— Точно. Потому что он тоже откладывал свадьбу, когда супруга для него была найдена. Слишком занятый своими медицинскими исследованиями, пытающийся спасти мир без посторонней помощи, таким был наш Мариус. Когда он, наконец, решил жениться, оказалось слишком поздно. Его Энн умерла у него на руках.
— Пф! — Ланс быстро пересек комнату, желая опровергнуть слова Просперо. Он никогда не слышал этой истории и все-таки… В глазах Мариуса Сент-Леджера навсегда застыла неизгладимая печаль, которую Ланс не в состоянии был объяснить.
Ланс прислонился к каминной полке, упрямо скрестив руки на груди.
— Я подвергну Розалин Карлион худшему проклятью, если женюсь на ней. Я просто не заслуживаю ее.
— Ах, ну, что касается этого… — Просперо улыбнулся. — Если бы только каждый Сент-Леджер получал то, что заслуживает, он бы закончил…
— Сожженным у столба? — предположил Ланс.
Улыбка Просперо исчезла. Он бросил на Ланса хмурый взгляд.
— Придержи свой наглый язык, мальчишка. Если только тебе не хочется превратиться в лягушку и провести остаток дней в старом рве.
Брови чародея сошлись в зловещую линию. И Ланс напрягся, испугавшись, что зашел слишком далеко. Но медленно жесткие черты лица его предка расслабились, и Просперо неохотно усмехнулся.
— Я вижу в тебе слишком много от себя.
— Это комплимент?
— Нет, — сказал Просперо, и странное чувство проскользнуло в его глазах. Уже не веселье, а бесконечная печаль. Это была лишь вспышка, которую сменило более загадочное выражение. Он отлетел от Ланса, чтобы посмотреть в мрачную темноту, сгустившуюся за окном.
Несмотря на то, каким неуместным Ланс считал вторжение призрака в свою жизнь, он не мог перестать смотреть на Просперо с каким-то злобным восхищением.
Тот был дьявольски великолепен. Каждое движение дышало грацией и надменностью средневекового короля, аурой магии и таинственности, невысказанной силы. Ланс начал понимать, почему Вэл был так помешан на изучении этого ускользающего от них предка.
Просперо продолжал смотреть в окно, как будто вглядывался в давно прошедшие времена, которые были видны лишь ему одному.
— Простите меня, сэр, — сказал Ланс, — но я должен спросить, почему вы считаете себя столь компетентным, чтобы давать мне советы в таком деле, как выбор невесты. Кто был вашей великой вечной любовью? Никто никогда не находил упоминания об этой леди или ее памятник среди фамильных могил.
Просперо отвел глаза от окна.
— История моей жизни — не твоего ума дело, мальчик.
— Также как и моя не вашего.
— Может быть, нет, — тяжело вздохнув, Просперо скрестил руки на груди. — Ну, хорошо. Если ты не рискнешь приблизиться к своей прекрасной Розалин из-за любви, может быть, ты разыщешь ее, чтобы вернуть свой меч?
— Мой меч? — с удивлением отозвался Ланс. — Какое отношение Розалин Карлион имеет к моему мечу?
Просперо просто выдал ему самую раздражающую из своих улыбочек и скользнул над книжным шкафом, сбросив книгу. «Буря».
— Ах, Шекспир, — прошептал он, перелистывая страницы. — Парень даже близко не подошел к тому, чтобы правильно записать мою историю, кроме, разве что, моего имени. Но некоторые строки очень даже ничего. Послушай это…
«Но ныне собираюсь я отречьсяОт этой разрушительной науки»[20].
Он замолк на полуслове, когда Ланс пересек комнату и выхватил книгу из его рук, чтобы засунуть ее обратно в шкаф.
— Что ты знаешь о моем мече, — потребовал Ланс, даже не пытаясь скрыть свою тревогу и нетерпение. — Ты знаешь, где он? Кто взял его?
— Не имею представления о том, кто взял его. Но я знаю, у кого он сейчас, — Проперо перевел хитрый взгляд на ящик стола, куда Ланс спрятал льняной чепец.
— Розалин Карлион? — с искренним недоверием спросил Ланс. — Ты пытаешься сказать мне, что Розалин имеет какое-то отношение к краже моего меча?
— Нет, глупец. Я просто говорю тебе, что он сейчас у нее.
— Как, черт возьми, ты смог узнать это? Как мог мой меч попасть в руки Розалин?
— Ты должен сам спросить леди, — последовал раздражающе неопределенный ответ чародея. Он отошел от Ланса и закрыл лицо капюшоном. К своему гневу и испугу Ланс понял, что призрак собирается удалиться.
— Черт тебя побери, Просперо, — сказал он. — Даже не думай о том, чтобы уйти, пока не ответишь мне.
Но легкий туман начал появляться из-под черного одеяния чародея. Голос Просперо уже звучал слабее, когда он издал раздражающий смешок.
— Если хочешь получить свой меч обратно, сэр Ланселот, — усмехнулся он, — тебе лучше поискать Владычицу Озера.
— Пропади оно пропадом! Просперо! — Ланс бросился вперед, как будто мог как-то удержать призрак, чтобы тот не исчезал. Но был ослеплен яркой вспышкой.
Ланс отшатнулся, ругаясь и прижимая руки к глазам. Он яростно потер их, но прошло несколько мгновений, прежде чем смог избавиться от танцующих светлых точек перед глазами.
Когда он, наконец, опустил руки, то обнаружил, что библиотека пуста. Просперо ушел, осталась только слабая дымка. Великий чародей исчез так эффектно, что по сравнению с этим способность Ланса выглядела, как простенький трюк ярмарочного фокусника.
Ланс издал долгий прерывистый вздох, находя все произошедшее таким странным, что, казалось, это могло быть продолжением его сна. Но когда он посмотрел на библиотечный стол, то осознал, что Просперо напоследок развлекся.
На поверхности дерева была выжжена эмблема дракона Сент-Леджеров, и сказочный зверь, казалось, насмехался над ним.
Ланс бессильно опустился в кресло за столом. «Что дальше?» — подумал он. Сначала исчезнувший меч, потом избранная невеста, на которой он отказался жениться. А теперь, благодаря ему, дух древнего призрака вернулся, чтобы досаждать Сент-Леджерам своим проклятым чувством юмора.
— Я не собираюсь отдавать мое наследство, — пробормотал Ланс жестко. — Когда отец вернется домой, он убьет меня!
Он запустил руки в волосы и разозлился, обнаружив, что пальцы немного дрожат. Случайная встреча с Просперо взволновала его больше, чем он хотел признать. А ведь он — Ланс Сент-Леджер и должен быть готов к любым странностям.
Встреча с Просперо снова заставила его почувствовать восхищение Розалин Карлион за ту хладнокровность, которую эта нежная леди выказала, когда ошибочно приняла Ланса за привидение.
Но любая мысль о Розалин заставляла его хмуриться. Могла ли быть доля правды в том, что сказал Просперо? Что меч Ланса на самом деле был у Розалин? Что она делала с ним, и как мог Просперо узнать об этом?
