Рауф. — Если хочешь признаться мне в любви, то подумай еще раз! Я прокляну тебя несварением!
Ленар прочистил горло.
— Могу я спросить, кто тебя напугал признанием в любви?
— Определенно — нет! Ты тоже собираешься бухнуться на колени и пролепетать о том, что мы должны рискнуть?
— Не планировал, — уголки губ дернулись в ироничной улыбке.
— Тогда продолжай, — милостиво согласилась я.
— Так вот, сегодня я перетащил целый склад мебели из преподавательского крыла, потом имел крайне неприятную беседу с госпожой Ру на тему содержания домашних питомцев в стенах института, провел полдня в поисках гостиницы для ручных драконов, но в итоге был вынужден заплатить за содержание твоего любимца…
— Позволь перебить. Суслик твой! Я с этим драконом почти незнакома, — немедленно прояснила я.
— Не знаю, кому пришло в голову называть огнедышащую тварь Сусликом, но он именно твой, а не мой, — мягко поправил Ленар. — За сутки в институтской конюшне запросили, как за номер в «Гранд-отеле». Хорошо, что на два месяца, иначе я был бы разорен. Другими словами, госпожа Вермонт, мы даже не женаты, а вы все равно обходитесь мне очень дорого.
— Святые угодники, ты же не намекаешь, что мы должны разделить траты? — немедленно возмутилась я.
— Не думал, что ты предложишь.
— Я не предлагала, страшный человек! Ты позвал меня, чтобы предъявить счет?
— Нет, предлагаю заключить пакт о ненападении.
Я опешила. Он вытащил из папки документ и протянул мне. Опустив дракона на пол, я забрала бумагу и вдруг почувствовала, что желудок нехорошо сжался. В моих руках была составленная с педантичной аккуратностью доверенность на ведение дел семьи Вермонт на имя Кристофа Ленара, старшего партнера «Рейсон, сыновья и Ко».
— Это тонкая издевка? — Я вдруг осознала, как сильно сел голос, и кашлянула. — Ты же понимаешь, что я просто не могу позволить себе услуги дорогого стряпчего, а вы, господин Ленар, без сомнений, обходитесь клиентам очень недешево.
— Иногда я помогаю людям из хорошего отношения.
— Благотворительность? — процедила я, удивляясь, как от обидного слова из глаз не посыпались искры. — Сейчас ты меня по-настоящему оскорбил.
— Не торопись метать молнии, — улыбнулся он и протянул толстенькую папку с пышным бантом: — Я никогда и ничего не делаю бесплатно.
— Что это?
— Плата.
Мы оба состроили вид, будто не заметили, как дрожала моя рука, когда я забирала папку. Внутри лежала знакомая рукопись «Желтой Шляпки» авторства Нестейши Юн. Яростный взгляд, брошенный на Ленара, был лучше любых возмущенных слов.
— Ты же понимаешь, что я просто не способен прочитать рукопись, так что ты сделаешь это за меня, — усмехнулся он. — Кстати, в моем кабинете тебя дожидается таких еще десять штук.
Мы молчали. Я не знала, что говорить.
— Соглашайся, София. Я не обещаю вернуть наследство полностью, но за кое-что мы смогли бы побороться.
Он искал Бевиса Броза и пытался докопаться до моей главной тайны. И как я могла доверять плохо знакомому законнику, игравшему за команду зла? Никак! Жизнь научила меня осторожности.
— Не хочу, — отрезала я, возвращая и папку, и документ.
— Почему? — Он резко схватил меня за руку, не давая уйти. — Ты же сама понимаешь, что это неплохая сделка.
— Верно, но я ненавижу чувствовать себя обязанной.
Когда я выходила из конюшни, перед мысленным взором стояло разочарованное лицо Ленара.
ГЛАВА 6
Я знаю твой секрет
На следующий день окрыленная от радости Рита впорхнула в аудиторию, где мы в уважительном молчании ждали начала очередной скучной лекции по семейному праву.
— Одобрили! — с восторгом объявила она и припечатала к столу вчерашнее многословное письмо, завизированное ректором. — Ректор одобрил литературный вечер на пятницу! Милдрет мне шепнула, что он нервничает перед приездом столичных чиновников, а культурное мероприятие должно произвести на них положительное впечатление. Отправишь приглашение Теодору? Тебе он точно не откажет.
— Конечно, — кивнула я. Рита очень удачно решила провести чтения. Несмотря на треволнения последних дней, прошлой ночью мне удалось закончить роман Бевиса Броза. Теперь рукопись оставалось перечитать, переписать неудачные куски и отправить в издательство. Выезжать в город мне запретили, а студенческую почту в замке могли запросто проверить. Я планировала бессовестно воспользоваться Тео Лансом как посыльным.
От мыслей о пересылке меня отвлекло появление Ленара. Он ворвался в аудиторию, шваркнул на стол портфель и начал доставать очередные скучнейшие бумаги. Судя по тому, что господин преподаватель не потрудился поздороваться, он пребывал в препаршивейшем настроении. Девицы нешуточно напряглись и дружно раскрыли худенькие конспекты.
— Дамы, сегодня мы разберем, как прочитать брачный договор и не пропустить пункт об отступных в случае развода, — объявил Ленар и бросил пачку бумаг на первый стол. — Раздайте.
Образцы документов попали в руки специалистов по изящной словесности, и по аудитории разнесся печальный вздох. Подозреваю, что абсолютно все прокляли миг, когда решили, будто созерцание мужика, сыпавшего непонятными терминами, интереснее морфологического разбора устаревших слов. Лекция началась. Девицы старательно вникали в хитрости законоведческих определений, но, судя по гробовой тишине, царившей в аудитории, никто ровным счетом ничего не понимал. Когда занятие подходило к концу, а студентки вошли в коматозное состояние, предшествующее летаргическому сну, Кристоф сделал последнюю отчаянную попытку достучаться до сознания аудитории:
— Подводя итог лекции, милые дамы, ответьте на вопрос: что вам необходимо во время развода? Кто расскажет?
Он с надеждой оглядел слушательниц. Желающих ответить, о чем была лекция, не нашлось. В гробовой тишине на задних партах безнадежно всхрапнула девица, уморенная законоведческой наукой. Ленар пожалел бедняжку и не стал будить.
— Госпожа Вермонт, пожалуйста, — указал он.
— Необходимы три тысячи шиллингов на законника из «Рейсон, сыновья и Ко» и успокоительные капли, — с милой улыбкой отозвалась я.
У Кристофа вытянулось лицо.
— А зачем успокоительные капли? — оживилась аудитория.
— Для мужа. Когда его начнут раздевать до кальсон, он придет бить стекла в особняке. Скрутить и напоить успокоительным дешевле, чем вызывать стекольщика. Особенно если на первом этаже стоят старинные витражи.
Глядя на то, как студентки принялись активно строчить в блокнотах, педантично записывая рецепт развода, Кристоф явно чувствовал себя оплеванным. Но я была не виновата, что мое предположение оказалось единственно полезным и понятным для благородных девиц.
— А если он обратится в стражий участок? — полюбопытствовала соседка справа.
— Но у вас же нанят законник из «Рейсона». Подозреваю, что их боятся даже стражи.
— Как ты назвала? Рейсон с кем? — крикнула однокурсница, оглянувшись с первого ряда.
— Уточните у господина Ленара, — кивнула я. — Полагаю, он неплохо знаком со столичными конторами.
В коридоре зазвенел колокольчик, возвестивший об окончании занятия, и девицы тут же приободрились.
— К завтрашнему
