После того, как Пауль произнес по скандинавскому обычаю речь, приглашая гостей разделить с ним трапезу, и поднял первый бокал, разговор зашел об обвале в горах. В течение беседы Пауль несколько раз взглянул на Бет, и она поняла, что он думал о том, что произошло между ними. Она каждый раз краснела и надеялась, что он не заметит ее смущения при неярком свете свечей. Ей пришлось выдержать не один его пристальный взгляд, так как по старой традиции гостям не разрешалось пить в одиночестве и он поднимал бокал за нее, чтобы она пила вместе с ним. Бет подумала, что в этой традиции таилась большая сила, ибо можно было многое передать взглядом в такие моменты. Гости тоже поднимали бокалы, давая понять, что им приятно общество друг друга; офицер усиленно ухаживал за Бет, особенно после обеда, когда все перешли в гостиную. Бет льстило внимание молодого человека, она чувствовала, что может поступать с ним, как заблагорассудится, но предпочитала держать его на почтительном расстоянии, не пытаясь вселять надежды, которые могли привести к разочарованию. Он оставался, пока позволяли приличия, но, в конце концов, вынужден был откланяться, так и не дождавшись обещания следующей встречи.
Пауль и Анна попрощались с Бет на ночь у лестницы, ведущей наверх. Когда она закрыла за собой дверь спальни, то вдруг почувствовала страшную усталость, все тело болело и ныло. Но заснуть Бет не могла. В соседней комнате вскрикивала во сне Джулиана, – видимо, ей снились кошмары. Бет пошла к ней и застала Джулиану в слезах, они текли из-под сомкнутых век; Бет перевернула ребенка на другой бок и тихим голосом пыталась ее успокоить.
Девочка перестала плакать и свернулась калачиком, крепче прижав к себе куклу.
Выйдя из детской. Бет поняла, что уснуть не удастся, и решила спуститься вниз, чтобы поискать что-нибудь почитать. Стояла уже вторая половина лета, ночи стали темнее, Бет зажгла свечу. «Как тихо и спокойно в Нилсгаарде», – думала Бет, неслышно ступая в тапочках по сосновым ступеням. Какие бы бури не бушевали, какие бы трагедии не совершались здесь в прошлом, дом продолжал оставаться мирным домашним очагом. Бет с еще большей горечью вспомнила неуютный дух Дома у Черного Залива. Она задрожала при мысли, что этот дух может обрести физическое обличье и предстать перед ней в один прекрасный день.
Бет прошла через холл в библиотеку. Пауль водил туда ее и других гостей после обеда и показывал им карту Тордендаля, вделанную в стену. Она была когда-то изготовлена для губернатора – датчанина, который построил Нилсгаард. Ни сам особняк, ни многие фермы и места в долине с тех пор не меняли названий: они, как и земли и дома, передавались от поколения к поколению. Необходимость в нововведениях и изменениях возникала только там, где появлялись новые постройки, а этому предшествовали годы тяжелой работы по измельчению обвалившихся горных пород и превращению их в годную для посевов почву. От дрожащего пламени свечи ее отражение скользнуло по окнам, затем она прошла к карте на дальней стене библиотеки. Вдруг Бет почувствовала какое-то странное движение рядом с ее тенью на стене и испуганно остановилась. В зеркале она ясно видела свое отражение, но за его контурами что-то неуловимое наплывало и колебалось, и было невозможно понять, что это такое. Снова она почувствовала, как волосы на голове зашевелились от ужаса, а по спине пробежала дрожь, Бет зажала ладонью рот, подавляя готовый вырваться крик, постаралась собраться с духом и обдумать ситуацию, убеждая себя, что это только легкий ореол вокруг ее отражения. Но всем своим существом она ощущала, что это нечто большее. Опять происки духа Дома у Черного Залива, который не дождался ее возвращения и вышел на поиски? Она подбадривала себя, уверяя, что не должна отступать, это окончится безумием, а наступление может принести победу. Она решительно подошла к окну, высоко держа свечу, огонь которой выхватил из тьмы часть пространства по другую сторону стекла. Но снаружи не было ничего подозрительного.
Бет вздохнула с облегчением и распрямила плечи. Вот так нужно действовать всегда – не выказывать страха. Только так можно усмирить дух старого дома и остаться невредимой.
Подойдя к полкам, Бет взяла книгу, которая показалась ей интересной, и уже выходила из библиотеки, когда уверенность в том, что за ней кто-то наблюдает, снова вернулась. Она не решилась обернуться, боясь потерять самообладание. Тогда все будет кончено. Сохраняя видимое спокойствие, она покинула библиотеку, еле передвигая ноги от бешеного сердцебиения.
Усилием воли девушка заставила себя спокойно подняться по лестнице и уже на площадке увидела нечто неожиданное. В дальнем конце коридора дверь в спальню Анны была настежь открыта, в проеме вырисовывался силуэт Пауля, его шелковый халат матово мерцал в свете лампы. Потом он вошел в комнату. Бет мгновенно юркнула в свою спальню. Ее охватила целая буря ощущений – отчаяние, злость и смущение странным образом переплелись в трудно распутываемый клубок.
ГЛАВА ВОСЬМАЯ
На следующее утро Бет завтракала с Джулианой и фрекен Ларсен в залитой солнцем гостиной. Пауль, как утверждала гувернантка, поднимался очень рано и обычно либо занимался делами в кабинете, либо выезжал в поле, либо просто катался верхом. Иногда он отправлялся на малые озера удить рыбу. Анна, напротив, редко спускалась вниз раньше одиннадцати. Бет поняла, чьи шаги под окном она слышала в пять утра. Она не спала почти всю ночь.
– Вы будете довольны, если я скажу, что больше обвалов не было, – заметила фрекен Ларсен, отправляя в рот большой кусок вафли. – Дорогу уже расчистили. – Она помедлила, прежде чем продолжить. – Вы говорили на днях, что хотели бы увидеть поближе ледники. Возможно, скоро, когда вы полностью оправитесь от потрясения, я смогу свозить вас туда. Возьмем Джулиану, это будет наша совместная прогулка.
– Было бы великолепно! – горячо одобрила идею Бет. – Гораздо интереснее, чем гулять одной.
– Можно сочетать прогулку с уроками для Джулианы, – пояснила гувернантка, бросая умильные взгляды на воспитанницу. – Я никогда не упускаю возможности вызвать интерес Джулианы ко всему, что бы мы ни делали.
– Можно мне посидеть на ваших уроках, когда будет удобно?
Фрекен Ларсен чрезвычайно обрадовалась:
– Обязательно! Мы начнем занятия сразу после завтрака. Почему бы вам не посидеть в классе сегодня?
Бет не очень рвалась в Дом у Черного Залива, и после завтрака они втроем отправились в классную комнату, которая располагалась в другом конце первого этажа. Бет там еще не была. Джулиана пришла в восторг, когда узнала, что они с фрекен Ларсен смогут принимать собственную гостью, и помчалась вперед приготовить парту к их приходу.
