просто присела на один из сундуков и со скукой наблюдала за бродящим туда-сюда Эросом. Ведь она верила, что титан ничего не станет красть…
***
Лишь через десять часов Эрос с Соней, наконец-то покидали сокровищницу. Один в очень даже хорошем настроении, а вторая же ужасно подавленная и уставшая. Девушка никогда не могла подумать, что простой выбор материалов может затянуться аж на восемь часов, и даже Анимус чувствовал себя как-то двояко: с одной стороны радостным, что Эрос не забрал всё самое лучшее, а с другой, как и Соня, дико уставшим, ведь он ни на секунду не спускал глаз с титана, чтобы тот ничего не украл из его сокровищницы. Но к концу всего этого дракон почувствовал себя немного ущемлённым, ведь у него было столько великолепных вещей, но титан выбрал лишь пару хороших и всё, они, несомненно, тоже были неплохими, но ни в какое сравнение не шли с лучшими. Но, немного обмозговав всё, он изменил своё мнение по отношению к Эросу в лучшую сторону: тот не стал брать всё самое лучшее, а он мог, но не стал этого делать, чем и заслужил одобрение Анимуса.
Вот если бы только он знал правду, то точно бы так не думал. Ведь титан, за то время, сколько он бродил по сокровищнице, раз сто себя отговаривал от конфискации всего. Ему пришлось приложить просто титанические усилия, чтобы сдерживать себя и в конце покинуть сокровищницу с сотней вещей. Когда же сокровищница закрылась, Эрос наконец-то вздохнул с облегчением, ведь он и сам был удивлён своей силой воли и тем, что не сорвался. Титан даже на всякий случай посмотрел себе за спину и над головой для проверки: не появилось ли у него нимба и ангельских крыльев.
— Эрос-сама, что-то случилось? — с дрогнувшей улыбкой спросила Соня, что чувствовала себя немного пустой в эмоциональном плане и очень голодной, ведь они ничего не ели с тех пор, как вошли в сокровищницу.
— Нет, ничего, — заметив измождённое состояние девушки, титан виновато улыбнулся и посмотрел в пустой тоннель, что вёл в тронный зал, — Как насчёт перекусить, перед тем как возвращаться назад?
Как только прозвучало слово «перекусить», живот Сони предательски заурчал, чем очень смутил её.
— Что вы, я-я не голодн… ~Гры~, — лицо девушки по цвету сравнялось с помидором, — Это… Я…
— Эх, хватит смущаться, ты мне очень помогла сегодня и почти ничего не ела, — рядом с титаном появился стол со стульями, который стал заполняться едой, от которой у «неголодной» Сони пошли слюнки, а от великолепного запаха, что витал в воздухе, она просто хотела наброситься на еду, — Садись уже, прими это в качестве моих извинений, и говорю сразу: это готовил лучший повар Фиора, — заговорчески шептал маг, подтолкнув её вперед.
— Если вы говорите… — взглотнув, Соня с сияющими глазами подошла к столу и, присев на стул, который отодвинул Эрос, она взяла вилку с ножом, и, надрезав кусочек поджаренного бёдрышка магического быка, она положила его в ротик, — Вкусно… — со счастливой улыбкой простонала девушка.
Титан же, с усмешкой посмотрев на девушку, также присел напротив и принялся за свою порцию…
Глава 209. Артефакты
Покинув подземелье дворца, титан не направился сразу в библиотеку, а пошёл в гостевую комнату, в которой его временно поселили. Вначале он хотел изучить новоприобретённые артефакты, а уже после заняться библиотекой, но уже не один, а вместе с Крисом.
-
И, наконец оказавшись в комнате, титан, довольно улыбнувшись, упал на мягкую кровать, при этом вывалив все взятые артефакты на пол, а юката медленно приземлилась на кровать.
«Я и подумать не мог, что этот месяц так сильно окупится…» — с усмешкой подумал маг, приподнявшись и посмотрев на четыре артефакта, что лежали на полу. Это были броня с копьем, та неизвестная книга и камень, в котором был запечатан демон, — Начнём пока с доспеха…
Приманив к себе Броню Сумрачного Дракона, Эрос начал методично изгонять души из доспеха, что через пару лет могли бы и правда развиться в Злых Духов, но им просто не повезло попасться на глаза магу.
— Теперь понятно, как этот доспех смог поглотить столько душ, — проговорил титан, чувствуя, с какой лёгкостью те исчезали, только соприкоснувшись с его Духовной Силой. Они даже и не пытались бороться, а, наоборот, в панике убегали, — «Хм… Хоть эти души и довольно слабы, но всё же странно, почему настолько? Не может же душа человека так ослабеть, а это значит лишь одно…» — в этот же момент что-то тёмное появилось в доспехе и стало отбивать Духовную Силу мага, — А вот и здешний гигимон, что подъедает души, — с улыбкой подумал маг, запустив своё сознание в доспех и оказавшись перед огромным чёрным драконом, имевшим прозрачную форму, и почти всё его тело было покрыто шипами, особенно выделялись те, что были на его локтях, коленях и плечах. Можно сказать, что он был своего рода драконом-ёжиком, — «Эх… Как же это печально: у тебя даже нет разума, видимо, тот, кто создавал этот артефакт, запечатал лишь кусочек его души», — с досадой подумал Эрос, ведь души без разума очень тяжело контролировать из-за того, что они действуют на старых инстинктах и почти не испытывают страха, но титан не хотел её уничтожать по той причине, что доспех потеряет часть сил и элемент тьмы, — Видимо придётся немного поработать, — недовольно проворчал маг, дракон, взревев в ответ, открыл пасть и выдохнул тёмный луч — титан же вяло махнул рукой и с лёгкостью отбил его.
Дракон, заметив, что его атака не прошла, вновь взревел и ринулся на Эроса, попытавшись ударить того своим хвостом, на конце которого был шар метрового размера, также покрытый шипами. Титан вновь никак не отреагировал на это, просто подставил руку и остановил его хвост.
Возможно, если бы им пришлось сражаться в обычном мире, Эросу пришлось бы приложить небольшие усилия, чтобы остановить его атаку, но это был духовный мир, а душа мага была на порядок сильнее какого-то огрызка от Дракона, да и благодаря тому, что титан мог манипулировать Духовной Силой, он ещё на порядок превосходил своего противника. Поэтому Эрос просто запечатал пространство вокруг души и, подлетев к его голове, начал работу по подчинению…
Через полчаса титан покинул доспех, вернув своё сознание в тело.
— Неплохо, — с улыбкой проговорил маг, посмотрев на доспех, что стал источать более слабую ауру, чем раньше, — Не удивительно: в ней всё же было более тысячи душ, —
