Почему ты думаешь, что у остальных она другая?
— Я не думаю, я вижу это, — фыркнул паук. — У вас с ним одинаковая рубиновая. Редкая, сладкая, ммм, давненько я такой не пил. У всех остальных разные оттенки рубина, но не такие как у вас двоих. Я в этом эксперт. Так что девочка, чаша вашей крови и волосы, или я ухожу.
Паук сложил две лапы на груди, всей своей позой выражая непоколебимость своего решения. Я повернулась к товарищам:
— Наша с тобой кровь какого-то особенного оттенка, и он хочет только ее, — сказала я Регану. Глянула на Альрика. — А твои волосы ему нужны для очень важного дела, он отказался говорить, какого. Что будем делать?
— Девчонка может говорить с этим мохнатым? — раздался сверху голос Адриана. Все это время драконы тихонько висели, не встревая в наши разговоры.
— Девчонку зовут Алиса, Адриан. — недовольно проорала я в ответ.
— Что он сказал, Алиса? — спросил более дипломатичный Маф. — Что ему надо? Он нас отпустит?
— Мы как раз это решаем, — ответил за меня ведьмак, и посмотрел на оборотня. — Ну что, пожертвуешь своей красотой ради драконов?
— Кстати, мне всегда нравились мужчины с аккуратными короткими стрижками, — проворковала Маха, томно глядя на Альрика.
Будущий правитель королевства оборотней с минуту думал, глядя то на Машку, то на висящих драконов. Затем, тяжело вздохнув, зажал свои волосы в кулак, и взмахнул кинжалом.
— Стой, стой, позволь мне, — Машка достала свой шин и аккуратно перехватила белоснежные пряди. — Не переживай, волосы не зубы, отрастут еще. Сейчас я все красиво тебе сделаю.
Шин срезал волосы, как бритва. Машка ловко обкорнала Альрика, умудрившись придать оставшимся вихрам некое подобие приличной прически.
— Вот так, — подруга протянула мне пучок. — Попроси освободить за них хотя бы одного.
— Ори, вот волосы. Освободи хотя бы одного, и они твои, — я помахала волосами перед пауком.
Великолепный мигнул, просеменил к Кирину, который висел к нему ближе всех, и шустро обежал его по кругу, облизывая длинным розовым языком. Ага, значит паутину растворяет только его слюна. По мере облизывания, дракон отлеплялся от паутины, а затем и вовсе полетел вниз. У самых папоротников Кирин успел выпустить крылья, и плавно приземлился на ноги. Отряхнувшись, он подошел к нам и неглубоко поклонился.
— Спасибо, Призванные.
Мы кивнули. Оставалось самое сложное. Я взглянула на Регана. Тот достал из рюкзака скатерть, расстелил ее на земле и потребовал:
-Серебряную чашу средних размеров.
На артефакте материализовался высокий серебряный кубок объемом примерно пол-литра.
— Столько крови хватит? — я показал кубок пауку.
— Мало! — заверещал Ори. — Тут на два глотка! Мне надо больше. В два раза больше!
— Он просит в два раза больше, — обреченно перевела я.
Реган скрипнул зубами и попросил литровую чашу. Я похолодела. Это сколько придется сцеживать крови? По пятьсот миллилитров с носа? Не критично, конечно. По-моему, на пунктах сдачи крови по столько за раз и сдают, но там стерильность, иголки, а тут что делать?
Между тем, ведьмак попросил у меня шин, и, недолго думая, полоснул себе по ладони, лишь слегка поморщившись. В чашу потекла темно-красная кровь. Это он что, до вены достал? Мне поплохело, я не смогу так глубоко себя порезать!
Кровь текла и текла. Паук, не сводя желтых глаз с красной струйки, потирал лапы и то и дело облизывался. Постепенно, чаша наполнилась на половину. Теперь моя очередь.
— Реган, хватит, теперь я, — я протянула руку за своим мечом. — Тебе надо остановить кровь.
Ведьмак только покачал головой:
— Нет, Алиса. Ты не отдашь ни капли этому упырю. Я наполню чашу сам.
— Это слишком много для тебя одного. Потерять столько крови опасно для человека.
— Но я не человек, — Реган улыбнулся. — Я ведьмак. Не переживай, я терял и больше при ранениях в схватках.
— Ты уже побледнел! — Я начала не на шутку беспокоиться. Реган и впрямь выглядел не очень. С лица ушли краски, лоб покрылся испариной. От накатившей слабости он сел прямо на землю. — Отдай мне шин, и я наполню чашу.
— Я сказал нет! — в голосе ведьмака звякнула сталь. — Не спорь, Алиса. Тем более я уже почти закончил.
Ок, ок, как скажете, ваше высочество. Я испытывала неловкость и в то же время облегчение от того, что он взял на себя всю опасную и болезненную часть исполнения желания паукана. С другой стороны, глубоко в душе, мне была приятна его забота.
Между тем, чаша, наконец, наполнилась. Реган надавил на ладонь, стараясь остановить кровь.
— Позволь мне, — вмешался Кирин, до этого молчаливо стоящий неподалеку. — Драконы — лучшие лекари. От твоей раны не останется и следа.
Он накрыл израненную кисть ведьмака своей, и зашевелил губами. Руку дракона окутал серебристый туман, а потом плавно перетек в ладонь Регана.
— Вот и все, — улыбнулся Кирин.
Реган встряхнул рукой. От раны не осталось и следа, даже кровь с пальцев исчезла, как будто их помыли.
— Спасибо, Кирин. Фло, ты не подашь мне немного урура? Мне не помешает взбодриться, — ведьмак остался сидеть, устало вытирая пот со лба.
Близняшка кивнула и попросила у скатерти кружку энергетика. Я осторожно подняла чашу, стараясь не пролить ни капли крови, и сделала несколько шагов вперед, демонстрируя ее пауку.
— Ори, вот твоя кровь. Освободи наших друзей, и она твоя. Мы сделали все, как ты просил.
Мохнатый подскочил, подбежал к драконам, и, по старой схеме облизал их с ног до головы. На землю мягко прыгнул Адриан, а за ним и Маф. Если честно, я ожидала, что они просто упадут плашмя в траву, но и тот и другой успевали выпустить крылья прямо перед приземлением.
— Я сейчас спущусь к тебе, девочка, — проорал Ори, прыгая по воздуху прямо надо мной. — Только без глупостей!
— Мы держим свое слово, — заверила я. — Только и ты без глупостей.
Паук начал медленно спускаться вниз. Не хочу думать, откуда у него выходит паутина, из живота или из…эээ… другого места. Спрашивать тоже не решилась. Застыв чуть выше меня, Ори протянул две длинные лапы, и я подала ему чашу с кровью. Ловко вцепившись в нее своими мохнатками, он плавно утянулся вверх, пробежался по невидимой
