– Элен Монтейт что-нибудь говорила об оружии? – спросил коронер.
– Одну минутку, – вмешался прокурор, – сделала ли она заявление добровольно или же после общения с вами?
– Мы спросили, видела ли она револьвер прежде и она ответила «да». Она взяла его по просьбе своего супруга и приобрела для него патроны в субботу третьего сентября.
– Она назвала своего мужа?
– Она сказала, что человек, которого она считала своим мужем, был Фраймонт С.Сейбин.
– У кого-нибудь есть еще вопросы? – спросил коронер.
– Вопросов не имею, – ответил Мейсон.
– У меня пока все, – сказал прокурор.
– Вызываю Элен Монтейт. – Повернувшись к присяжным, коронер заметил: – Полагаю, мистер Мейсон не захочет, чтобы его клиентка сейчас делала какие-то заявления. Возможно, она не станет отвечать на вопросы, поскольку ее задержали по подозрению в убийстве, но я хочу, чтобы вы посмотрели на нее и составили для себя какое-то мнение.
Элен Монтейт была приведена к присяге.
Мейсон поднялся с места и обратился к коронеру:
– Вопреки вашим ожиданиям, я советовал своей клиентке отвечать на любые вопросы. Больше того, я посоветовал мисс Монтейт рассказать членам Жюри свою историю, ничего не утаивая.
Элен Монтейт повернулась к присяжным. Во всех ее движениях чувствовалась предельная усталость, но вместе с тем какая-то гордость, даже вызов. Она рассказала о человеке, однажды вошедшем в библиотеку. Он познакомился с ней, подружился, потом дружба переросла в настоящую любовь. Она рассказала про их брак, про медовый месяц, продолжавшийся два дня, которые они прожили в маленьком домике в горах.
Понемногу присяжные почувствовали романтическую прелесть отношений этих людей, и поняли, какой удар пережила эта худенькая женщина, когда узнала о трагической развязке ее короткого счастья.
Однако Раймонд Спрэг с трудом сдерживался от желания поскорее приступить к перекрестному допросу. Не успела она закрыть рот, как он громко спросил:
– Вы взяли револьвер из коллекции в библиотеке?
– Да.
– Почему вы это сделали?
– Мой муж попросил у меня оружие.
– Почему он не купил себе нового?
– Он сказал, что ему нужно немедленно, а по закону оружие продают лишь через три дня после подачи заявки.
– Он объяснил вам, зачем ему понадобилось оружие?
– Нет.
– Вы отдаете себе отчет, что решились на воровство?
– Я ничего не воровала. Я просто взяла на время.
– Выходит, Фраймонт Сейбин обещал его возвратить?
– Да.
– Вы хотите уверить присяжных, что Фраймонт Сейбин специально заставил вас украсть револьвер из коллекции. Тот револьвер, из которого он был застрелен?
– Не отвечайте на вопрос, мисс Монтейт, – сказал Мейсон. – Вы должны сообщать только факты. Не сомневаюсь, что присяжные вас прекрасно поймут.
Спрэг с негодованием повернулся к Мейсону.
– Я считаю, что мы обойдемся без всяких технических фокусов!
– Несомненно! – улыбнулся Мейсон.
– Но ведь это же процессуальная тонкость.
– Ну что ж. Я просто не советую моей подзащитной отвечать на неправильно сформулированный вопрос.
– Я требую, чтобы она ответила на мой вопрос! – прокурор обратился Раймонд Спрэг к коронеру.
Коронер покачал головой.
– Мне думается, мистер Спрэг, вы должны спрашивать мисс Монтейт только о фактах. Не задавайте ей вопросов о том, что она хочет внушить присяжным.
– Что вы скажете про попугая? – спросил Раймонд Спрэг у Элен Монтейт.
– Вы имеете в виду Казанову?
– Да.
– Его купил мистер Сейбин, то есть так я считала.
– Когда?
– В пятницу, второго сентября.
– Что он сказал, принеся попугая домой?
– Сказал, что ему всегда хотелось приобрести попугая, вот он его и купил.
– После этого попугай жил у вас?
– Да.
– Где вы были в воскресенье четвертого сентября?
– Я была с моим мужем.
– Где?
– В Санта-Дель-Барра.
– Вы останавливались там в отеле?
– Да.
– Под какими именами?
– Как мистер и миссис Вэйллман, разумеется.
– И с вами находился Фраймонт С.Сейбин, назвавшийся Джорджем Вэйллманом?
– Да.
– Револьвер в то время был у него с собой?
– Наверное. Не знаю. Я его не видела.
– Он вам ничего не говорил о своем намерении поехать в охотничий домик на открытие рыболовного сезона?
– Конечно, нет. Он же уверил меня, что он бедняк, ищущий работу. Сказал, что в понедельник ему надо кое с кем повидаться, поэтому я поехала к себе домой.
– Это было пятого?
– Да.
– Где вы были во вторник шестого?
– Вторую половину дня я провела в библиотеке, а утром ездила в горный домик.
– Так вы туда ездили шестого числа?
– Да.
– Что же вы там делали?
– Просто обошла его со всех сторон.
– Около одиннадцати часов утра?
– Да.
– Как выглядел домик в то время?
– Точно так же, как и тогда, когда мы оттуда уехали.
– Ставни были закрыты?
– Да.
– Точно так, как это видно на фотографии?
– Да.
– Вы слышали попугая?
– Нет.
– Домик казался нежилым?
– Да.
– Вы не заметили, была ли машина в гараже?
– Нет.
– Что вы сделали?
– Походила вокруг и уехала.
– Зачем вы туда ездили?
– Я поехала туда... просто посмотреть на это место. У меня было несколько свободных часов, мне захотелось прогуляться, а дорога туда очаровательная.
– Но дальняя, не так ли?
– Да.
– Вам известно, что по нашим данным мистер Фраймонт С.Сейбин был убит в период от половины одиннадцатого до одиннадцати часов?
– Да.
– И что он приехал в домик в понедельник пятого?
– Да.
– Вы заявляете, что, приехав туда, нашли домик с закрытыми ставнями, ничто не показывало, что в нем кто-то есть, попугая не было слышно, а мистера Сейбина вы не видели?
– Да. Домик был в точно таком же состоянии, как и прежде. Мистера Сейбина, повторяю, я не видела. Я не имела понятия, что он был в домике. Я не сомневалась, что в то время он подыскивал в Санта-Дель-Барре помещение для будущей бакалейной лавки.
– Я считаю, – сказал Мейсон, – что свидетельница сообщила нам все известные ей факты, дальнейший опрос приобретает характер перекрестного допроса и оспаривания ее показаний. Поэтому я советую своей клиентке не отвечать на дальнейшие вопросы, пока в ходе дознания не обрисуются какие-то новые факты.
– Прекрасно, – с угрозой в голосе, заявил прокурор, – я как раз перехожу к новой фазе расследования. Скажите, свидетельница, кто убил попугая, находившегося в вашем доме?
– Я не знаю.
– Попугая вам принесли в пятницу, второго числа?
– Правильно.
– А в субботу, третьего числа, вы уехали со своим мужем?
