Выслушав расстроенную Валю, Надежда Никитична не стала долгими раздумьями усугублять ее душевные страдания, а немедленно сняла их, как обычно, высветив неприятность чуть под другим углом.
— Беда серьезная, — согласилась она, — но не смертельная. Обещаю вам, что на следующей неделе перевезем все вещи. И будете все лето ездить налегке, как белые люди. Даже продукты таскать не надо: теперь и в Ухтомской все можно купить не хуже, чем в Москве. А то и получше. Две остановки на электричке от Выхина — велико ли дело? Раз-два и на месте! Еще и порадуетесь, что не придется больше в пробках париться. А с машиной этой один расход и головная боль. Отбегалась, и слава Богу!
— Как это у вас получается? — подивилась Валя. — Любую проблему так повернете, что вроде это и не проблема вовсе, а даже как бы и благо?
— Если бы любую! — вздохнула Надежда Никитична. — Но в данном-то случае так оно и есть. В конце мая, как только Мими закончит учиться, перевезем Алену с детьми на все лето…
— У меня декрет только в августе… — начала было Алена.
Но обескуражить Надежду Никитичну было не так-то просто.
— Возьмешь за свой счет, — отмахнулась она. — Тебе сейчас надо за городом жить, чистым воздухом дышать, а не в Москве загазованной задыхаться. Да еще, не дай Бог, заразу какую-нибудь подцепишь от своих бомжей. Хотя какая там у вас природа, в Ухтомской? Одно название, что дача. Может, к нам поедем? Вот уж где красота и покой!
— Спасибо, Надежда Никитична, — отказалась Алена. — Лучше вы к нам приезжайте. У нас просторно — два дома. И ульи, и курочки, и козы у Нюрки. Хорошо!
— Обязательно приеду и Николая Иваныча своего привезу, — пообещала та.
— Плохо только, что ты все лето не будешь наблюдаться в женской консультации, — посетовала Валя. — Не нравится мне это. Мало ли что может случиться, не приведи Господи.
— Ничего не случится! — отмахнулась Надежда Никитична. — Она здоровая молодая женщина. Ей сейчас воздух нужен, солнце и питание полноценное. А в сентябре перевезем на зимние квартиры, к врачам поближе.
— Мими нужно к школе готовить…
— Значит, в конце августа.
А пока требовалось уговорить Андрея сесть за баранку. Но как ни билась Надежда Никитична, тот стоял насмерть и взять на себя роль извозчика категорически отказался.
— Уперся рогом, — сообщила она мужу. — Придется тебе, Коля.
Николай Иванович на все предложения жены обычно отвечал «нет».
— Ну нет, так нет, — легко сдавалась Надежда Никитична.
Однако через какое-то время он либо соглашался с предложением, либо выдавал его за свою оригинальную идею. Надежда Никитична мужа никогда не уличала, а идеи оперативно претворяла в жизнь. Потому что, когда Николай Иванович говорил: «А не сделать ли нам то-то и то-то?» — это означало: «Давай, Надюша! Вперед и с песней!» Делала всегда она — муж давал ценные указания, руководил процессом и критиковал.
— Николаша у нас теоретик, — говорила Надежда Никитична.
И на сей раз Николай Иванович остался верен себе, хотя и в некотором роде любопытствовал, что за пассия уложила Андрюшку в постель, да еще и ребенка собирается ему родить.
А дальше все развивалось по обычной схеме.
— Почему в этом доме все решается за моей спиной?! — кипятился глава семьи. — Ты меня спросила: «Коля, как у тебя со временем? Может быть, ты занят? Куда-то едешь, с кем-то встречаешься, идешь в налоговую инспекцию?» Но нет! Все здесь делают, как им удобно! А Коля — он же ишак! Получил команду и вези без рассуждений!
— Да, — повинилась Надежда Никитична. — Ты абсолютно прав. Я не должна была договариваться без твоего согласия. Извини меня, пожалуйста. Я возьму такси и без всяких проблем перевезу их на дачу.
— Я вовсе не отказываюсь их везти, — еще больше раздражился Николай Иванович. — Просто говорю, что нельзя думать исключительно о своих проблемах, полностью сбрасывая меня со счетов!
— Конечно! — горячо согласилась Надежда Никитична. — Тем более что не столь уж это серьезные проблемы, чтобы морочить голову такому занятому человеку, как ты. Занимайся своими делами, я все прекрасно решу сама. Не надо было даже тревожить тебя по таким пустякам!
— Не смей так со мной разговаривать! — возмутился Николай Иванович. — «Занимайся своими делами»! Я что, не могу отвезти их на дачу? Вечно ты устраиваешь трагедии на пустом месте! Сказал — отвезу, значит, все!
— Что за шум, а драки нету? — осведомился заспанный Мишка, появляясь на кухне.
— Никакого шума, — успокоила Надежда Никитична. — Просто папа хочет отвезти Алену со всем ее семейством на дачу.
— Ничего я не хочу! — мгновенно отрекся Николай Иванович. — Я что, больной?! Она будет генерировать свои дурацкие прожекты, а я должен претворять их в жизнь! И главное, без моего ведома! Да я лучше дома на диване полежу!
«Как я неосторожна со словами, — подумала Надежда Никитична. — Теперь придется идти по второму кругу».
Но по второму кругу идти не пришлось, потому что Мишка охотно вызвался поработать шофером и перед отъездом взглянуть на мать своего будущего племянника.
Звонок разорвал тишину, и Алена вздрогнула всем телом. Со вчерашнего вечера она мучилась вопросом, кто повезет их на дачу — Николай Иванович или… Гнала эти мысли, понимая, что Андрея больше не будет в ее жизни, и все же снова и снова возвращалась к ним и думала: «А вдруг…»
— Привет честной компании! — весело пробасил Мишка, вваливаясь в квартиру и с любопытством оглядывая высыпавшую в коридор «дружную семейку».
— Мой старший сын Михаил, — представила Надежда Никитична.
— Та-ак, — протянул тот, оглядывая сваленную в коридоре груду вещей. — Одним рейсом здесь не обойтись. Давай, мать, сначала тебя отвезем с Валентиной Петровной и ребятами, потом заберу Алену и оставшиеся вещи. А вы нам пока на даче пожрать приготовите. О’кей?
Алена смотрела на него во все глаза, пытаясь отыскать знакомые черты, уловить малейшее сходство между братьями. Но они были абсолютно разными: Андрей, высокий, сероглазый, с тренированной спортивной фигурой и вечно недовольным лицом, и шумный коренастый Мишка с явно намечающимся упругим брюшком и веселыми карими глазами. Для друзей и родных он обречен был до гробовой доски оставаться не Михаилом и тем паче Михал Николаичем, а именно Мишкой — доброжелательным, спокойным и неуправляемым.
— А у меня сегодня день рождения, — сообщил он Алене, когда, уложив оставшиеся вещи, они загнали в машину Фунтика и выехали со двора. — Можешь поздравить.
— Ой, — огорчилась та, — как обидно! Мы вам своим переездом все карты спутали.
