изо рта, которое попало в лицо одного из драконов… И те вновь стали бить, царапать и выдыхать пламя на дракончика.
— Какой же ты д…дурак….
С трудом сдерживая свои слёзы, он смотрел, как его любимая вновь стала медленно закрывать глаза, а её слабое дыхание пропадать…
— Даже в такой момент ты думаешь лишь о таких глупостях, видимо, за эти три года я так и не смог тебя отучить… — с грустной улыбкой прошептал Эрос, а из его глаз потекли две дорожки слез, — И ты, Фуши, тот ещё дурак, но я горжусь тобой…
В этот момент трое драконов, что окружили дракончика, одновременно выдохнули струю пламени, чтобы уже добить его, но в последний момент ярко-жёлтое пламя окружило его, а трёх взрослых драконов полностью поглотило… И перед тем, как картина перед его глазами вновь сменилась, он увидел перекошенное яростное лицо рыжеволосого мужчины…
Титан стоял перед огромным шаром, из которого исходили звуки столкновения и ужасающие ударные волны. Но титан не был удивлён этому или же шокирован, ведь когда-то ему приходилось управлять ещё большей силой.
Через несколько секунд оттуда вылетели две тёмные фигуры, магия которых была почти идентична друг другу, но всё же титан заметил, что чёрная магия, окружающая драконью фигуру, была немного светлее, чем магия на человеческой.
— Вот оно как… Он смог ассимилировать мою тёмную магию, но не смог получить всей силы, но даже этого ему хватило, чтобы больше не бояться её… Чертов монстр… — со злостью пробормотал Эрос, продолжая наблюдать за столкновением фигуры человека и дракона.
Через мгновение они остановились, и фигура человека посмотрела в сторону титана, а его глаза засияли алым. Маг не испытывал того страха, как Шаготта, а совсем наоборот, презрение и злость.
— Чего ты смотришь? Ты ничтожество, что не смогло никого сберечь и потерявшее всё, какое ты право имеешь на меня так смотреть?! Исчезни! Я не собираюсь совершать твоих ошибок, я изменю это чёртово будущее и никого не потеряю! — и, будто бы услышав слова Эроса, пространство медленно стало растворяться, и титан оказался в кромешной тьме, которая через мгновение рассеялась, и он вновь оказался в гостиной дома, а на него смотрели три пары обеспокоенных глаз.
— Эрос, что случилось? — встревоженно спросила подошедшая Уртир, протянув руку к его лицу, но, не успев и опомниться, как оказалась в его объятиях, а с ней и Дева с Кагурой, — Эрос…?
— Я защищу вас, — с твёрдым голосом заявил маг, на что девушки удивлённо переглянулись.
— Мастер, а что вы там увидели и почему вы плакали? — непонимающе спросила Кагура и, резко поняв, что она вновь обратилась к нему, как к «мастеру», да ещё и на «вы», мечница подняла дрожащий взгляд на лицо титана и удивлённо распахнула глаза, увидев в ответ тёплую улыбку, — Это… простите… прости…
Титан же, проигнорировав оплошность девушки, ещё крепче прижал её к себе.
«Я клянусь, что защищу вас, я не позволю случиться этому ещё раз! За эти три года я стану намного сильнее, я превзойду будущего себя и убью эту чёртову ящерицу!» — с решимостью во взгляде твердо заявил он самому себе.
Глава 211. Три с половиной года спустя
Три года и шесть месяцев спустя.
Следующий месяц после увиденного видения Шаготты титан почти не покидал подвал дома, продолжая работать над ассимиляцией магии и наконец доведя этот процент до максимальных сорока пяти. И после поглощения той энергии ранее белая магия Разрушения приобрела сиреневый цвет и стала намного сильнее, чем раньше и чем на те сорок пять процентов. Ведь его магия также выступала в качестве ограничения Темной Магии и, благодаря тому, что она стала сильнее, теперь ей приходилось тратить намного меньше сил на сдерживание и больше отдавать Эросу.
Но титан не стал радоваться этому малому успеху, а продолжил увеличивать свою силу. Ведь в тот же день он так же ходил к Лили и передал ей блокнот Руша, который всё забывал отдать, и сразу же попросил её о помощи в его исследовании по созданию второго контейнера с магией, чем очень шокировал женщину, но она не стала отговаривать Эроса или же говорить, что не сможет, ведь она знала его очень хорошо, и если тот что-то задумает, то он всегда это сделает один или с кем-то, поэтому после прочтения того блокнота Лили была очень возбуждена от открывшихся новых перспектив в медицине, так же она нашла то самое упоминание об эксперименте Штайна и поняла откуда растут ноги у идеи титана. Поэтому на следующий день она приняла его предложение, а когда Эрос познакомил её с Крисом и рассказал, сколько всего в его голове, она, можно сказать, носила его на руках и даже поклялась назвать своего первого ребенка, если он будет мальчиком, Крисом, что очень польстило одной книге с завышенным ЧСВ, которая так и не поняла, в какую она яму себя загоняет на следующие три года.
Но Эрос не собирался проводить всё время за экспериментом с Лили. Он использовал то самое заклятье, которое в данный момент помогает Зерефу обманывать Проклятье Анкселамы, и разделил свой разум на четыре части, что составляли максимум, на который он был способен, а так же создал трёх кукол и отдал их под командование своих трёх сознаний. И у каждой части сознания была своя задача. У первых двух — помощь Лили, ведь она занималась одной из самых важных частей его усиления, что сможет сделать его в десятки раз сильнее.
Но у титана планы были наполеоновскими: он не собирался останавливаться на одном «контейнере», а собирался создать два: для Проклятья и Духовной Энергии, ведь он ещё не забыл ту мощь, что источали Эфир и Суспирия, когда они слились в одно целое. Ведь лишь слияние этих двух Энергий смогло пробить пространство между двумя мирами, а если он сможет объединить все три? И именно этим вопросом занималось его третье сознание: проверкой этой теории.
Сам титан также не прохлаждался, а работал над артефактом. План по Броне Гибрида он решил отложить в очень долгий ящик, ведь у него просто не было достаточно материалов на это и он решил остановиться пока лишь на одной вещи из этого комплекта, что будет в себе содержать мощь десяти Драконьих Кристаллов, то есть обладать объединённой мощью десяти магий Убийц Драконов.
Эта идея у него появилась, когда Эрос вспомнил Титан, свою планету, на которой он жил в своей прошлой жизнью. И
