Германское командование с приказами не торопилось. По-видимому, Х. Мольтке тщательно изучал донесения командующих армиями, поскольку директива о преследовании появилась только 27 августа. Сугубо геометрически особых претензий к ней быть не может. В логике Шлиффена 1-я армия ориентировалась на нижнюю Сену, 2-я – на Париж, 3-я на Шато-Тьери, 4-я на Эперне, 5-я должна была обложить Верден и выйти к Витри-ла-Франсуа.
Одновременно 6-й армии при поддержке 7-й была поставлена задача прорыва на Нефшато. То есть Мольтке принял решение совместить операции против левого фланга союзников по плану Шлиффена с прямым прорывом крепостной линии противника между Тулем и Эпиналем. В довоенных прикидках Генерального штаба такое наступление называлось «номером сверх программы» и рассматривалось как эвентуальная возможность. Предполагалось, что решение о нем будет принято в случае полного разгрома и разложения французской армии.
Преследование союзных армий германскими войсками по директиве Мольтке от 27 августа
Донесения командующих армиями, где через слово были «разгром» и «бегство», убедили Мольтке, что кампания на Западе практически закончена. В сущности, так оно и было, но ведь известно, что нет ничего труднее, чем выиграть уже выигранную позицию. Тем более что оперативная ситуация во Франции носила «миттельшпильный» характер, то есть продолжалась сложная темповая игра, в которой всегда возможны осложнения. Да, эти осложнения гораздо опаснее для французов, чем для немцев, но только если немцы будут достаточно внимательны.
Вместо напрашивающегося усиления правого фланга за счет 6-й и 7-й армий Мольтке начинает «наступление сверх программы». Кроме того, он принимает решение «теперь же» начать переброску сил с Западного фронта на Восточный. Для этого предполагалось взять по два корпуса из армий Правого крыла, Левого крыла и Центра (всего 6 корпусов), но в действительности пострадало только активное Правое крыло: из состава 2-й армии выделен гвардейский резервный корпус, из 3-й армии – 11-й корпус.
К Танненбергу эти корпуса опоздали, в операциях Людендорфа первой половины сентября особых задач для них не нашлось.
Вот теперь у французов появились некоторые шансы восстановить смятый левый фланг: силы наступающего крыла, которые, по мысли Шлиффена, должны были все время возрастать, уже уменьшились на целую счетную армию: 3-й и 9-й[53] резервные корпуса осаждали Антверпен, 11-й и гвардейский резервный отправлены на восток. Кроме того, неизбежно придется выделить какие-то силы для охраны переправ на Маасе и осады Мобежа.
Решение Х. Мольтке по переброске двух корпусов с Западного фронта на Восточный трудно даже обсуждать. Да, он был уверен, что битва за Францию уже выиграна, да, для такой уверенности были некоторые основания, но это все же не повод игнорировать основы военного дела.
Германский Генеральный штаб еще до войны, «в домашнем анализе», установил, что судьба Австро-Венгрии (и Восточной Пруссии) решается не на Буге и Висле, а на Сене. Шлиффен, досконально знающий свой план, изучивший все случайные возможности и побочные варианты, говорил, что переброска войск на восток может начаться никак не раньше 42-го дня мобилизации, а ориентироваться нужно на 48-й – 63-й день.
Между 25-м и 27-м днем Мольтке принимает решение ослабить войска, действующие на решающем направлении, чтобы усилить заведомо пассивный участок стратегического фронта.[54] Это даже ошибкой не назовешь. Скорее, «кооперативной игрой».
Альтернатива: Военная игра 7–8 сентября 2014 годаВ Игре, проведенной проектной группой «Знаниевый реактор», я вновь столкнулся с «ошибкой Мольтке». Участники хорошо изучили первоисточники, вследствие чего германская сторона пыталась реализовать план Шлиффена в чистом виде – с нарушением нейтралитета Голландии и прочесыванием бельгийской территории. В свою очередь союзники отказались от Приграничного сражения, сдали Бельгию и Голландию и встретили противника на линии: Абвиль – Амьен – Реймс – Верден. Русские войска реализовали схему Pax Rutenia (смотри Сюжет четвертый), то есть выиграли сражение в Восточной Пруссии и вышли к Висле.
В этой ситуации, несмотря на уже начавшиеся кровопролитные бои на Сомме, германское командование после некоторых колебаний отправляет на Вислу два корпуса из армий Правого крыла. В Восточную Пруссию эти корпуса не успевают, зато их отсутствие на Западе становится причиной образования позиционного фронта на Сомме – немцам буквально капли не хватило до прорыва с последующим распадом французской обороны.
Конечно, в Игре на Восточном фронте сложилась грозная для Германии обстановка. Но именно в таком случае успех на Западе был жизненно необходим – если уж вы «играете» план Шлиффена, то должны понимать, что судьба Восточного фронта решается на Западе. Германская команда, конечно, это понимала. Но даже в Игре, даже зная исторические события, ей было неимоверно трудно выдерживать напряжение темповой войны на два фронта.
С Х. Мольтке это, конечно, ответственности не снимает.
Преследование: общая картина
Восточный и Центральный участки фронта
С 25 по 31 августа 5-я германская армия медленно и методично форсирует Маас, прикрываясь от Вердена и Монмеди. Третья французская армия оставалась на Маасских высотах, удерживая линию реки и препятствуя обложению ключевой крепости. Позднее немцам удалось форсировать Маас севернее Вердена и оттеснить левый фланг 3-й армии к востоку.
Тридцатого августа Рюффе снят с поста командующего армией и заменен Саррайлем, ранее возглавляющим 6-й корпус.
Четвертая французская армия с самого начала преследования оказалась в тяжелом положении: с фронта ее атаковала 4-я германская армия, уже один раз разбившая ее в Приграничном сражении, а на открытый фланг выходила 3-я германская армия. Попытка генерала Лангля-де-Кари задержаться на речном рубеже привела к сражению, известному как «битва на Маасе».
Битва на МаасеК вечеру 24 августа 1, 2 и 3-я германские армии находились на западном берегу Мааса. Их продвижение с неизбежностью вынуждало к отходу 3-ю и 4-ю французские армии, обороняющие Маас к югу от Мезьера. И в логике плана Шлиффена, и в логике решения Мольтке 4-й и 5-й германским армиям требовалось по возможности удерживать французов на Маасе.
Однако командующий 4-й армией герцог Альбрехт Вюртембергский во что бы то ни стало желает разгромить французов в прямом сражении и преодолеть линию Мааса с боем. Поэтому, вместо того чтобы вытягиваться к северу, примыкая к 3-й армии, уже форсировавшей реку, он поворачивает армию к юго-западу.
Двадцать пятого августа 8-й резервный корпус втягивается в тяжелый бой за Седан, остальные соединения 4-й армии, крайне измотанные,[55] отстают. На следующий день 8-й армейский корпус переходит Маас в районе полуострова Иж к югу от Седана (здесь река делает петлю, обращенную на восток). Французы не защищали этот участок и не наблюдали его. Восьмой корпус вырывается вперед и оказывается изолированным. Его командир отдает приказ на преследование «невзирая на силы людей и лошадей», в действительности французы лишь несколько подались назад и продолжают сражаться. Передовые немецкие части оторвались от своих обозов и артиллерии, части перемешались, на плохо оборудованных переправах возникли пробки. Восьмой резервный корпус поддерживает 8-й армейский, но остальные корпуса 4-й армии еще только подходят к Маасу.
На 27 августа оба командующих – германский и французский – приказывают своим войскам начать решительное наступление, чтобы отбросить врага за Маас. В ходе ожесточенных боев успех за немцами: вслед за 8-м и 8-м резервным корпусами реку форсируют 18-й и 6-й резервный корпуса.
Бои на Маасе продолжаются до вечера 28 августа, когда авиация сообщает герцогу Альбрехту об отходе французов.
(Напомню, все это непрерывное сражение не имеет смысла: выше по течению Мааса, в районе Шарлевиля, французских войск нет, и можно перейти реку со всеми удобствами.)
Бои на Маасе 25–27 августа
Четвертая армия достигла крупного тактического успеха: несмотря на ожесточенное сопротивление французов, она сумела форсировать Маас и принудила противника к отступлению. Проблема в том, что немцам как раз было желательно, чтобы французы оставались на Маасе как можно дольше.
К тому же, собрав корпуса в районе Седана, Альбрехт сдвинул 4-ю армию к югу, допустив образование разрыва с 3-й германской армией.
