нет? Блять, да тут даже мужчину от женщины не отличить!
Мо Жань не ответил прямо, а вместо этого спросил:
— Если бы мы с тобой дрались, я не успел увернуться и ты схватил меня за плечо, как бы ты поступил?
— …Как ты вообще мог позволить схватить себя за плечо? В рукопашной это то место, которое необходимо оберегать в первую очередь. Даже ученик-первогодка не допустит такого промаха!
— А почему его нельзя касаться?
— Духовное ядро слишком близко! Схватить за плечо — все равно что схватить половину ядра. Если после этого мне вздумается ударить в середину груди, можешь сразу попрощаться с жизнью!
— Допустим, — сказал Мо Жань. — Только что этот зомби таким же образом схватил меня…
Сюэ Мэн испугался не на шутку:
— Ты почему такой неосторожный? Жить надоело?!
Мо Жань поспешил вклиниться в его тираду:
— И он пальцем не шевельнул.
— А?
— С такого близкого расстояния он даже не подумал использовать вторую руку, чтобы нанести удар по моему духовному ядру. Для совершенствующихся защита своего ядра и атака на духовное ядро другого человека — привычка, въевшаяся в костный мозг. Ты верно подметил, даже ученик-первогодка духовной школы не допустил бы такой промах. И превратившись в живого мертвеца, в рукопашном бою он сражался бы так, как его научили, но этот труп не сделал ничего.
Мо Жань помолчал, затем мрачно продолжил:
— Почему он не воспользовался этой возможностью? Есть два варианта. Он не додумался или просто не мог.
Сюэ Мэн: — …
Мо Жань продолжил развивать свою мысль:
— Руки-ноги целы, и такой шанс, который просто невозможно упустить. Поэтому, скорее всего, он не подумал о такой возможности… Боюсь, именно потому, что при жизни большинство из этих людей были простыми смертными, после гибели они не могут быть достойными противниками собравшимся здесь заклинателям, и именно поэтому среди нас до сих пор нет ни одного раненого.
Ошарашенный его предположением, Сюэ Мэн переспросил:
— Но как так вышло? Зачем Сюй Шуанлиню заваливать гору Хуан трупами простых людей? Почему с его способностями он не попытался взять под контроль заклинателей?
— Также одно из двух: он либо не мог, либо просто не додумался.
— Как он мог не додуматься?!
— Раз так, остается одно: он не мог, — взгляд Мо Жаня потяжелел. Искрящийся Цзяньгуй отразился в его черных глазах, словно жидкий металл, льющийся в безбрежный океан сгустившихся сумерек. — Духовных сил Сюй Шуанлиня недостаточно, чтобы управлять таким количеством заклинателей при помощи техники Вэйци Чжэньлун.
— Если управлять этими слизняками — все, на что он способен, разве он не слабак?
Отступив на шаг, Сюэ Мэн пнул слишком близко подобравшегося мертвяка в толпу напирающих трупов и растерянно спросил:
— Так что делать-то? Как это остановить?
Мо Жань промолчал, но то, что было смутной догадкой стало обретать все большую ясность.
Понаблюдав за сражением заклинателей с трупами, вскоре он заметил нечто необычное: как только у мертвеца были отсечены руки, ноги, голова, он падал на землю, и в тот же миг из-под земли появлялись тонкие ростки лозы. Вонзаясь в мертвое тело, с чавкающим звуком они вырывали из его груди то, что когда-то было сердцем, и вместе с ним скрывались под землей.
Это было не так трудно заметить, но в хаосе битвы вряд ли кто-то обратил внимание на эти мелкие и тонкие нити. Их можно было обнаружить, только если замереть рядом и наблюдать.
— Мо Жань? — окликнул его Сюэ Мэн, но Мо Жань не обратил на него внимания.
Вдруг он стремительно рванулся вперед и схватил за шею одного из мертвяков. Вытащив другой рукой скрытый в рукаве маленький кинжал, он вонзил его прямо в сердце трупа.
Черная кровь брызнула ему на лицо!
Широко разинув рот, изумленный Сюэ Мэн отступил на пару шагов, буквально лишившись дара речи.
Сначала он подумал, что Мо Жань, похоже, сошел с ума…
Он видел лишь его точеный профиль, когда тот быстро вскрыл грудную клетку трупа и, достав оттуда грязно-серое сердце, раздавил его. Внутри гниющей плоти оказалась скрыта маленькая круглая шашка — камень для вэйци.
Удивляться тут было нечему: все трупы на горе Хуан явно находились под контролем техники Вэйци Чжэньлун, но Мо Жаня интересовал вовсе не этот черный камень… Невзирая на нестерпимую вонь, он продолжил тщательно копаться в месиве из гниющей плоти и крови.
Сюэ Мэн не выдержал и, согнувшись пополам, проблевался.
— Ты! Ты ненормальный?.. Это так омерзительно… оу…
Не обращая на него внимания, Мо Жань тщательно перебирал сгустки крови, пока, в конце концов, не нашел то, что искал.
Осмотрев камень, он обнаружил присосавшееся к нему багряно-красное насекомое... пожирающего души жука-шихунь.
В тот же миг из земли вдруг вырвались десятки тонких отростков ползучей лозы и устремились к окровавленным рукам Мо Жаня! Он начал быстро уклоняться, но плети лозы продолжали настойчиво следовать за ним, словно утянуть под землю эту шашку вместе с жуком для них было вопросом жизни и смерти.
Теперь Мо Жань полностью осознал замысел Сюй Шуанлиня и способ, которым он планировал его реализовать.
Волосы на его теле встали дыбом, кровь застыла в венах…
Потому что за исключением Наступающего на бессмертных Императора, никто в мире не мог додуматься применить эту темную секретную технику подобным образом!
Так же как Чу Ваньнин когда-то изобрел «Десять тысяч волн, обращенных вспять», эти черные камни, жуки-шихунь и толпа зомби были частью хорошо знакомого Мо Жаню боевого построения «Формирование Единого сердца», которое было создано им в прошлой жизни!
Если прежде это были всего лишь догадки, то воссоздание этого формирования было для него равносильно удару пыльным мешком по голове. Исходя из этого, еще два его предположения можно было принять как свершившийся факт:
Во-первых, в этом мире, кроме него, есть как минимум еще один возрожденный.
Во-вторых, этот возрожденный очень хорошо знаком с техниками Наступающего на бессмертных Императора из прошлой жизни.
У Мо Жаня затряслись руки. Он еще крепче сжал в ладони черный камень с присосавшимся к нему красным жуком. Просачиваясь между пальцев, вонючая кровь капала на землю.
Он автоматически уворачивался от атакующих его со всех сторон тонких лоз, но в голове у него царил полный хаос.
Вместе с волной панического ужаса в его памяти всплыли обрывки воспоминаний из прошлой жизни…
Тогда ему было всего лишь девятнадцать.
К тому времени Небесный
