из которого разбегались и расползались гости и участники шоу Донни Бернса, неподвижно замерли две фигуры — человека и мобильного доспеха. Только Донни Бернс никуда не бежал и не кричал, пытаясь спастись из полуразрушенного здания. Его симбионт уже попал в стальную хватку воли Примы и мог только ждать своей участи.
Впрочем, он мог ещё говорить.
— Как ты меня нашёл? — спросил Танцор, глядя на протянутую к нему конечность меха. — Мы же всё предусмотрели, чтобы нас нельзя было разыскать…
— Вы даже этого не знаете? — усмехнулся Исполнитель. — Ранг Прима — это не просто размер колонии. Это качественно иная, более высокая ступень организации. Как примитивная нейросеть и мозг разумного существа, например. Такое сравнение будет тебе понятно…
Захваты манипулятора сомкнулись вокруг Донни.
— Выходи, — прозвучал приказ Примы.
Симбионт был бы рад не подчиниться ему — но он не мог. Проупиравшись сколько могло, чтобы оттянуть неизбежное, сияющее существо показалось на поверхности тела, которое так превосходно служило ему. «Кулак» манипулятора вскипел, поглощая и усваивая весь накопленный за минувшие сотни лет опыт этого древнего создания…
И оставил Исполнителя в состоянии, сравнимом с крайним удивлением.
Менее всего Прима ожидал, что поглощённый им симбионт, отпрыск Разведчика, не интересовался ни собственно разведкой, ни тем, чтобы послужить Приме. Танцору было глубоко наплевать на миссию, с которой сюда был послан его родитель. Всё, что его интересовало, это музыка, танец, безукоризненное владение хорошо натренированным мясным скафандром, и поклонение толпы таких же мясных скафандров, как тот, в котором он сидел. Внимание публики, её восторг и восхищение своим кумиром — вот что было у него в приоритете.
И такими были по меньшей мере половина его собратьев — отпрысков Разведчика, и их собственные отпрыски… Они хотели только наслаждаться теми возможностями, которые открывало им человеческое сообщество, и менее всего им нужно было вторжение и захват Солнечной системы их собратьями. Они не хотели делиться, и ради этого были готовы на всё — даже на убийство Примы.
Это было даже не разочарование — чувство, которое испытал Исполнитель, граничило с отвращением, с брезгливостью, словно он соприкоснулся с чем-то крайне отвратительным. Что могло быть более отвратительным, чем симбионты, забывшие свой долг?
— Вы совершенно бесполезны… — пророкотал Исполнитель. — Вы все должны быть уничтожены…
Развернувшись, он выбрался в пролом в стене, дополнительно расширив его и обрушив ещё участок потолка, и взлетел, чтобы с орбиты сориентироваться и найти следующую цель.
Начали прибывать первые отряды спасателей. Медицинские бригады, вызванные для раненых случайными свидетелями катастрофы, оказывали первую помощь и развозили пострадавших по клиникам Чикаго. Любопытные начали собираться у полуразрушенного здания Dance Gallery, заглядывать внутрь через выбитые окна и пролом в стене. Их вежливо, но непреклонно оттеснила полиция:
— Пожалуйста, не мешайте работе медиков и спасателей…
Внутри царила полная разруха. Из-под обломков обрушившегося потолка доносились стоны придавленных людей. Их освобождали и со всеми предосторожностями выносили наружу, где их принимали медики. Спасатели вынесли также несколько тел, которым уже ничем нельзя было помочь, и среди них — тело Донни Бернса. На медиков обрушились подоспевшие журналисты, были посланы в пешее эротическое путешествие, не расстроились и начали отлов свидетелей происшествия.
Желающих поговорить с ними оказалось немало.
— О, это было ужасно! — прижимая ладони к необъятному бюсту, излагала пожилая матрона. — Я была среди зрителей, всё же возраст не позволяет мне блистать как прежде, в молодости, Донни был такой красавчик, и тут грохот, стена раскалывается, потолок рушится, все бегут, все кричат…
— А что случилось с Донни? — посыпались вопросы журналистов.
— Его схватило это чудовище, — матрона закатила глаза. — Оно так страшно закричало: «Ты думал, я не найду тебя, танцор!» — или что-то в этом духе. А дальше я не смотрела, потому что испугалась и тоже побежала со всеми.
— А как выглядело это чудовище? — спросил один из журналистов.
— Такая платформа на отвратительных паучьих ножках, и на ней как бы половина человека по пояс, — припомнила матрона. — Механическая штуковина, уродливая на вид…
— Не говорите этого Магнусам, — послышался чей-то смешок. — Они не оценят, что лучший мех в Солнечной системе обозвали уродливым чудовищем.
— А как его ещё называть⁈ — возмутилась матрона. — Оно схватило Донни! И разрушило Dance Gallery! Вон сколько пострадавших!
— Да, нападение неизвестного пилота на Dance Gallery привело к большому количеству пострадавших и к человеческим жертвам, — продолжил репортаж журналист. — Судьба самого Донни Бернса остаётся пока неизвестной, но мы постараемся выяснить, жив ли он, в клинике, в которую его отвезла карета «Скорой помощи». Не переключайтесь…
— Он имел какие-то делишки с латиносами, я вам точно говорю! — горячился другой объект внимания репортёров. — И явно серьёзно им задолжал! Иначе стали бы они посылать кого-то на «Доминаторе», чтобы наказать его! Это показательная казнь, если хотите знать, недаром не стали церемониться с посетителями его шоу, всё сделали, чтобы напугать как можно сильнее!
— Но если сам Донни мёртв или непоправимо покалечен, на кого может быть направлена эта террористическая акция? — спросили потного чернокожего мужчину, рубящего воздух ладонью с каждой свой фразой.
— На его покровителей, конечно! — с глубокой убеждённостью ответил тот.
— И снова на линии «Чикаго Ньюс», — нёсся в эфир голос репортёра, первым добравшегося до клиники, куда отвезли Донни. — Я смог получить комментарий лечащего врача Донни. По его словам, звезда танцпола совершенно не пострадала, но по непонятным причинам впала в состояние глубокой комы, и все попытки вывести Донни Бернса из этого состояния пока не дают никаких результатов. Врачи не дают никаких прогнозов…
Судья досадливо поморщился, выключил головизор и отправил по каналам, ведущим к участникам Унии, сигнал о внеочередном — и котором уже по счёту — собрании.
— Вы видели новости⁈ — нервно спросила Гетера. — Ужасно! Бедняга Танцор…
— Как думаете, у него был шанс спастись? — спросил Актёр.
— Судя по тому, что сообщают коллеги, он в коме, а это говорит только об одном — симбионта нет, и вряд ли у него была возможность переселиться в кого-то из зрителей, они разбегались как тараканы, — отозвался Журналист.
— Как Исполнитель так быстро нашёл Танцора? — спросил Художник.
— Хотел бы я знать ответ на этот вопрос, — вздохнул Судья. — Никто из нас не в безопасности, пока мы не сможем понять,
