Оплакиваю своего отца, из-за чувства вины, которое, похоже, поглотило его, зная, что его решение привело его сына к смерти. За то, что несла груз правды на своих плечах.
Я оплакиваю свою мать, которая хотела только лучшего для своих детей и была вынуждена бросить нас.
Оплакиваю Грэма, за то, что он вырос в извращенном мире с отцом-злодеем. За то, что взял на себя ответственность за свою сестру и ее дочь, вместо того чтобы жить своей собственной жизнью.
Я плачу из-за себя. Моя семья разорвана надвое, все пошло наперекосяк, и не знаю, как двигаться дальше в таком состоянии. Никогда не чувствовала себя такой одинокой.
И плачу о любви, которую, как мне казалось, нашла, только для того, чтобы узнать, что все это было ложью.
Даже когда лежу в постели в маминой гостевой спальне, слезы продолжают капать.
Всю ночь и последующую после случившегося в течение долгого, очень долгого времени.
***
В ПОСЛЕДУЮЩИЕ МЕСЯЦЫ Я ПОЗВОЛЯЛА СЕБЕ ПРЕДАВАТЬСЯ ОТЧАЯНИЮ, ПОКА ИСКАЛА КВАРТИРУ. Использую это время, чтобы сосредоточиться на себе и зализать свои раны.
Остаюсь с мамой, наверстывая время, которое мы потеряли, когда папа отослал ее. Мы проводим праздники вместе, и, хотя мне грустно проводить еще одно Рождество без Эрика, однако интересно, как Грэм, Джен с Гвенни проводят каникулы, и, хотя чувствую себя виноватой за то, что оставила папу одного, все равно приятно воссоединиться с мамой. Во-первых, мы никогда не хотели расставаться.
Еще один выбор, который был отнят у меня моим отцом.
Время, как всегда, движется вперед, и после начала нового года я решаю пойти на терапию. На меня навалилась тяжесть, и не знаю, как избавиться от нее, но знаю, что должна это сделать.
Одна из многих вещей, которым научилась у своего психотерапевта, заключается в том, что вы не можете изменить прошлое. Только свою точку зрения и продолжать двигаться вперед.
Так что это именно то, что я делаю.
И мало-помалу восстанавливаюсь.
Когда приходит весна, нахожу квартиру и переезжаю из маминого дома. Чувство надежды просачивается внутрь, медленная утечка, которая начинает заполнять меня. На горизонте появляются новые возможности. Я чувствую, как происходят изменения, тяжесть, давящая на грудь, исчезает, и именно тогда понимаю:
Пришло время оставить прошлое в прошлом.
И начать жить с чистого листа.
Ради себя и Эрика.
ГОД СПУСТЯ…
ГЛАВА 16
ЭВА
— ЭТО МЕСТО ПРОСТО ПОТРЯСАЮЩЕ!
Улыбка растягивается на моих губах.
— Спасибо. Я так взволнована сегодняшним вечером.
Диана поднимает свой бокал с шампанским и кружится вокруг.
— За мою талантливую, удивительную и крутую подругу!
Мама чокается своим бокалом с бокалом Дианы.
— Выпьем за это!
Мы все делаем по глотку, а потом машу руками.
— Ладно, давай уберем все это барахло. Некоторые из детей, которые придут сюда сегодня вечером — наркоманы, и им не нужно находиться рядом с алкоголем.
— Хорошая мысль. — Диана убегает, и я замечаю, как она подносит бутылку ко рту, прежде чем исчезнуть в задней комнате.
— Как ты? — спрашивает мама.
Глубоко вдыхаю и опускаю плечи на выдохе.
— Неплохо. Я не могу поверить, что все сложилось таким образом. Только надеюсь, что люди появятся, и все будет в порядке.
— Этого не случится. — Мама сжимает мои плечи. — Ты поможешь изменить так много жизней. Так усердно трудилась ради этого момента.
Мне повезло, когда я нашла свою двухкомнатную квартиру в Сохо (прим.: район на Манхэттене). Внизу освободилось помещение, которое также можно было сдать в аренду, и домовладелец предложил мне за него отличную цену, поскольку буду жить прямо над ним.
Мама и Диана потратили так много времени, помогая мне отремонтировать помещение, и в итоге превратили его в художественную студию моей мечты. Я многим им обязана. Сегодня вечером торжественное открытие, и, хотя они рядом со мной, все еще чувствую пустоту в груди.
Место, которое принадлежит Грэму.
— Ты связывалась с ним? — мягко спрашивает мама, зная, куда часто уходят мои мысли.
— Не знаю, что бы сказала.
— Тебе не обязательно все это выяснять, прежде чем звонить ему. Просто начни с простого «привет». Пусть все идет своим чередом.
После всего, через что мы прошли, после всего прошедшего времени, я не уверена, что сказать «привет» было бы так просто.
Когда я оглядываю свою студию, грусть сжимает мои внутренности, глубоко внутри, где заперла все свои чувства к Грэму. Часть меня хочет, чтобы он был здесь и разделил со мной этот момент сегодня вечером. В конце концов, это была его идея: художественная студия для подростков из группы риска и людей, страдающих депрессией.
Диана с важным видом возвращается к нам.
— Видели сегодня кого-нибудь из соседей?
— Нет. Всю неделю было довольно тихо.
— И ты отправила ему приглашение на сегодняшнее открытие, верно?
— Или она — ведь соседка могла бы быть ею. И да, я сделала это.
Диана убеждена, что арендатор по соседству с моей художественной студией — мужчина. Некоторое время это помещение пустовало, но всего два месяца назад сквозь стену, которую мы разделяем, донесся звук электрической дрели. Заиндевевшие окна не позволяют Диане заглянуть внутрь, а дверь всегда заперта. В окне висит одинокая вывеска, наша единственная подсказка: скоро откроется студия по кикбоксингу.
— Дай мне еще раз взглянуть на записку.
Мои глаза закатываются прежде, чем слова слетают с губ.
— Ди, ты читала записку достаточно много раз. Стоило уже запомнить это наизусть.
Мама сдерживает смех.
— Я думаю, она сделала это только что.
Диана игнорирует нас обоих и рывком открывает ящик за моим столом, вытаскивая хрустящую белую бумагу.
— Увы, но почерк не женский.
— Потому что Ди теперь детектив, — бормочу я маме.
— И женщина определенно не стала бы обращаться к другой женщине, начиная с «Привет, соседка». Диана держит письмо перед моим лицом, как будто, взглянув на него в миллионный раз, я вдруг передумаю.
Я выхватываю его у нее и смотрю на маленькие аккуратные буквы, нацарапанные на бумаге:
ПРИВЕТ, СОСЕДКА,
Надеюсь, я не сильно шумел. Спасибо за приглашение на твое торжественное открытие. С нетерпением жду встречи с тобой там.
— Видишь? — Диана тычет в бумагу указательным пальцем. — Это точно парень.
— Ты этого не знаешь.
Диана приподнимает бровь.
— Поспорим? Держу пари, владелец этого спортзала — горячий, накачанный, восхитительно сексуальный мужчина. Даже могу зайти дальше и скажу, что он высокий, темноволосый и красивый. Ему где-то за двадцать. Холост.
— Хочешь также угадать его знак зодиака? — спрашивает мама.
Я хихикаю.
— Держу пари, владелица бизнеса по соседству — женщина лет сорока. Разведена и имеет двоих детей. Представляю себе блондинку с хорошими формами. — Мы пожимаем друг другу руки.
— На что спорим?
Диана перекидывает волосы через плечо.
— Когда я окажусь права, тебе придется пойти с ним на свидание.
Усмехаюсь.
— Ни за что. Никакого спора.
— Ты, кажется, так уверена, что владелец — не мужчина. — Она пожимает плечами. — Тебе не о чем беспокоиться.
— Ладно. А если права я? Тебе придется убирать здесь неделю.
— Договорились. — Диана хлопает в ладоши от восторга, как будто она уже выиграла.
Подруга приставала ко мне по поводу свиданий. Я думаю, это лучше, чем первые шесть месяцев, когда она докучала из-за звонка Грэму.
Возвращаю ей письмо и вытираю ладони о джинсы.
