Проблемы девиаций в здоровье и психике всегда связаны с биологической сущностью человека, его личности, с наследственностью. Ученые обратили внимание на совершенно невероятные метаморфозы, которые происходят с людьми с пересаженным сердцем: они приобретают склонности и потребности своих доноров (в алкоголе, определенной музыке и т. д.) По одной из версий суть в том, что между сердцем и мозгом существует связь. Страх и мечты могут из мозга «пересаживаться» в клетки сердца, а затем по цепочке переходить в мозг того человека, которому пересадили сердце (профессор Гарри Шварц). Впрочем, в США получивший новое сердце знает, кто был его донором, а потому непроизвольно начинает себя с ним отождествлять.
В строении мозга мужчины и женщины есть множество принципиальных различий. Различные программы поведения в их мозг заложила сама природа. Причина различий в строении мозга мужчины и женщины в половых гормонах: в их разной активности в период внутриутробного развития. Поэтому даже их психические расстройства следует лечить по-разному.[108]
Можно сделать вывод, что причина поведения человека в его природе; в том, что он получил от своих родителей и прародителей, как и в каких условиях он зачинался и развивался. Социальная среда – это условия, в которых «производится» и развивается человек, становится личностью. Таким образом, и социальная среда опосредовано является причиной становления конкретной личности с определенным механизмом поведения, пристрастиями и потребностями. Поэтому при изучении девиации человеческого поведения, их сущности нельзя противопоставлять природное естество личности и социальные условия жизни этой личности, их следует рассматривать во взаимосвязи и взаимокорреляции.
Суммируя вышеизложенное, можно заключить, что в пространственном, физическом смысле правонарушения не образуют какой-либо строгой системы. Однако связь различных по своей правовой природе правонарушений является довольно тесной.
Наши данные, как и данные других исследователей, доказывают, что каждому из видов правонарушений присущи рецидив и повторность. Часть лиц, совершивших правонарушения одного вида, позже часто совершает правонарушения другого вида. Говоря о взаимосвязи правонарушений различных видов, необходимо учитывать в том числе и скрытые (латентные) правонарушения, безнаказанное совершение которых особо отрицательно влияет на нравственное и правовое сознание несовершеннолетних правонарушителей, а также и иных неустойчивых лиц, знающих об их совершении. Таким путем возникает определенная психологическая связь между правонарушениями и их действительными и потенциальными субъектами.
Уголовная преступность складывается как из первичных преступлений, так и совершенных повторно.[109] Многим из первичных преступлений предшествуют административные или другие правонарушения. Поэтому лишь некоторые преступления являются в полном смысле слова «случайными», то есть никак не связанными с иными правонарушениями. В этой связи в полной мере следует согласиться с теми исследователями, которые считают, что предупреждение уголовных деяний, преступности вполне возможно и целесообразно осуществлять в первую очередь посредством эффективной борьбы с менее опасными, в том числе и с административными правонарушениями[110].
Факт довольно устойчивого статистического воспроизведения типов противоправного поведения имеет важное значение для раскрытия причин последнего и планирования борьбы с ним. Если одни и те же типы правонарушений повторяются, то, следовательно, их вызывают одни и те же или сходные причины. Отсюда, в частности, следует, что при изучении массива правонарушений, совершаемых несовершеннолетними, не пренебрегая частностями, надо, прежде всего, обращать внимание на выявление общих условий и закономерностей противоправного поведения. Именно такую задачу ставит перед собой правоприменительная практика.
Криминологи исследуют различные виды социально отклоняющегося поведения,[111] его характер и направленность. При этом они констатируют, что в зависимости от особенностей личности сущность поступка сводится к трем вариантам:
• противодействие тому конфликту, который лежит в основе ситуации;
• уход от реальной ситуации, замещение активной деятельности иллюзорными средствами (алкоголь, наркотики). Здесь можно найти криминологическое отличие административного проступка от употребления спиртных напитков и т. д.;
• адаптация к конфликтной обстановке, в частности, при помощи изменения системы ценностей, интересов и тех возможностей, которыми располагает действующий субъект. Здесь имеет место согласие с нормой.
Как показывают социологические и криминологические исследования, основными этапами становления противоправного поведения несовершеннолетних можно считать:
• период интенсивного накопления отрицательного опыта, обусловленного чаще всего неблагоприятными семейными условиями, неуспеваемостью в школе, нарушениями трудовой дисциплины ит. д.;
• первоначальный этап дезорганизации поведения психически и физически нормальных подростков;
• фаза перехода от соблюдения социальных норм к их нарушению и совершению преступлений.
В четвертом звене происходит фактическое нарушение социальной нормы или же она соблюдается.
Наиболее трудным является третье звено рассматриваемого механизма, связанное с ролью в нем индивидуальных и социально-типологических особенностей личности. Формирование личности – это сложный процесс взаимодействия личности и социальной среды.
Единый в своей принципиальной сущности социально-психологический механизм порождает все эти виды и создает дифференциацию между ними; часто наблюдается переход поведения конкретного лица одного вида антиобщественного поведения к другому. Одни виды поведения создают условия, почву для других, способствуют им и усугубляют их негативные результаты.
Представляет практический интерес выяснение вопроса о том, как происходит дифференциация видов отклонений – почему при тех же или сходных условиях один субъект совершает правонарушение, другой – аморальный поступок, а третий – удерживается от нарушения социальной нормы или демонстрирует положительно поощряемое обществом поведение. Авторы книги «Социальные отклонения» в структуре механизма социально отклоняющего поведения выделяют четыре основных звена: проблемная ситуация, ценностно-нормативное регулирование, принятие решения, совершение поступка[112].
Уже в первом звене приблизительно определяется возможная направленность действий субъекта, зависящая от особенностей сложившейся проблемной ситуации. Однако ситуация не играет решающей роли в определении характера будущего поступка. Во втором звене вступает в действие механизм ценностно-нормативной регуляции, связанный с разной степенью знания (незнания) социальной нормы и характером отношения к ней. В этом звене сознательные нарушения нормы отделяются от действий, совершенных по неосторожности (небрежности), в том числе из-за незнания норм права.
В третьем звене субъект принимает окончательное решение по поводу того или иного поступка. Именно здесь личность человека окончательно определяется, выступая в единстве своих социальных, нравственных и психологических свойств и признаков, которые формируются в процессе всей жизни и деятельности человека. Вступая во взаимосвязь с окружающими людьми, анализируя окружающую действительность, человек усваивает фактические и предписываемые законом нормы поведения, нравственные и правовые понятия и представления, социальные и культурные ценности, приобретает потребности, интересы и стремления.
Формирование личности является сложным и противоречивым процессом, развивающимся по спирали. Иначе говоря, объективный мир, усвоенный субъектом в итоге неповторимого пути познания и опыта, трансформируется в своеобразное, присущее только данному индивиду сочетание знаний, опыта, взглядов, которое характеризует этого человека как индивидуальность, составляет его особое лицо.
В длящемся формировании личности несовершеннолетнего правонарушителя все атрибуты этого процесса приобретают наиболее негативную окраску.[113] Способности и активность используются подростками для усвоения из окружающей среды социально вредной информации, приобретаются привычки, несовместимые с принятыми обществом нормами нравственности, принадлежность к социальной среде с позитивной направленностью отвергается, наоборот, бытовая жизненная среда правонарушителей формируется на почве взглядов, приемлющих в качестве нормы поведения распущенность, неуважение к окружающим, насилие как форму самоутверждения и средство достижения различных целей, чаще всего также вступающих в конфликт с интересами общества.
