– Когда-то давным-давно Каспий действительно был океаном, – сказал Вигор. – Это было пять миллионов лет назад. Вот почему вода здесь по-прежнему соленая, хотя содержание соли втрое меньше, чем в современных морях. Постепенно суша окружила древний океан со всех сторон, и тот высох, превратившись в Каспийское море, Черное море… и то место, куда мы сейчас направляемся, – Аральское море.
– От Аральского моря осталось не так уж и много, – улыбнувшись, заметила Рейчел. Она сменила форму карабинеров на теплый свитер, джинсы и туристические ботинки.
– Да, но тут уже вина не геологии, а человеческих рук. Еще не так давно Аральское море было четвертым по площади озером в мире, размером примерно с Ирландию. Но в шестидесятых годах Советы отвели воду из двух главных рек, питающих озеро, на нужды орошения, и озеро обмелело, потеряв девяносто процентов воды и превратившись в ядовитую заболоченную соленую пустыню, усеянную корпусами рыбацких судов.
– Дядя Вигор, не очень-то удачно вы рекламируете предстоящую поездку.
– Но брат Иосип, судя по всему, уверен, что это место имеет очень большое значение. Иначе зачем он стал бы приглашать нас сюда?
– Если исключить то, что он просто сошел с ума… Он ведь исчез почти десять лет назад.
– Возможно, но директор Кроу считает нашу экспедицию настолько важной, что выделил нам в помощь специальную группу.
Откинувшись назад, молодая женщина недовольно нахмурилась и скрестила руки на груди. После нападения в университете она категорически была настроена против этой поездки и даже угрожала запереть дядю, чтобы тот не покидал Рим. Вигор понимал, что сейчас они находятся на берегу Каспийского моря исключительно потому, что «Сигма» предоставила помощь.
Однако директор Кроу не объяснил, ни самому Вигору, ни Рейчел, почему оказал эту поддержку, что тревожило обоих. Он только сказал, что их помощь, возможно, потребуется впоследствии, чтобы оправдать поездку в закрытый район Монголии.
Монголия…
Это возбудило любопытство Вигора.
Его взгляд сам собой вернулся к результатам анализа ДНК древних останков, черепа и книги, но Рейчел протянула руку и забрала бумаги себе.
– Только не сейчас, дядя Вигор. Вы рассматриваете их уже несколько часов и только все больше расстраиваетесь. А мне нужно, чтобы вы сосредоточились на том, что ждет нас впереди.
– Замечательно, но в таком случае дай мне высказать свои мысли вслух. Я чувствую, что упускаю во всем этом что-то крайне важное.
Рейчел пожала плечами, уступая ему.
– Из предварительного заключения, подготовленного лабораторией, следует, что ДНК соответствует этническим характеристикам уроженцев Дальнего Востока.
– Это вы уже говорили. Кожа и череп принадлежат какому-то азиату.
– Верно, но в отчете, поступившем из лаборатории сегодня ночью, приводятся результаты сравнительного аутосомного анализа нашего образца с различными дальневосточными этносами. Получился список наиболее вероятных народностей, к которым мог принадлежать обладатель черепа и кожи. – Вигор начал загибать пальцы: – Китайцы, буряты, дауры, казахи…
– Те, что составляют основное население Казахстана, – перебила его племянница.
– Верно. Но первую строчку занимают монголы.
Рейчел выпрямилась.
– Пейнтер хочет, чтобы мы отправились вместе с его командой в Монголию.
– Вот что не дает мне покоя. Я чувствую, что здесь есть какая-то связь, но никак не могу за нее ухватиться.
– Тогда давайте начнем с другой стороны, – предложила Рейчел. – Директор Кроу говорил, в какой именно район Монголии направляется его команда?
– Куда-то в горы к северо-востоку от столицы… Хан-Хэнтэй.
– Это закрытый район.
Вигор кивнул.
– Почему?
– Потому что это природный заповедник и к тому же объект исторического наследия.
– Какого именно исторического?
Вигор открыл было рот, чтобы ответить… и застыл, осененный внезапной догадкой. Это откровение на какое-то мгновение настолько ослепило его, что он начисто забыл об окружающей действительности.
– Дядя Вигор…
Престарелый прелат понял свою ошибку, и к нему постепенно вернулась способность воспринимать мир.
– Глядя на деревья, я не заметил леса…
Сунув руку в карман, он достал телефон, набрал номер генетической лаборатории и попросил соединить его с доктором Конти. Как только специалист оказался на связи, Вигор объяснил ему, что именно нужно проверить, чтобы подтвердить его опасения. Ему пришлось уговаривать доктора Конти, но в конце концов тот согласился.
– Проверьте маркеры Y-хромосомы, – закончил монсеньор. – И как только сможете, перезвоните мне на этот номер.
– В чем дело? – спросила встревоженная Рейчел, когда дядя окончил разговор.
– Горы Хэнтэй. Они являются священными для монгольского народа, потому что среди их вершин якобы находится потерянная могила величайшего героя монголов.
Эрудированная в достаточной степени, Рейчел сразу же догадалась, что это за герой.
– Чингисхана?
Вигор кивнул.
– Монгольского вождя, силой меча и воли создавшего огромную империю… империю, раскинувшуюся от Тихого океана вот до этих вод за окном.
Бросив взгляд на Каспийское море, Рейчел снова повернулась к дяде.
– Неужели ты думаешь, что этот череп принадлежит…
– Именно это я и попросил проверить доктора Конти.
– Но как он сможет это сделать?
– Несколько лет назад в одном обстоятельном генетическом исследовании было показано, что один человек из двухсот обладает определенной уникальной Y-хромосомой, хромосомой с набором четких маркеров, корни которых ведут к монголам. В регионах, когда-то входивших в состав Монгольской империи, это соотношение возрастает до одного из ста. В исследовании делался вывод, что эта сверх-Y-хромосома ведет свою родословную от одного-единственного человека, который жил около тысячи лет назад в Монголии.
– Чингисхана?
Вигор кивнул.
– Кого же еще? У Чингисхана и его родственников по мужской линии было множество жен; еще больше потомства они наплодили, насилуя женщин покоренных народов. А нужно помнить, что монголы покорили половину тогдашнего мира.
– И распространили свое генетическое клеймо.
– Клеймо, которое мы можем сейчас проверить. Эти маркеры Y-хромосомы хорошо известны генетикам, их можно легко установить и узнать, имеются ли они в нашем образце.
– Именно этим и занимается сейчас доктор Конти?
– Он сказал, что сможет дать ответ практически немедленно, поскольку составление структуры ДНК нашего образца уже завершено.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
