– Сам ты закуска! – тут же рявкнул рассерженный Йорик. – Причём протухшая.
– Ну а если кто-нибудь обратит внимание, что мочёное яблоко разговаривает, – проигнорировав всплеск праведного гнева, продолжил сэр Бонифаций, – то даже тогда никаких проблем у нас не возникнет, ибо, как видите, все посетители паба уже порядком пьяны.
И действительно.
Здоровенные матросы, непонятно как оказавшиеся в Норидже, уже вовсю горланили свои любимые морские песни. Парочка пьяных шотландцев тихонько мутузила двух оборванных бродяг, орудуя сдувшимися волынками. Подозрительного вида личности в чёрных плащах играли в кости, и горка золотых монет на их столе заметно росла.
– Что ж, – согласился сэр Гэвин, – вы действительно правы.
Служанка принесла вино.
Сэр Бонифаций добродушно улыбнулся и, налив себе полный кубок, одним махом осушил его, затем удовлетворённо крякнул и, вытерев намокшие усы, с интересом посмотрел на гомункулуса.
На глаза Йорика навернулись слёзы.
– Такое вино, и, считай, уже в сортире! – горестно воскликнуло волшебное существо, бессильно скрежеща зубами.
– Хочешь? – Сэр Бонифаций словно дьявол-искуситель встряхнул тёмно-зелёную бутылку.
– Мог бы и не спрашивать, – огрызнулся гомункулус, – будто сам не знаешь.
– Услуга за услугу!
– Я так и думал, что ты скажешь нечто в этом роде, обжора!
– Ну так как, согласен?
– Сначала вино! – бескомпромиссно отрезал Йорик.
Сэр Бонифаций кивнул и, приоткрыв колбу, немного плеснул туда чудесного напитка.
– О… – облизнулся гомункулус. – Десять лет выдержки!
– А как ты определил? – пришёл в восторг сэр Вальтасар.
– Обижаете? С моим-то опытом. Давай, пузач, лей ещё!
– Размечтался! – И сэр Бонифаций демонстративно заткнул бутылку пробкой. – Сначала ответь, где нам найти сэра Нэвила?
– Запросто, – фыркнул гомункулус. – Он здесь, в этом самом пабе!
– ЧТО?!! – И все пятеро благородных рыцарей в изумлении выскочили из-за стола.
– За соседним столом, точнее, – волшебное существо скосило глаза куда-то влево, – под столом.
Благородные господа проследили за взглядом Йорика.
Йорик смотрел на столик с подозрительными игроками в кости, походившими на наёмных убийц.
– Господа, я сейчас всё проверю! – пообещал сэр Дорвальд и с надменным видом подошёл к игрокам.
– Что ставишь, благородный?!! – тут же поинтересовался один из злодеев, алчно глядя на позолоченные доспехи рыцаря.
– Твои передние зубы! – спокойно ответил сэр Дорвальд.
Наглец всё понял и, отвернувшись, продолжил игру.
Сэр Дорвальд с лязганьем присел на корточки и с любопытством заглянул под стол.
Под столом и впрямь лежал сэр Нэвил, служивший в данный момент удобной подставкой для ног играющих.
Сэр Дорвальд выпрямился и неспешно вернулся к друзьям.
– Ну что?!! – нетерпеливо спросил сэр Бонифаций.
– Он там! – коротко кивнул сэр Дорвальд. – Но один я его оттуда не вытащу, уж слишком тяжёл.
– Я помогу вам! – кивнул сэр Бонифаций и, торопливо влив в ненасытный маленький ротик гомункулуса вторую бутылку вина, поспешил за сэром Дорвальдом.
Рыцари поднатужились и с большим трудом (под тихие смешки окружающих) выволокли сэра Нэвила из-под стола.
– Мёртв? – мрачно осведомился сэр Бонифаций.
– Скорее уж мертвецки пьян! – ответил принюхивающийся сэр Дорвальд. – Сможем ли мы его понести?
– А почему бы и нет?!!
Рыцари снова поднатужились и кое-как доволокли сэра Нэвила до своего стола, где усадили на крепкую скамью.
Сэр Нэвил не подавал признаков жизни.
– Ох и разит же от него! – восхищённо прицокнул языком сэр Вальтасар. – Я только один раз так напивался… так сказать, до потери пульса, и то по случаю приобретения новых доспехов. Обмывал их трое суток, да так, что потом никак не мог вспомнить своё имя. Пытался прочесть его на фамильном гербе, но, к несчастью, забыл все английские буквы, кроме четырёх.
– И какие же то были буквы? – проявил заинтересованность невероятной историей сэр Гэвин.
– В, И, С, К, И! – с готовностью ответил сэр Вальтасар, с умилением разглядывая отвисшую челюсть сэра Нэвила.
– Может, нам её подвязать? – робко предложил сэр Дорвальд. – А то как-то некрасиво получается, не мужественно.
– Подвязать, конечно, можно! – кивнул сэр Гэвин, следя за напивающимися за дальним столом оруженосцами. – Но только тогда, когда сэр Нэвил отойдёт в лучший из миров.
– Думаете, там ему действительно будет лучше? – засомневался слегка захмелевший сэр Вальтасар.
– Во всяком случае, жениться там ему не придётся, – усмехнулся сэр Бонифаций, жестом подзывая надирающихся слуг.
Гийом с Мелоуном, бережно поддерживая друг друга, кое-как доковыляли до благородных господ.
– Мерзавцы, а, мерзавцы, вы всё-таки нажрались! – стал потихоньку вскипать сэр Гэвин. – Нажрались, когда я просил вас соблюдать меру.
– Ик! – выдал Гийом, расплывшись в идиотской улыбке.
– Сэр Гэвин, успокойтесь! – хлопнул по плечу друга сэр Дорвальд. – Ещё немного, и на вашем боевом шлеме можно будет приготовить яичницу с беконом.
Сэр Гэвин кивнул, беря себя в руки.
– Немедленно отыщите оруженосца сэра Нэвила! – строго приказал сэр Бонифаций. – Если он, конечно, ещё на этом свете.
Выслушав приказание, слуги покорно потащились осматривать паб.
– Итак, – сэр Бонифаций потёр могучие ладони, – предлагаю срочным образом привести в чувство нашего друга!
– Можно-о-о-о попробова-а-ать мне? – неожиданно попросил Туоми Вяминен.
– Валяйте, дружище!
Лапландский рыцарь подсел к сэру Нэвилу и пробормотал тому на ухо странное заклинание на родном языке.
Глаза сэра Нэвила открылись, округлившись.
Туоми удовлетворённо кивнул, словно говоря «вот видите, как всё просто».
– Оман таиваан тэнне лоин, – хрипло пробормотал очнувшийся сэр Нэвил. – Анна минун рээста поис. Луояани, луоксеси минун тулла…
– Что за ерунда? – не на шутку перепугался сэр Бонифаций. – Почему он говорит на лапландском?!!
– Эт-т-то моя вина-а-а-а… – смутился Туоми. – Сейча-а-а-ас всё испра-а-а-авим!
И размахнувшись, Вяминен хорошенько приложил сэра Нэвила кулаком по шлему.
Эффект был просто потрясающим.
– Господа, мне приснился такой странный сон! – тут же произнёс сэр Нэвил на чистом английском. – Будто меня хотели лишить невинности лесные разбойники, а после то же самое хотели проделать какие-то толстые монашки, а после…
– Ну всё, всё, хватит, – оборвал словесные излияния сэр Бонифаций. – Мы уже всё поняли.
– Нет, я всё-таки доскажу… – заупрямился сэр Нэвил. – Мне приснился огромный город, где жили одни только молодые женщины, не знавшие мужчин. Оказавшись там, я понял, что на мне нет моих верных доспехов, и я нахожусь в полной и абсолютной власти этих дам. Они стали проделывать со мной странные вещи, связали и, подвесив над большим костром, устроили пляски, причём плясали абсолютно нагие…
– Делириум тременс! – со знанием дела произнёс сэр Вальтасар, меланхолично прихлёбывая вино.
– И что это значит? – спросил сэр Гэвин.
– На латыни это означает «белая горячка»!
– В самом деле? Вы считаете, наш друг слегка неадекватен?
– Судя по тому, что он нам рассказывает… он совершенно невменяем.
– Сэр Нэвил, – насупив брови, сэр Бонифаций хмуро посмотрел на приятеля, – почему вы оказались здесь, в Норидже, и почему так сильно напились?
– А что, я в Норидже?!! – не на шутку забеспокоился сэр Нэвил. – А ведь ехал в Гримсби.
– Значит ли это, что вы стали набираться уже по дороге?
– Ни в коем случае! – мотнул головой сэр Нэвил. – Сюда я заглянул совершенно случайно, так сказать, по пути. Уж очень есть хотелось. Эти монахи… ну, там. в аббатстве… во всём такие аскеты и в особенности в пище.
– Мы заметили! – кивнул сэр Дорвальд.
– Вот потому я и заскочил в ближайший паб, обуреваемый стремлением совершить грех чревоугодия.
«Однако как чётко всё излагает! – удивлённо подумал сэр Гэвин. – Когда же он успел протрезветь? Сильна, видать, похмельная магия у этих лапландцев».
Притихший в колбе Йорик внимательно следил за беседой, время от времени скаля мелкие хищные зубки.
– А как насчёт остальных грехов? – ухмыльнувшись, ввернул сэр Вальтасар.
– Простите, не совсем вас понимаю…
– Ну, вы совершили всего лишь один, а ведь их… если не ошибаюсь… ещё шесть.
– Ваши странные намеки, на мой взгляд, совершенно неуместны! – слегка вспылил непорочный рыцарь.
– А как же ваше обещание?
– Какое обещание? – Сэр Нэвил обвёл друзей непонимающим взглядом.
Рыцари ответили угрожающими гримасами, не обещавшими завравшемуся собрату ничего хорошего.
– Ах, обещание! – попытался неуклюже выкрутиться сэр Нэвил. – Разве я отказывался от него? Нет, я полон решимости наконец покончить со своей невинностью.
