Лес такой, куда ни сунься, нигде магия не работает!
— Паутина задевает по большой части костюмы и ботинки, попросите костюм увеличиться размеров на пять, может удастся из него просто выпасть? — предложила Маха.
— Хочешь посмотреть на меня голенького, сладкая? — Адриан даже по уши в неприятностях оставался собой. — Руки, шея и голова тоже прилипли, девочка. Разве что с кожей отрывать придется.
Тут справа, там, где, предположительно, могла заканчиваться паутина, из густой листвы высокого дерева вынырнул пушистый белый шар с человеческий рост, и, шустро перебирая восьмью тонкими, длинными ножками, поплыл по воздуху прямо к драконам.
— Охренеть, паук, — не сдержался Пашка, и мы все, в принципе, были с ним согласны.
Шар остановился, и на нас глянули блюдца глаз ярко-желтого цвета. Я, едва сдерживая смех, ткнула ведьмака локтем в бок:
— Пс, Реган, может, договоришься с родственничком?
Он кинул на меня многообещающий взгляд, и, ухмыльнувшись, пробормотал:
— Всенепременно, дорогая невестушка, такая острая на язык. А сразу после, мне придется наказать одну дерзкую девчонку!
— Кхе-кхе, мужчина, — я аж закашлялась от такой перспективы, — давай отложим наказания, ведь договариваться с твоим братишкой придется, все-таки, мне.
И, больше не глядя на ведьмака, обратилась к паукану:
— Эй там, наверху! Ты кто?
Мохнатый монстр уставился на меня. Где-то чуть ниже его желтых глаз зашевелилась шерстка, и я услышала тонкий голосок:
— Ты меня понимаешь?
— Да. Меня зовут Алиса, а тебя как?
— Я Ори Великолепный. А теперь, прошу меня простить, меня ждет обед, — и паук снова засеменил в сторону драконов.
— Постой, постой, Ори, — заорала я, — это наши друзья. Освободи их!
— Нет, — последовал лаконичный ответ. Этот Великолепный даже не замедлился.
— Пашка, запусти в него огоньком, — попросила я, и друг прицельно кинул в паукана файербол.
— Ай, вы что творите, смертные?! — Завизжал Ори, подпрыгивая, как мяч, и тряся одной из восьми лап. Видимо, Пашка попал. Драконы слегка закачались в воздухе.
— Мы не договорили, Ори, — продолжила я переговоры. — Нам нужны эти трое, это наши друзья! К сожалению, ты не можешь их съесть.
— Еще как могу! — возмутился желтоглазик. — Они попали в мои сети, они — моя законная добыча. Что вы мне сделаете? Закидаете этими огнями? Еще попасть надо. А выбраться из моей паутины без меня невозможно! Ее ни сталь, ни магия не берет!
— Что он там шипит, Элис? — не выдержал Пашка. Пока я вела беседу с пауком, все нетерпеливо стояли и ждали, когда я, наконец, переведу.
— Говорит паутину не берет ни сталь, ни магия, и освободить драконов можно только с его помощью.
— Значит, просто убить нельзя, — с сожалением протянул Альрик.
— А ваша магия? — спросила Маха. — Вы можете запульнуть в него каким-нибудь заклинанием, как тогда с кабаном.
— С каким кабаном? — удивился Хаук.
— Да было у нас приключение. Реган на кабана стазис наслал, — пояснила я.
— Слишком высоко, — покачал головой ведьмак. — Не достану.
— Наши тоже не долетят, — вздохнул Хаук.
— Значит, надо договариваться, — заключила Машка. — Алиса, слушай сюда. Краткий ликбез успешных переговоров. Сначала ты его похвали, потом немножко поугрожай, а потом склоняй к мирному разрешению конфликта. Что он там хочет? Драконов высосать? Интересно, скатерть подает свежую кровь?
— Думаю, вряд ли, — покачала головой Варди.
Мы посмотрели на Ори. Пока мы переговаривались, он продолжал тихонечко подбираться к трем зависшим фигурам, думая, что мы не заметим его телодвижений.
Я собралась с мыслями:
— Послушай, Ори, — мохнатый шар застыл, — тебя по праву называют Великолепным. Посмотри на себя! Ты самое красивое существо, которое нам только встречалось в этом лесу! Мы никогда не видели столь белоснежного меха и такого идеального телосложения, как у тебя.
Я с серьезным лицом посмотрела на товарищей, и скомандовала:
— Изобразите восхищение и кивайте! — Те послушно закивали с выражением полного восторга.
— Видишь, все мои друзья согласны со мной, — паукан слегка поджал лапки и приосанился. — Что уж говорить о твоей великолепной невидимой паутине. Наверняка, это шедевр! Мы совсем не хотим причинить тебе вред, но нам дороги наши друзья, поэтому, в крайнем случае, нам придется использовать все средства, чтобы их освободить. Мы будем кидаться огненными шарами, заклинаниями, от которых выпадает шерсть и гноятся глаза, пилить деревья, на которых держится паутина, и преследовать тебя по всему лесу, куда бы ты не побежал, пороча твое честное имя на каждом углу. Согласись, это никому не выгодно. Может быть есть что-то, на что ты готов их обменять? Мы можем предложить тебе любую еду, которую ты хочешь. Фрукты, овощи, мясо?
— Человеческое? — встрепенулся паук.
— Нет, мясо животных.
— Хмммм, — Великолепный в задумчивости постучал одной из лап по подбородку. Ну, по тому месту, где он должен находится. Минутку помолчал, прикидывая что-то, затем продолжил. — Пожалуй, есть кое-что, на что я готов обменять этих заморышей. Мне нужна кровь. У этих троих она невкусная. С голоду не помереть сгодится, но я люблю питаться изысканно. Мне нужна чаша крови. Но не любой. Твоей, сладкоречивая девочка, и вот этого человека с посохом и глазами, похожими на мои. Ах да, еще хочу белоснежную шерсть вон того громилы, — и ткнул лапой в сторону Альрика.
Вот это поворот. Я растерянно посмотрела на своих спутников, совсем не уверенная в том, что переговоры прошли успешно.
— Ну что там? — спросил Пашка, заметив мой взгляд.
— Он просит чашу крови, моей и Регана. А еще он просит твои волосы, Альрик.
— Что? Зачем ему мои волосы? — изумился оборотень.
— И почему именно наша кровь? — поинтересовался Реган.
Да, мне тоже интересно.
— Эй, Ори, — я посмотрела на паукана. — Зачем тебе волосы оборотня?
— Он еще и оборотень! — радостно захлопал тот лапами. — Скоро зима, мне нужно утеплить свои конечности. Из его волос получатся прекрасные теплые коконы. И по цвету они идеально подходят.
Я с сомнением посмотрела на Альрика. Как он отреагирует на то, что из его королевской шевелюры хотят связать носки? Вряд ли будет в восторге.
— А почему именно наша кровь тебе нужна? Моя и вот этого мужчины? — я ткнула пальцем в ведьмака. —
