — заключил Гарри, обняв свою девочку.
— Фактически, да, — кивнул мистер Берг и поинтересовался у отшатнувшегося с тихим стоном мужчины в костюме. Луна по-прежнему лежала, безучастно глядя в потолок.
— Двойное убийство, покушение на… — мужчина в черном промолчал, все было ясно и так. — Пахнет очень дурно, надо разгребать.
— Вот ваши бумаги на опеку, — протянул папку мистер Берг. — И людские, и магические. Советую пока в магический квартал не соваться.
— Может быть, уехать? — поинтересовалась Гермиона, которой совсем не понравилось то, что она услышала.
— Хорошая мысль, — кивнул глава международной службы. — Мы подумаем, как ускорить прохождение документов, а экзамены будете сдавать в Швейцарии. Спрашивайте.
— А почему такая реакция? — спросил Гарри.
— Потому что повод, это, во-первых, — ответил мужчина. — А Ксенофилус Лавгуд был нашим сотрудником, это, во-вторых.
Трое мужчин из МКМ ушли, оставив Гермиону недоумевать, а вот Гарри думал, что все понял, насиловать ведь можно по-разному и то, что уничтожило Луну, скорее всего, почти случилось именно… «по-разному». В общем и целом,
