— Прекрати, — сказала себе Даника. — Ты делаешь все возможное, чтобы их найти.
К'алвек подошел к ней сзади и взял одеяла. Он развернул их на полу и начал раскладывать так, как она видела в палатках. Через минуту часть стального пола мостика была покрыта лоскутным одеялом из тканей и шкур животных. Это выглядело очень уютно.
К'алвек опустился на верхнее одеяло, которое выглядело самым мягким, и лег на спину, подложив руки под голову. Пульс Даники участился. Он казался еще более огромным, с сильными, мускулистыми руками и полностью выставленными напоказ мускулами живота. Несмотря на то, что видела его прошлой ночью голым, она внезапно почувствовала себя неловко. Одно дело одноразовая интрижка с невероятно горячим инопланетянином, но что она на самом деле здесь делала?
Она почувствовала укол вины, когда сняла кожаные ремни с груди и бросила их на пол. Неужели она использует его, чтобы найти своих друзей? Нет, подумала она. Прошлой ночью не было ничего, кроме чистой похоти и потребности сбросить серьезно накопившийся стресс. И К'алвек помогал ей не только потому, что она переспала с ним.
Нет. Он ведь предложил ей помощь в поисках экипажа, до того как у нее возникло желание запрыгнуть на него. То, что происходило между ними, было чисто физическим. По крайней мере, для нее, подумала Даника. Что еще это могло быть, если она покинет планету со своим экипажем в ту же секунду, как найдет их, и они смогут организовать спасение? И он знал, что ей здесь не место. Совершенно очевидно, что она не подходит для планеты с двумя солнцами и километрами песка.
Глядя на него сверху вниз, она ощущала его возбуждение. Один быстрый взгляд на его брюки, и она поняла, насколько сильно. Она оглянулась на закрытую дверь. Они остались совсем одни, и металлический корпус обеспечивал эффективную звукоизоляцию. Ей не нравилась мысль, что все его друзья услышат повторное представление прошлой ночи. Они не выглядели обескураженными этим.
К'алвек сел, мышцы на животе напряглись, и, взяв ее за руку, притянул к себе.
Даника села к нему на колени, обхватив ногами его талию. Она протянула руку за его широкую спину и провела ладонями по шиповатому хребту. Ей казалось странным ощущать костлявые гребни, которые покрывали его широкую спину, но также посылали через нее импульс. К'алвек весь напрягся, и она обнаружила, что это сильно ее возбуждает. В нем нет ни одной унции, которая не походила бы на гранит, включая огромный член, прижатый к ее ноге.
К'алвек уткнулся лицом ей в шею. Он хотел ее так же сильно, как и она его.
Даника не хотела думать о прошедших днях или о том, что может случиться завтра. Все, чего она хотела сейчас, — это почувствовать огромный ребристый член К'алвека в себе, чтобы забыть о страхе, затуманившем ее разум.
— Трахни меня жестко, — прошептала она ему на ухо и прикусила заостренный кончик.
К'алвек запрокинул голову и зарычал, и Даника воспользовалась возможностью, чтобы провести руками, а затем языком по его груди. Все его тело напряглось, словно пружина. Когда он поднял голову и встретился с ней взглядом, в его глазах горело чистое вожделение. Даника одарила его озорной улыбкой и впилась зубами в его сосок.
Одним движением он схватил ее за талию и перевернул на спину, затем снова сел на колени и потянул ее по коврам к себе, так что ее ноги раздвинулись, а рубашка задралась до груди. Он взял в рот сначало один сосок, а затем другой, облизывая и теребя их зубами, пока Даника не застонала под ним.
— Я хочу тебя, — умоляла она.
Он склонился над ней, тяжело дыша.
— Ты уверена, что хочешь меня?
Она обхватила руками его шею и обвила ногами талию.
— Абсолютно уверенна.
Он улыбнулся и приподнял бровь, затем опустил голову между ее бедер.
— Пока нет.
Даника извивалась, когда он стягивал с нее кожаные штаны, целуя внутреннюю сторону ее ног, а затем медленно двигаясь вверх, пока не раздвинул ее складочки языком. Она знала, что вся мокрая. Она ощущала влагу между ног, но также слышала, как К'алвек стонет от удовольствия, когда ее облизывал. Его язык был таким же длинным, как и все остальные части тела, и вскоре она почувствовала его тепло внутри себя. Даника закрыла глаза и вцепилась в его спину. Он вытащил свой язык из нее и нашел ее клитор, обвел его, а она умоляла его в нее войти.
— Ты хочешь меня? — спросил он, и его голос прозвучал еще более грозно, чем обычно.
Она едва могла говорить или думать.
— Ты нуждаешься во мне?
Даника издала хныкающие звуки, которые, как надеялась, он принял за «да».
— Скажи мне, что ты моя — сказал он и быстро провел языком по ее набухшему бугорку.
— Я твоя, — сказала она, и ее тело начало дрожать. В тот момент она говорила искренне.
Он сел и приподнял ее ноги за лодыжки, раздвигая их, а затем вошел в нее. Она ахнула, ощутив каждый гребень его члена. К'алвек провел гребнями ниже живота по ее влажным складкам, погружаясь в нее, и Даника почувствовала, как ее мышцы сжались вокруг него.
— Так вот чего ты хочешь? — спросил он.
Она удивилась, что он все еще может связно мыслить. Она едва могла думать или говорить, пока он глубоко погружался в нее, заставляя ее тело дрожать. Огромного члена хватило бы, чтобы отправить ее через край, но его массивные гребни добавили удовольствия.
— Да, — выдавила она.
Он приподнял ее бедра и вошел еще глубже. Даника обхватила руками свои груди и сжала твердые соски, и кончила с криком. К'алвек смотрел на нее широко раскрытыми от удовольствия глазами, затем запрокинул голову и с ревом кончил в ней.
К'алвек отпустил ее лодыжки и обвил ее дрожащие ноги вокруг своей талии. Через мгновение он опустился на ковер и притянул ее так, что она легла на него сверху, а он все еще оставался внутри нее. Ощущение того, что он глубоко в ее плоти, было настолько опьяняющим, что он не хотел быть нигде больше.
Его тело дрожало от экстаза, а сердце колотилось так сильно, что он был уверен, что оно отдается эхом по всему кораблю. Ее эйфория смешивалась с его, почти вызывая головокружение. Он и не представлял себе, что у него может быть такая ментальная пара, подумал он. Его кожу покалывало, и даже воздух ощущался как ласка, когда он двигался под ней.
Даника положила голову ему на грудь и одну руку прижала к его животу. Она вытянула его косу и провела кончиком по груди.
К'алвек рассмеялся, когда она провела волосами по соску.
Она улыбнулась ему.
— Щекотно?
Это слово ему незнакомо, но ему нравилось то, что она делала. Ему нравилось все, что она с ним делала.
Даника начала развязывать шнурки, которые стягивали его длинный хвост в нескольких местах. Ему стало любопытно узнать ее намерения, но он ничего не сказал. Развязав узел, она запустила пальцы в его густые каштановые волосы, и с его губ сорвался тихий стон.
— Какая у тебя история? — спросила она, проводя пальцем по его щеке к шеи. — Что ты делал посреди пустыни, пока не нашел меня?
Он на мгновение закрыл глаза, вспоминая тот день.
— Я находился в пустыне, потому что хотел уединиться.
— Это сложный способ провести немного времени в одиночестве.
— Мой отец был великим воином, но его уже нет. — Он сделал глубокий вдох. — Я чувствую его рядом с собой, когда нахожусь среди песков.
— Я понимаю. Когда ночью лежу одна на своей койке, я иногда чувствую присутствие отца на корабле. По крайней мере, мне нравится так думать. — Она сделала глубокий вдох. — Мой отец тоже умер и оставил меня одну. Я долгое время была одна. Пока я не собрала свою команду.
Ее голос дрогнул, и он почувствовал волну тоски. Он положил руки ей на поясницу.
— Теперь ты не одна.
Она тихонько рассмеялась.
— Сейчас точно нет. — Она пошевелилась в его руках. — Но я не могу остаться с тобой. Это не моя планета.
Ее слова, словно колючки, вонзились ему в сердце.
— Ты можешь научиться быть дотвеком.
Он не знал, сможет ли она пережить два солнца и песчаные бури, ездить верхом на джебелях и скрываться от крестиксов. Даже если бы смогла, ее жизнь была в космосе как капитана команды охотниц за головами. К'алвек знал все это еще до того, как уловил ее прилив сожаления.
