громче. Ком в горле постепенно превращается в слезы, а в голосе появляются всхлипы.
– С ним этого не произойдет, – твердо отвечает ректор и смотрит четко на меня.
– Почему? Потому что такой гениальный папа?
– Потому что он не мой сын.
Глава 40. Чей?
Рейнард делает легкий взмах рукой, и дверь в кабинет с громким стуком захлопывается.
Я с минуту пытаюсь переварить информацию, которую так внезапно выдал Темный. В смысле не его сын? Но мальчик же явно называл его папой. Как так вообще может быть? Опять обманывает?
– Пока ты себе ничего не придумала, – Рейнард давит на меня взглядом, – это точно так. Он не дракон.
– Но как же? Получается, что ты…
– Да. Я женился на Арнете, когда она уже была беременна, – напрямую говорит Темный. – Никогда не узнавал, кто его отец. Мне не нужно было, просто воспитывал Берта как сына. Он не знает ничего.
Я сижу и кусаю губы. Почему я сейчас в такой растерянности? Почему в голову сотни мыслей, которые кружат и волнуют.
– Погоди, а ты думала, что я тебе изменял? – Рейнард сжимает челюсти, и его глаза сверкают золотом. – Ты серьезно?
Когда я узнала, что у Рейнарда есть сын, которому пять, я, конечно, подумала, что из воздуха он не мог взяться. Тем более, он так внезапно ушел от меня. А потом я выяснила, что к той, с которой я видела его в тот злополучный день, и еще больше уверилась в своих догадках.
– Отводишь взгляд. Значит, действительно думала, – Темный смотрит на бумаги на своем столе. – Ладно, я сам виноват.
– Зачем? – вопрос, который висел надо мной все эти пять лет, сейчас вырвался сам собой. – Зачем ты тогда так жестко со мной порвал?
– Передо мной в тот момент стоял выбор – либо жениться на Арнете, либо отправить отца на казнь. Потому что ее отец видел, как мой папа прикрыл дракона, – Рейнард выходит из-за стола и подходит к окну, рассматривая что-то в нем. – Тогда же я первый раз ощутил зверя в себе. Узнал наш семейный секрет. И испугался. Не за себя… За тебя. Хотел тебя оградить от участи пары дракона, и это перевесило чашу весов.
– Неужели не мог просто сказать? – горько покачала головой я.
– А ты бы тогда меня просто отпустила? – Рейнард не поворачивается ко мне, но по голосу точно слышно усмешку.
Думаю и понимаю, что нет. Искала бы все возможные способы остаться рядом. Возможно, поставила бы этим под угрозу и свою жизнь, и жизнь семьи Рейнарда. А так… Произошло все так, как произошло.
– Жаль, что даже несмотря на это, твоя жизнь оказалась связана с драконом… – его руки, сцепленные сзади в замок, напрягаются, плечи каменеют, Темный сам становится похож на статую. – Но ведь это не Голден, да?
– Тебя сейчас только это интересует? – после того, как он все вот это мне рассказал, обвинил, что я подозреваю его в неверности…
Сам думает, что я могла ему изменить? Если до этого у меня еще были мысли признаться Рейнарду, то теперь совершенно точно уверена, что ему это не нужно. Разве что только потешить свое драконье собственничество.
– Нет, меня интересует здоровье Аллана, – Рейнард резко разворачивается и наступает на меня. – Мне плевать, как с тобой поступил его отец. Я сам хорош. Но от этого не должен страдать ребенок.
– Да зачем тебе вообще лезть в его жизнь? – не выдерживаю я. – Раз тебе настолько неприятно думать, что он ребенок другого дракона. Скажи как, и я сама постараюсь ему помочь. Без твоего участия!
– У тебя на глазах не погибал маленький брат только из-за того, что не смог справиться с драконом! – рычит Рейнард. – Я все эти годы потратил, чтобы найти способ остановить это все. Ты не знаешь и доли того, что знаю я. Чем ты поможешь своему внебрачному сыну, когда его начнет подчинять дракон?
В глазах краснеет от несправедливых обвинений, от того липкого страха, который поселяется в груди после слов Рейнарда. Я не выдерживаю и кидаю в ректора чернильницу, так удачно попавшуюся мне под руку.
Темный успевает уклониться, и после звона разбившейся керамики по стене начинает расползаться черное пятно.
– Знаешь что… – цежу я и искренне пытаюсь успокоиться. – Идеальный папаша, иди-ка ты… погулять со своим сыном. А моего не трогай. У меня дела в городе, господин ректор. И, пожалуйста, рассмотрите внимательнее мое заявление на перевод к профессору Голдену.
– Ты не сказала, чей Аллан сын, – уже мне в спину кинул ректор.
– Мой, – кратко отвечаю я. – И этого достаточно.
Я открываю дверь и нос к носу сталкиваюсь с женой Рейнарда. Сколько она слышала?
Глава 41. Рейнард. Не увидишь
Что угодно ожидал, только не того, что Лейра решит уйти из-под моего руководства. И к кому? К этому недопрофессору. Ревность съедает по кусочкам и такое ощущение, что лишает терпения и способности рационально мыслить.
После вчерашнего происшествия я думать больше ни о чем не мог, кроме как о том, как себя чувствует Лейра. Ее хрупкое тело стояло перед глазами, вызывая желание срочно вернуться к ней в комнату, долечить и ни за что никуда не отпускать.
Несколько раз порывался так и сделать, но дошел лишь один. И то меня леди Корнуэлл дальше порога не пустила, да еще и обвиняюще посмотрела. С ее чувством такта она, конечно, не станет вмешиваться в наши отношения, но явно понимает, что проблема намного глубже и серьезнее, чем может показаться снаружи.
Я всерьез задумывался о том, чтобы даже позволить Лейе уйти с работы, рассказать ей все начистоту о прошлом и настоящем. Распутать клубки, которые сам же и закрутил пять лет назад.
Но куда Лейя пошла в первую очередь, когда проснулась? К Голдену! И с такой искренней улыбкой от него выходила, которую я могу лишь вспоминать. Она так замечталась, что врезалась в меня, просто снося мне голову своим невероятным ароматом.
Во мне радость от того, что она уже в порядке, смешалась с раздражением, что она пришла не ко мне. Первый порыв прижать ее к себе и не отпускать сменился моей защитной реакцией и очередной грубостью.
Лейра тут же утратила свой яркий внутренний свет, согревающий меня, когда она рядом. Она поджала губы и ушла в кабинет. С трудом подавил желание зайти к Голдену и просто-напросто его уволить, но только позже понял, что зря этого не сделал.
И вот теперь смотрю, потихоньку закипая, на бумагу и пытаюсь сдержаться, чтобы не порвать эту писульку сразу же. Логично же, что я никуда ее не отпущу, как она вообще могла подумать, что я подпишу?
От очередной грубости меня удерживает так удачно зашедший Варгус. Обращаю внимание Леи на то, что она не только от меня тогда
