– Вы нашли кого-нибудь, кто согласился бы делать уборку в вашем доме? – спросила она.
– Нет, я еще не занималась этим. Можете кого-нибудь порекомендовать?
Девушка отвела глаза.
– Нет. И даже если бы знала, никому не посоветовала бы взяться за эту работу… после того, что случилось с мамой. Этот дом приносит несчастья… Вам бы лучше самой переехать оттуда, пока не случилось беды.
Слова девушки произвели на Бет гнетущее впечатление. Поэтому она необычайно обрадовалась, встретив на обратном пути гувернантку. Они шли вместе, беседуя о разном. Бет рассказала, как ее поразило состояние транса, в котором она застала Джулиану на валуне.
– Я думаю, что она пытается вернуть голос, – поделилась догадкой фрекен Ларсен. —
Она потеряла дар речи именно там, и, возможно, какие-то воспоминания заставляют ее возвращаться на то место в надежде снова заговорить. Поэтому я особенно и не запрещаю ей туда ходить. Это не транс – просто глубокая сосредоточенность, мисс Стюарт.
Когда они расстались. Бет пошла к валуну и постояла на том месте, где застала Джулиану. Что она видела оттуда? Сбоку просматривался старый дом. Впереди, на другом берегу – Холстейнгаард. Три угла треугольника. Внизу лежало озеро; сейчас его гладь отливала нежно-голубым, но в ту ночь, когда воды сомкнулись над головой Джины, оно было освещено лунным светом. Что именно преследовало Джулиану – желание вновь заговорить или вспомнить подробности трагедии?
ГЛАВА СЕДЬМАЯ
Спустя несколько дней Бет решила взобраться на высокие утесы на краю долины, где, как ей говорили, можно было найти редкие цветы ярко-пурпурного цвета, известные под названием «арктическая роза».
По пути ей попался экипаж, который подвез Бет до водопада. Поворачивая назад, возница спросил:
– По какой тропинке вы собираетесь подняться?
Она указала на извилистую дорожку, петлявшую через лес. Он одобрительно кивнул и крикнул, заглушая звук воды:
– Идите по ней, не сворачивая!
Бет начала восхождение, стараясь не терять из виду нужную вершину, которая время от времени появлялась в просветах между деревьями, словно наблюдая за самозваной гостьей.
Бет радовалась, что ей удается подниматься довольно быстро, мышцы ног окрепли, она двигалась легко и свободно. В детстве Бет получила хорошую закалку, лазая по горам в окрестностях Эдинбурга и в других горных местностях, теперь потребовалось только вспомнить прежние навыки.
Наконец Бет добралась до промежуточной вершины и сверху осмотрела долину: колосья налились спелостью, травы давали уже второй укос за лето, и крестьяне не теряли времени. Она продолжила восхождение. Внезапно девушка поняла, что сошла со своей тропы. Она и сама не могла точно сказать, как это случилось, просто вдруг увидела Торденгорн под несколько другим углом. Бет не очень встревожилась, ибо день был не жаркий, а в меру теплый и вполне ясный, поэтому можно было не опасаться, что тучи закроют пик, и по-прежнему использовать его как ориентир, хотя, потеряв тропинку, определять направление движения стало труднее. В ее коробочке уже лежало несколько разных видов роз, но пурпурная, которую она искала, пока не попадалась.
Через некоторое время, однако, она набрела на пурпурный цветок, но он уже увял. Все же появилась реальная надежда, и Бет продолжала идти, не поднимая глаз, спотыкаясь о выступы и обходя валуны, перепрыгивая через горные ручьи и утопая по щиколотку в сыром мху, но упорно продвигаясь вверх, влекомая страстным желанием найти арктическую розу. Наконец, алая головка мелькнула в расщелине скалы. Бет не могла поверить собственным глазам – перед ней предстал целый куст с шестью бутонами цвета темно-красного бархата. Затаив дыхание от волнения, Бет нагнулась, чтобы сорвать цветы, не повредив корни, для чего машинально оперлась о небольшой выступ скалы. Когда она выпрямилась, откуда-то из проема между скалами на нее вдруг посыпалась земля. Цветы, правда, остались на месте, но тот клочок земли, где они росли, теперь завис в воздухе. Бет подобралась ближе; цветы словно ждали, когда она протянет за ними руку.
– Не двигайтесь! Ради Бога, не двигайтесь!
Предупреждение прозвучало совершенно неожиданно, и Бет застыла, словно примерзла к скале. Взглянув вниз, она увидела Пауля Рингстада – далеко, на берегу небольшого горного озера. Она поняла, что забралась очень высоко и стояла на крутом, покрытом мхом склоне, и это означало, что она потревожила скалу, потому что камни до сих пор продолжали скатываться вниз со страшной силой.
Он закричал снова, сложив руки рупором:
– Вы находитесь на Торденгорне!
Слова долетали до нее как сквозь густой туман, но, взглянув вверх, она поняла, что он прав. Вершина была все так же неприступно высоко, как раньше, но теперь Бет видела ее под другим углом: очевидно, сбившись с пути, она взобралась на опасное место. К счастью, она еще не успела вызвать сильного обвала, хотя нависшая порода готова была оторваться в любую минуту. Она поняла, что может не удержаться на ногах и будет скользить с высоты без остановки до самого водопада, где любой человек или животное рискует получить смертельный удар.
Видя, что Бет вняла его предупреждению, Пауль Рингстад стал двигаться вверх, не тратя времени на слова. Он взбирался ловко и быстро, следуя тем путем, которым предположительно поднималась она, стараясь не задевать валунов, а держаться поросших травой мест. Легкий сюртук распахивался при каждом движении, золотая цепочка часов блестела на солнце.
Чем выше он поднимался, тем осторожнее становились его движения; Бет впервые поняла, насколько серьезно ее положение. Скала, которую она задела, была не очень большого размера, до тридцати сантиметров в диаметре, но она служила опорой для множества других. Очевидно, много лет назад они падали с вершины одной многотонной массой, хотя определенно утверждать это никто бы не решился.
Земля продолжала скатываться небольшими комьями: порода все еще испытывала давление.
Бет надеялась, что Пауль подскажет, как ей лучше действовать, чтобы выбраться из опасного места, но он не собирался этого делать. Он достиг того уступа, где она стояла, не говоря ни слова обхватил ее за талию и заставил не двигаться.
– Теперь делайте только то, что я скажу, – резко произнес он. – Никаких вопросов, потом скажете все, что захотите.
Она подумала, как высокомерен он может быть, даже оказывая помощь, но не стала возражать, только согласно кивнула, ощущая неловкость от близости его тела, прижатого к ней, от силы его руки, крепко державшей ее.
– Поставьте левую ногу рядом с моей, – приказал он отрывисто. – Ни в коем случае нельзя потревожить ни одного камешка. Вот так, хорошо. Еще чуть-чуть вперед…
