— Ваше Сиятельство, держите себя в руках, в зале находятся невинные люди! А я всего лишь хотела напомнить вам о древних традициях Риона.
Вот зараза…! Но делать нечего, пришлось мне прервать поток магии. Но извинений она от меня не дождется
— О каких традициях вы говорите, сестра Миидора? Где и в каком законе написано, что за покушение на жизнь князя и его семьи преступника ждет что-то иное, нежели плаха и четвертование? Я не понял, вы настаиваете на обязательной казни Гризельды Трагорнен или предлагаете заменить ее на отбывание в каменоломнях?
Кто-то из дам в зале громко ахнул, осознав наконец, чем может обернутся “безобидный” приворот. А вы как думали, курицы безмозглые?! Рассчитывали, что я здесь в благородство буду с вами играть? Нет, уж. Глупое милосердие — прямой путь к безнаказанности, и с этим не ко мне. Наказание должно быть соразмерным преступлению и не зависеть от пола преступника. В конце концов, в тех же каменоломнях кто-то тоже должен готовить еду для каторжан, стирать их одежду и убираться в общих бараках. И еще большой вопрос, что милосерднее: отправить женщину в каменоломни или в Обитель Скорбящих, по сути являющуюся тюрьмой строгого режима.
— Нет, конечно! — тут же пошла на попятную чертова монашка, зло сверкнув на меня глазами — Кто я такая, чтобы оспаривать решение княжеского суда? Извините, Ваше Сиятельство, мое вмешательство было действительно неуместным.
— Вот именно, сестра — кивнул я — напомню вам, что в княжестве Западный Эскел верховная власть принадлежит мне, а не Церкви Единого. И уж тем более не настоятельнице одной из Обителей Скорбящих. Поэтому прекратите раздражать меня и оспаривать мои решения. Иначе я вынужден буду обратиться к Понтифику и просить его вразумить вас.
Поставив “тортиллу” на место, я развернулся к жрецам, ожидая от них поддержки
— А что касается вклада, то о нем может идти речь, если только уход женщины в Обитель Скорбящих является добровольным. Да, тогда будущая сестра делает свой посильный вклад, по сути оплачивая комфортное пребывание там. Но в данном случае мы говорим о строгом наказании, заменившем собою казнь, и ни о каком комфорте преступниц даже речь идти не может. Разве я не прав?
Зал одобрительно загудел, и Жрецу Илиусу пришлось согласиться со мной. Подвергать свой высокий авторитет среди горожан риску ради своенравной настоятельницы он не собирался. Вот так… Но теперь, кажется, у меня появилась новая персональная врагиня…
*****
— Ну, что Фридрих, ты сейчас на встречу с восточниками? — спрашиваю у дядюшки, стоит нам выйти из здания суда. Я тут же накидываю на нас полог тишины, не давая любопытным подданным погреть уши и подслушать наш разговор.
— А ты по-прежнему не хочешь видеть их?
— Пока нет. У меня и других дел полно. Скоро прием для военных, а я все никак с Фридусом не поговорю начистоту. Согласись, очень странно, если придворный маг не присутствует на таком приеме и не стоит рядом со своим князем. Все-таки он боевой маг и принимал участие в битве у речки Червонной. Нам сейчас не нужны домыслы среди военных. А переговоры о моем браке должен вести не я сам, а старший из членов княжеской семьи — то есть, ты.
— Как скажешь племянник. Надеюсь, Деранг уже довел восточников до нужной кондиции своим непрошибаемым занудством, теперь можно и мне подключиться.
— Знаешь, есть такая хорошая игра в доброго и злого …дознавателя. Вот мы с Дерангом будем злые, а ты возьми на себя роль доброго. Пригласи восточников отобедать и проведи переговоры во время вашего застолья. Доведи до них очень важную мысль: сам я этого брака с Иоганной совершенно не желаю, но вынужден подчиниться решению своей семьи. Поэтому лично мне несговорчивость Регентского Совета будет только на руку.
— Думаю, они и сами об этом прекрасно догадываются.
— Догадываться и знать — это разные вещи. Это они к нам с предложениями приехали, а не мы к ним. И сразу после обеда, не давая им передышки, тащи их в Ратушу к бургомистру Сегнару. Я гильдейских уже предупредил, они сейчас спешно готовят свои предложения по торговому договору, по взаимным пошлинам, и об открытии Подворья для наших купцов в Тибале. Ну, и об организации ярмарки в районе Ведьминого перевала. Последнее их очень порадует, поскольку доступ в Западный Эскел будет закрыт долгое время, а потребность в наших товарах у восточников есть, и очень большая. С пахотными землями в княжестве не густо, иначе они не закупали бы зерно у Фесса и не зарились на наши северные баронства.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Природа к соседям вообще не очень благосклонна — кивает Фридрих — Медные горы не пропускают влажные теплые ветра с нашего Закатного моря, зато с Северного дуют по полгода. И с дварфами они когда-то умудрились крупно разругаться, загнав коротышек за Бездонное озеро в Суран.
— Еще и Микения — беспокойный северный сосед…! — добавляю я — Восточникам сейчас точно не позавидуешь.
— А с Иоганной ты сам поедешь знакомиться?
— Нет. Такое от Понтифика не скроешь, и тогда он обязательно вмешается. Лучше предложи восточникам другой вариант: мы устроим большой праздник в честь моего совершеннолетия и совместим это с подписанием нового торгового договора.
— И пригласим на праздник членов Регентского Совета и княжну Иоганну? Умно…! — похвалил мою идею Фридрих.
— Главное — со стороны это будет выглядеть довольно безобидно, поскольку мы и Касиуса Марция заодно пригласим, и даже княжну Айдель с графом Кауэром.
— На это не стоит рассчитывать, Йен. Регент слишком боится заговора микенских баронов. Он сам из Астиума ни ногой, и княжну от себя ни на шаг отпускает.
— Ну, и прекрасно! Наше ведь дело их пригласить? Кроме подписания договора можно сразу и помолвку заключить. Аполлинариус при всем желании не успеет вмешаться, поскольку Иоганна потом останется погостить в Минэе, а через месяц мы уже сыграем свадьбу.
— Думаю, Регентский Совет по достоинству оценит твой план. Остров не ожидает от нас таких быстрых решений ведь обычно переговоры длятся декадами, а то и месяцами.
— И я так думаю. Никто не успеет очухаться, как мы с Иоганной уже поженимся. Лишь бы она вменяемой оказалась и не устроила истерику на ровном месте.
— Будем надеяться… — задумчиво кивает дядюшка.
Мы доходим до Замка, и здесь наши пути расходятся. Фридрих отправляется в канцелярию, где наш добрый казначей кошмарит сейчас восточников, а я иду искать нашего придворного мага, прихватив по дороге один важный документ, который его явно не обрадует…
*****
…Разговор с Фридусом получился непростым, особенно после того, как я показал ему список разыскиваемых Островом преступников, в котором он занимает почетное четвертое место. Его настроение и так было неважным, а после этого и вовсе рухнуло ниже плинтуса.
— Князь, я с каждым днем все больше чувствую здесь свою бесполезность. Магия источника Замка возрастает — это уже становится заметно, даже без перехода на магическое зрение. А вчера я к тому же случайно узнал, что вы собираетесь начать разбор старой крепостной стены, видимо рассчитывая, что источник сможет теперь подпитывать и охранные амулеты на новых стенах. Так надо понимать, что скоро моя помощь вам даже и в этом деле уже не понадобится? Может, мне тогда лучше сразу отправиться на Север к барону Алистеру?
— Не говорите ерунды, Фридус! Как могут Замок и столичный город существовать без сильного придворного мага?
— Ну, так вы же совершенно не доверяете мне, князь!
— А должен? — ехидно приподнял я бровь — Я вообще мало кому доверяю потому, что один раз доверие уже чуть не стоило мне жизни. Повторять ошибку у меня нет никакого желания.
— Но в том не было моей вины!
— Была. И вы сам это прекрасно знаете. Никто не мешал вам позаниматься со мной и хорошо подготовить к ритуалу инициации. Но вы, Фридус, почему-то предпочли самоустраниться и бросить меня на произвол судьбы. Определили во мне пробуждающуюся сильную магию Огня и решили, что на этом ваш долг выполнен. А к чему привело ваше равнодушие?
